Трагедия 1941 года - Арсен Мартиросян

* * *

Кстати, заметьте, что поскольку Сбытов был направлен в ЗАПОВО именно с инспекцией, то это значит, что кого-то в высшем военном командовании, а также руководстве СССР это беспокоило, что, в свою очередь, свидетельствует о том, что информация об этом бардаке каким-то образом всё-таки достигла ушей Кремля. На Тимошенко и Жукова грешить не приходится — не они были инициаторами этой инспекции, ибо для них она была явно как серпом по известному месту…

* * *

Во-вторых, реакция Сталина четко показывает вторую причину репрессий в отношении комсостава ВВС РККА накануне войны. За такой бардак действительно стоило жестко наказать господ генералов — война вот-вот грянет, а у них самолеты мало того, что в передовом базировании, так ведь еще и не рассредоточены, не замаскированы и даже не заправлены горючим! Письменные санкции на их арест выдали все те же Тимошенко и Жуков — таковы были тогда правила, установленные в СССР ещё в 1939 г. Г. К. Жуков, в частности, лично санкционировал арест Я. Смушкевича, который являлся его заместителем по вопросам авиации.

* * *

Ко всему прочему здесь вот что еще надо иметь в виду. Злостный бардак в ВВС РККА накануне войны не возник в одночасье. Это давняя история, которую легко можно проследить по приказам народного комиссариата обороны. Так, еще в 1939 г. приказом НКО СССР№ 0145 ГУ ВВС РККА вменялось в обязанность осуществить обязательную маскировку всех вновь строящихся оперативных аэродромов, а также всей имеющейся аэродромной сети ВВС. Однако, как следует из преамбулы приказа НКО № 0367 от 27 декабря 1940 г.^[62], «ни один из округов должного внимания этому приказу не уделил и его не выполнил». Вследствие именно этого злостного невыполнения приказа 1939 г. появился еще более жесткий приказ № 0367 от 27.12.40 г. Но опять ничего не было сделано. В том числе и генерал-инспектором ВВС, который должен был установить контроль и о ходе работ докладывать ежемесячно.

И вот когда состоялась упомянутая выше инспекция и рассерженный злостным бардаком Сталин дал команду привлечь к ответственности виновных в этом бардаке, появляется очередной приказ НКО № 0042 от 19 июня 1941 г.^[63], первая же фраза которого вновь констатирует факт злостного бардака: «По маскировке аэродромов и важнейших военных объектов до сих пор ничего существенного не сделано». У этого приказа есть и серьезное отличие от предыдущих «цэу» НКО. Во-первых, он был подписан как наркомом обороны маршалом С. Тимошенко, так и начальником Генерального штаба Красной Армии генералом армии Г. Жуковым. Во-вторых, вопросам маскировки в этом приказе был дан максимально расширенный характер. То есть речь шла уже не только об объектах ВВС, в первую очередь аэродромах и аэродромных постройках, но и о маскировке артиллерийских, мотомеханизированных частей, складов и других важнейших военных объектов. Приказная часть это документа четко свидетельствует, что этот документ родился в порядке реакции на результаты инспекции. Наверху кому-то показалось мало такого приказа, и на следующий день издается приказ № 0043 от 20 июня 1941 года^[64], в преамбуле которого опять содержится прямая констатация отсутствия какой-либо маскировки в ВВС. Более того, подчёркивается, что «такое отношение к маскировке как к одному из главных видов боевой готовности ВВС дальше терпимо быть не может». Разница между этим приказом и приказом № 0042 состоит, во-первых, в том, что наряду с Тимошенко и Жуковым его подписал также и член Главного военного совета, секретарь ЦК ВКП(б) Г. Маленков (он тогда отвечал за авиацию). Во-вторых, если в приказе № 0042 ответственным за его исполнение являлся как бы начальник Генерального штаба (п. 8 гласил, что «исполнение донести через начальника Генерального штаба»), то в приказе № 0043 персональная ответственность за его исполнение возложена на командующих ВВС округов, а также на их военные советы. Причём об исполнении приказано доносить ежедневно и начальнику ГУ ВВС Красной Армии.

Так вот кто бы теперь объяснил, желательно вразумительно и без идиотских ссылок на общеизвестное российское разгильдяйство, что же все-таки означает столь злостный бардак в ВВС РККА?! Да-да, что же это означает, если всего-то за два года (впрочем, чуть меньше) издаются четыре приказа, в которых жестко констатируется именно же злостный бардак и злостное невыполнение приказов самого наркома обороны?! Более того. Кто бы теперь вразумительно, опять-таки без идиотских ссылок на хорошо известное общероссийское разгильдяйство, разъяснил, что же делали высшие военачальники, коли столь спокойно и долго взирали на этот злостный бардак, но спохватились буквально в последние перед агрессией дни?! Я именно потому сразу же отметаю как идиотские любые попытки сослаться на разгильдяйство, потому что длительное и злостное невыполнение приказов высшего военного руководства, тем более в угрожаемый период, а последние полгода перед войной таковыми и были, под категорию разгильдяйства подвести весьма трудно. Это уже саботаж приказов высшего военного руководства. Саботаж, который привел к тяжелейшим последствиям. Наконец, что же означает такой же злостный бардак с маскировкой в других войсках РККА, и почему высшее военное руководство страны столь долго терпело этот бардак, спохватившись лишь в самые последние дни перед нападением?! А потом грянула трагедия…

* * *

Вполне возможно, что если бы их дела рассматривались до 22 июня, то все окончилось бы небольшими тюремными сроками — Сталину было вовсе не с руки устраивать очередные силовые разборки с генералитетом в преддверии фатально неминуемой в самом скором будущем агрессии гитлеровской Германии. Но тут грянула невиданная трагедия 22 июня 1941 г. А ведь началась-то она именно с разгрома авиации, прежде всего в Западном округе. И вот тут-то судьба арестованных генералов ВВС РККА оказалась трагически предрешена. Потому как до 22 июня, тем более при почти на нет сошедших чистках в армии, максимум, что им «впаяли» бы, так это «четвертак», то есть 25 лет колымских лагерей усиленного режима. Да и то вряд ли. За воинскую халатность столько не давали. Скорее всего, дело ограничилось бы 5–7 годами лишения свободы. Ибо до этой даты еще как-то можно было бы списать на халатность (разгильдяйство) без отягчающих обстоятельств. Но к концу 22-го июня подобное уже было невозможно — ведь еще в мае было приказано исправить бардак, так нет же, ничего не было сделано. Не говоря уже о злостном невыполнении нескольких приказов самого наркома обороны. То есть бардак носил злостный, системный, если не сказать злоумышленный, к чему есть все основания, и к тому же повсеместный характер — точно такая же ситуация была и в иных приграничных округах. И авиацию этих округов точно так же постигла такая же трагедия. Естественно, что на фоне разверзшейся трагедии 22 июня 1941 г. ответственность непосредственных виновников предвоенного бардака в авиации приграничных районов мгновенно оказалась отягощенной крайне тяжелыми последствиями в военное время. В таких условиях и в ситуации военного времени приговор мог быть только одним — смертная казнь.