Восток - Запад. Звезды политического сыска. Истории, судьбы, версии - Эдуард Макаревич

И Штибер вновь засел за материалы следствия. В который раз листал дела арестованных коммунистов. Вот «Устав Коммунистического Союза», и в нем четко видна его структура как организации нелегальной. Вот показания Нотьюнга, Резера и Бюргерса, в которых они все же признали существование общества с определенными целями. Штибер все чаще останавливался на показаниях Бюргерса, допрос которого вел старый пройдоха Шульц.

«Вопрос. Вы утверждаете, что ваш союз чисто пропагандистская организация, цель которой — разъяснение задач рабочим после буржуазно-демократической революции. Чем вы это можете доказать?

Ответ. Чтобы понять, что такое наш союз, историю его возникновения, необходимо ознакомиться с «Уставом Союза коммунистов» 1847 года, «Манифестом коммунистической партии» и «Уставом революционной партии» 1848 года. Это программные документы, там все о целях и задачах, и они подтверждают характер союза, о котором я уже говорил.

Вопрос. У нас не все эти документы есть. Где можно взять остальные?

Ответ. Их можно взять в Лондоне, в архиве союза, который после раскола остался у Виллиха с Шапером, в их фракции».

— Так-так, — бормотал Штибер, — архив в Лондоне, архив союза в Лондоне, у Виллиха с Шапером. Они хотят поднять мятеж, они подстрекают армию, хотят сделать революцию. Значит, помимо листовок, которые у нас, у них есть еще и программные документы. И они хранятся в архиве в Лондоне. Вот что нам надо: добыть эти подстрекательские документы из архива и соединить их с партией Маркса!

Не мешкая Штибер понесся к Шульцу.

— Кажется, есть решение! — с этими словами он ворвался в кабинет директора полиции. — Мы знаем, что существует архив Виллиха, который в Лондоне, в нем программные документы и союза Маркса, и фракции Виллиха. А Виллих со своими подстрекает войска, готовит мятеж, новую революцию. Надо цели и тактику фракции Виллиха представить тождественной целям и тактике партии Маркса. Маркс и Виллих — одно и то же! Вот что надо доказать!

— А разногласия, раскол между Марксом и Виллихом? Здесь же пропасть! произнес Шульц, раздумывая над кардинальной идеей Штибера.

— Какие разногласия, какая пропасть?! — воскликнул Штибер. — Я уже думал об этом и посмотрел еще раз материалы следствия и письма Маркса. Смотрите, как объясняют раскол Маркс и Виллих. Маркс считает, что раскол произошел из-за того, что фракционеры подменили диалектику «Манифеста Коммунистической партии» немецким национальным воззрением, так приятным уху немецких ремесленников, и они же, фракционеры, исходили из того, что главное в революции не действительные отношения, а воля вождей и организации. А Виллих с компанией объясняют случившееся интригами Маркса и его соратника Энгельса, которые задумали с помощью подготовленной ими «группы литераторов» господствовать в Союзе коммунистов и превратить этот союз в орудие личной власти. Виллих здесь — наш соратник. Все эти идейные разногласия нужно представить как личную склоку между Марксом и Виллихом. В целях и тактике они едины, но поругались из-за того, что оба претендуют на роль первого вождя. Исходя из этого и нужно разрабатывать антиправительственный заговор.

— А в этом что-то есть, — задумчиво произнес Шульц. — Это вы неплохо придумали, Штибер. Давайте набросаем план действий. И немедленно езжайте в Лондон. Мобилизуйте всех наших агентов, надо искать архив.

Уже в Лондоне Штибера и его помощника лейтенанта Грейфа догнала обстоятельная сверхсекретная инструкция, сочиненная Шульцем и подписанная полицай-президентом Пруссии Хинкельдеем.

