Афганская ловушка - Олег Брылев

Многократные ссылки на «критическую ситуацию с продовольствием — население голодало» называть враньем не хочется. Пускай это будет заблуждением. «Критической» она могла быть лишь без продовольствия. Но дело не в игре слов. Получалось, что пуштуны в Хосте с голоду умирали, а их сородичи — Джадран, захватив дорогу и, как собака на сене, с этих гор ни шагу в сторону Гардеза и тем более Кабула — сыты и без наземных или воздушных поставок. «Конечно же, душманы понимали, что наши действия продиктованы необходимостью ликвидировать угрозу голодной смерти нескольких тысяч жителей Хоста», — сообщается в книге Громова.

Продукты действительно требовались, но лишь для снабжения гарнизона, что чуть ниже и признает автор правдиво. Но это уже не те масштабы. А без приукрашивания и нагнетания продовольственных страстей уж как-то и смысл, и ореол подвигов тускнели.

Не ставя под сомнение приводимые цифры, то ли 25 тыс. тонн (В. Варенников), то ли 24 тыс. тонн (Б. Громов) народнохо-зяйственных грузов, которые якобы были предварительно сосредоточены в Гардезе, хотелось бы знать: во-первых, где там складировалось такое их громадное количество; во-вторых, кто и как их загружал; в-третьих, как обстояли дела с разгрузкой в Хосте. Ведь утверждается, что ежедневно из Гардеза в Хост отправлялось «2–3 колонны… В основном это было продовольствие или горючее…». (А почему не боеприпасы? Опять как у Верстакова, «детишек носим на руках и чиним местный трактор»?) Варенников сообщает, что «19 января из Хоста в Гардез вернулась колонна, которая отвезла туда последнюю тысячу тонн груза». Ежедневно разгружать такую массу груза — ого! Войска-то на высотах сидели, оборонялись…

17 июля 1989 года я провожал из Москвы начальника политотдела хостинской 25-й пехотной дивизии. Подполковник Фарук закончил учебу на ВАКе Академии Генштаба. Мы встретились у меня дома, хорошо посидели… Он возмущался: «Лишь первые несколько колонн были добротно загружены. Еще бы, их провожали из Кабула (он говорил, что именно из Кабула, а не Гардеза) с помпой, митингами, оркестрами, под барабанный бой прессы и телевидения». С его слов, последующих было немного, «в машины бросали наспех что ни попадя, без разбора, нужно ли это в Хосте или нет. Войска вдоль трассы сидели на высотах, поэтому колонны должны были двигаться постоянно, шумихи-то было много. Да и машины зачастую шли загруженными наполовину — из Кабула уже и грузить было нечего, лишь бы движение по трассе не прекращалось. В результате уже в марте дивизия осталась без боеприпасов к минометам и почти без артиллерийских». Возможно, «приняв на грудь», Фарук излишне эмоционально драматизировал обстановку. Варенников приводил подобные примеры. Но истина могла находиться между полярных оценок.

И еще. Население там никогда не голодало и с раскрытым клювом помощи от не слишком богатого Кабула не ждало. В основном равнинный округ, находившийся почти в центре Пуштунистана, хоть и не в избытке, но имел свой скот, домашнюю птицу, вел земледелие. Значительная часть продовольствия традиционно завозилась из Пакистана — и ближе, и дешевле, и разнообразнее. Границы там всегда были открыты и для пуштунов практически не существовали. Так что если вести речь о трассе и не брать во внимание нужды афганского гарнизона, то почти всерьез можно утверждать, что в ней скорее нуждался Кабул, а не население Хоста. Но советская безвозмездная помощь могла, конечно, поставляться Хосту в ходе операции в больших количествах. Как бы там ни было, война войной, но местные жители обедали и ужинали по распорядку, да и чаи с лепешками по утрам гоняли исправно. Чтобы убедиться в этом, достаточно было Б. Громову спуститься с КП на перевале Сатыкандав непосредственно в Хост.

Возможно, подобные утверждения на совести тех, кто помогал автору в написании. В упомянутых книгах неточностей и противоречий хватает — то ли вследствие поспешности и невнимательности, то ли консультанты подвели. Например, в разделе «Магистраль» также утверждается: «После вывода из Хоста гарнизона советских войск сложилась реальная угроза потери города, да и всего округа…» Не знаю, кто так подставил автора, но «гарнизона советских войск» в Хосте никогда и не было. За весь период с 27.12.79 по 15.02.89. И дело здесь не в точности — вроде как при «шурави» все было в порядке, а ушли — получите!

Кому-то, видимо, страсть как хотелось объяснить, зачем же все-таки нужно было устраивать бойню-мясорубку там, в горах, когда уже отчетливо просматривалась перспектива вывода наших войск. По крайней мере, это было известно В. Варенникову за два месяца до начала «Магистрали». Об этом он сам пишет, вспоминая встречу в Кабуле с Э. Шеварднадзе накануне в сентябре. Окончательные договоренности были подписаны всего через полгода, 1 апреля 1988 года.

В прессе того периода и сегодня в Интернете полно восторженных отзывов по поводу проведенной операции, вплоть до утверждения, что она «должна быть включена в учебник по военной стратегии и тактике, как самое удачное сражение, проведенное советским командованием в Афганистане…». Не берусь оспаривать или оценивать ее чисто с военной точки зрения, замечу лишь, что на стратегические масштабы она явно не вытягивает. Общее количество задействованных войск, как советских, так и афганских, не достигало численности и одной мотострелковой дивизии. А дивизия, как известно, — единица тактическая.

По признанию самого Громова, регулярным войскам обеих армий, да еще при поддержке авиации там, в горах, «противостояла группировка оппозиции… в основном из военизированной части племени Джадран». То есть вооруженное народное ополчение. Вокруг Хоста, особенно южнее, войскам противостоял бы более серьезный противник, но туда операция не развивалась. Генерал-полковник В. Меримский в своей книге «В погоне за «Львом Панджшера» (изд. 1993 г.), описывая эти события, тоже сообщит: «Группировка мятежников состояла в основном из военизированных частей племени Джадран, которые отличались своей независимостью и воинственностью».

Помнится, в качестве обоснования целесообразности проведения операции декларировался «срыв» намерений моджахедов по созданию альтернативного исламского государства и деблокация города Хост.

Все оказалось проще — никаких боевых действий по разгрому банд в окрестностях Хоста и не намечалось. «Захватом перевала Сатыкандав, который был расположен на высоте 3 тысяч метров, мы планировали обеспечить беспрепятственное выдвижение своих войск и блокирование дороги Гардез — Хост. На следующем этапе операции, удерживая под своим контролем трассу, боевые подразделения должны были прикрывать прохождение колонн с запасом материальных средств в Хост и возвращение их обратно. В дальнейшем, после создания в гарнизоне Хоста необходимых запасов медикаментов (а боеприпасов? — Прим. авт.) и горючего, войска, которые располагались вдоль дороги, предполагалось вывести из округа в район Гардеза». Здесь уже чувствуется искренность и точность командарма, хотя опять косяк насчет боеприпасов. В обозначенном им замысле нет чьего-то словоблудия по поводу умирающих жителей, а конкретно идет речь о гарнизоне. Куда вот только мог разместить гарнизон вышеупомянутое количество грузов?.. Ведь в пересчете на железнодорожные составы их чуть ли не десяток!

Ну да ладно. Разгрузили, разместили — хорошо.