Испания. История страны - Хуан Лалагуна

На трех предыдущих выборах (1989, 1993 и 1996) общее число голосов за СРПИ и Объединенных левых оставалось неизменным, выше 48%, тогда как Народный альянс демонстрировал стабильный рост: с 25,8% в 1989-м до 38,8% в 1996 году. У альянса был отличный шанс вернуть утраченное и получить большинство, достаточное для формирования своего правительства. Настроения накануне выборов не обещали сюрпризов; однако результаты оказались довольно неожиданными: Народный альянс получил 44,5% голосов; тогда как социалисты и Объединенные левые набрали всего 39,54% (34,08% и 5,46% соответственно).

Возможно, это не совсем поворотный пункт в новейшей политической истории Испании. Однако если принять во внимание массовую неявку левых избирателей и то обстоятельство, что пропорциональная система, принятая в Испании, сыграла против более слабых партий, победа консерваторов означала усиление их влияния в Мадриде и Валенсии, а также в Каталонии, где они получили 4 дополнительных места. Что еще более важно, Народный альянс впервые получил одно место в Жироне. В итоге положение Хосе Марии Аснара существенно укрепилось, и ему уже не приходилось торговаться с Жорди Пужолем относительно условий формирования коалиции или обращаться за содействием к ослабленной оппозиции.

На самом деле оппозиция была не в том положении, чтобы на что-либо претендовать; их политическая и экономическая опоры серьезно сократились в связи с приверженностью пресловутому «третьему пути» и приватизацией государственной служб и коммунальных услуг. Через три месяца после поражения Хосе Родригес Сапатеро был избран генеральным секретарем партии. Он молод и, похоже, талантлив; его репутация все еще не запятнана, как у бывших лидеров СРПИ. Возможно, он сумеет завоевать голоса избирателей, как СРПИ, так и Объединенных левых и других оппозиционных движений; другого способа попросту не существует^[5]. Хосе Мария Аснар начал второй срок в премьерском кресле, опираясь на большинство в парламенте. Впрочем, ему предстояло решать такие вопросы, как прекращение политического насилия и борьба с сепаратизмом. Неизвестно, каковы истинные намерения Мадрида, прежде всего консерваторов, относительно реализации положений конституции 1978 года, готовы ли они к подлинной децентрализации. Ясно, что рано или поздно региональные правительства (автономии) перестанут требовать независимости и заговорят об объединении, но уже в составе не унитарного государства, а федерации или чего-то наподобие. Что касается политического насилия, к концу 1999 года ЭТА объявила о возобновлении огня, и страна замерла в ожидании новых похищений, вымогательств и убийств.

ВСЕОБЩИЕ ВЫБОРЫ В СТРАНЕ БАСКОВ 3 МАЯ 2001 ГОДА

На последних всеобщих выборах в баскский парламент коалиция НПБ вернулась к власти с подавляющим большинством (27 мест в 1998-м и 33 места из 75 в 2001 году). Явка на избирательные участки составила чуть менее 80%, это рекорд местных выборов; НПБ увеличила свою долю голосов почти на 150 000 (с 36,7% в 1998-м до 42,7%), и половина из них, по меньшей мере, принадлежала недовольным сторонникам «Эрри Батасуна», которая не смогла поддержать «Эускаль Эрротаррок» (ЭЭ), преемника политического крыла ЭТА. Представительство ЭЭ в парламенте сократилось вдвое, с 14 мест в 1998-м до 7 мест в 2001 году. Количество голосов за националистов осталось практически неизменным. В итоге НПБ сформировала правительство во главе с Хуаном Хосе Ибарретче, при неожиданной поддержке Объединенных левых.

Несмотря на давление со стороны НПБ и призывы отказаться от политического насилия, ЭТА подтвердила свое заявление о возобновлении огня, не испугавшись решительных ответных мер правительства. За сутки до официального вступления Ибарретче в должность, 10 июля, в Мадриде был убит полицейский, а три дня спустя — офицер баскской службы безопасности. Однако с тех пор никаких убийств не было^[6]. Возможно, НПБ укрепила свое влияние среди баскских избирателей, а урон, нанесенный националистическим партиям, обернулся дискуссией в Витории по поводу целей и средств ЭТА. Ибарретче и президент Националистической баскской партии Хавьер Арсаллус совместно высказались, что насилие — не метод решения политических проблем, но одновременно подчеркнули, что баски не готовы пожертвовать автономией, и обвинили Хосе Марию Аснара в затягивании переговоров относительно статуса провинции.

Что сулит будущее Стране басков, возможно ли положить предел насилию? На эти вопросы сложно ответить. Одно можно сказать наверняка — террористическая атака на Нью-Йорк и Вашингтон (11 сентября) ознаменовала начало войны с терроризмом; отныне те страны, где прибегают к политическому насилию, будут отвечать террористам адекватно. Остается лишь надеяться, что здравый смысл возобладает до того, как мир погрузится в «столкновение цивилизаций», от которого пострадает все живое.