По сути, это был сценарий подготовки процесса о заговоре, текст которого гласил: «...раскол лондонского ЦК был вызван раздорами чисто личного характера... коммунистическая партия состоит из двух союзов: чисто коммунистического, то есть обнаруженного сейчас в Кёльне, и Зондербунда в Лондоне, так называемого Социал-демократического союза, который с Виллихом и Шаппером во главе стремится использовать коммунизм исключительно для политической революции и в настоящее время по существу представлен лондонским Рабочим союзом (подразумевается Просветительское общество немецких рабочих в Лондоне. — Э. М.). Вышеизложенным объясняется враждебность Виллиха и Шаппера по отношению к Марксу и Энгельсу и их взаимные нападки, о чем в достаточной мере свидетельствуют конфискованные при обысках письма... Похоже, что Виллиха, Шаппера и Лемана (соратник Виллиха. — Э. М.) меньше всего интересовал коммунизм. Для них скорее важно было использовать Союз для быстрейшего фактического осуществления политической революции».

Дальше в инструкции говорилось, что обвинение в заговоре можно доказать только при наличии документов Зондербунда: «От того, будут доставлены эти бумаги или нет, зависит все, так как из них станет известным распространение союза не только в Лондоне и Германии, но и во Франции и Швейцарии». И ниже излагалась конкретная задача для Штибера из шести пунктов, звучавшая как приказ: достать уставы Союза — «старый» и «новый» (»Устав Союза коммунистов» 1847 года и «Устав революционной партии»); установить тщательное наблюдение за действиями Просветительского общества рабочих (организация, находящаяся под влиянием фракции Виллиха — Шапера.Э. М.) с помощью «умного агента», который присутствовал бы на всех его заседаниях; составить полный список членов Просветительского общества с указанием возраста, сословия, места рождения; выяснить связи общества с северогерманским «Рабочим братством» и другими рабочими союзами Германии; обеспечить перехват писем и жесткий контроль за передвижением членов Просветительского общества, об отъезде любого члена на континент немедленно сообщать в полицай-президиум. Инструкция заканчивалась следующими словами: вручить копию этого документа полицейскому советнику Штиберу с просьбой «проинструктировать лейтенанта полиции Грейфа и поручить последнему приступить к выполнению этих заданий с особым усердием, осмотрительностью и умением. О результатах время от времени докладывать»8.

Итак, Штибер и его заместитель Грейф получили официальный приказ добыть материалы Зондербунда. Здесь они надеялись на лучшего своего агента в окружении Маркса и Виллиха — Чарльза Флери. Его настоящее имя Карл Фридрих Август Краузе. Купец из Гамбурга, он симпатизировал демократам и даже вошел в одну из общин союза. А потом был случай с исчезновением некой суммы после коммерческой сделки, о котором стало известно полиции. На допросе Карл Краузе предложил себя в тайные агенты. Дело передали лейтенанту Грейфу, в политическую полицию. И там Краузе стал Флери. Изворотливый, хладнокровный, он нашел себя в новой стихии. Ему и предстояло выкрасть архив Зондербунда. Скоро он установил, что документы Союза коммунистов хранятся на квартире одного из соратников Виллиха — некоего Освальда Дица.

Сама технология похищения предстает из докладной записки Штибера Хинкельдею, которую он написал 25 августа 1851 года, после возвращения с победой из Лондона: «Флери все бумаги получил с помощью обмана, войдя в доверие к одному из членов союза в Лондоне. Часть документов он получил благодаря тому, что выдал себя за эмиссара кёльнской фракции и привлек на ее сторону одного члена ЦК в Лондоне, который отдал Флери бумаги, считая, что этим оказывает услугу кёльнской фракции, а не полиции. Как известно, все бумаги союза скрывались от кёльнской фракции. Этим обстоятельством объясняется, почему пропажа до сих пор не обнаружена, что избавляет нас от необходимости спешить с принятием мер. Напротив, Флери настоятельно просит меня воздержаться от вмешательства, так как он надеется с помощью хитрости и под маской эмиссара добиться еще более значительных результатов и хочет в Париже основательно подготовить почву для вмешательства официальных органов»9.