Тайные смыслы Второй мировой - Алексей Кофанов

В Вене Гитлера очаровал пафос вагнеровских опер. Вагнер навсегда стал его кумиром, а себя он отождествил с поющими суперменами: Лоэнгрин, Тангейзер, Риенци… Миф стал частью его судьбы.

И это серьезно, потому что Адольф не различал мечту и реальность. Купив как-то лотерейный билет, он настолько уверовал в выигрыш, что уже рисовал интерьеры дома, который купит на эти деньги, подбирал мебель и портьеры (кстати, так предлагают поступать и нынешние «тренера успеха»)… Но ничего не выиграл. И на обломках мечты яростно клял — кого? Тех, кто придумал лотерею, и «обманувшее» его государство!

Однажды он увидел демонстрацию венских рабочих. После писал: «два часа я наблюдал, затаив дыхание, этого бесконечного человеческого червя, который ползал перед моими глазами. Подавленный зрелищем, я наконец покинул площадь и отправился домой». Сила народных масс слилась у него с вагнеровскими образами и засела в виде неясной пока мечты.

В мае 1913 года Гитлер пересек границу, попал в Мюнхен, «культурную столицу» Германии, — и продолжил богемную жизнь. Так он совсем уж надежно скрылся от австрийского военкомата.

Однако в германскую армию пошел сам, тотчас после начала Первой мировой. Многие немцы тогда воспылали воинственным патриотизмом… И служил всю войну, награждён даже Железным крестом первого класса! Впрочем, и тут он ухитрился выделиться: не сидел в общем окопе, а носил приказы, связным служил.

Получил чин ефрейтора. «Вопрос о производстве Гитлера в унтер-офицеры поднимался, но мы не могли обнаружить в нем командирских качеств», [22] — писал его начальник.

Был ранен и отравлен газом, от чего ненадолго ослеп.

Тем временем революция подкосила Россию. Она фактически вышла из войны, а после Октября была вынуждена вообще сдаться. Брестский мир (в марте 1918-го) резко усилил Германию, теперь она воевала лишь на одном западном фронте. Немецкие войска стояли во Франции, соотношение сил было почти равным[15]— так что немцы не сомневались в скорой победе.

И вдруг стряслась ноябрьская революция 1918 года! Как и в России, предатели вынудили императора отречься от престола.

Это была очень странная революция. «Новые правители — социал-демократы, — отменив звания тайных советников и коммерции-советников, а также ордена и другие знаки отличия, на том и успокоились. Не было предпринято ни единой попытки социализации, феодальные позиции немецких землевладельцев остались нетронутыми[16], а чиновникам гарантировали занимаемые ими должности. За исключением владетельных домов, все общественные группы, имевшие до того определяющее влияние, вышли из перехода к новой форме государства почти без потерь» [23].

Как и в России, переворот не был вызван внутренними причинами; но у нас хотя бы марксизм стали насаждать, а там идей не было вовсе. Убили империю, и всё… Так что опять очевидны внешние рычаги. Кто-то очень хотел сокрушить конкурента — Германию.

Кто? Те, кто навязывали миру доллар…

Новые берлинские правители (марионетки банкиров) 28 июня 1919-го подписали Версальский договор, бесконечно унизивший немцев. «Это неслыханный, грабительский мир, который десятки миллионов людей ставит в положение рабов. Это не мир, а условия, продиктованные разбойниками с ножом в руках беззащитной жертве» [24].

Германия лишалась всех колоний. Отдавала немалые территории Франции, Польше, Бельгии и Дании. На страну наложили гигантские суммы репараций, которые она закончила выплачивать лишь в… 2010 году! [25] Запретили иметь боевую авиацию, танковые и химические войска, тяжелую артиллерию. Армию урезали до ста тысяч человек, причем они обязались служить по 12 лет — чтоб не было всеобщего призыва, а значит, обучения всех мужчин военному делу.

Если б Германия вправду развязала ту войну, это было бы справедливо: бодливой корове… Но ведь в войну ее втравили англо-американские банкиры! Так что Версаль стал оскорбительным вдвойне.

А Гитлер пошел в… Красную армию! [26] Такой вот поворотик.

Дело в том, что он вернулся в Мюнхен, а там как раз установилась Баварская советская республика (жившая лишь конец апреля 1919-го). Адольф видел себя исключительно солдатом, а единственной официальной армией в Баварии была Красная…

Да, Гитлеру было всё равно, кому служить. Политикой он еще не интересовался — хоть ему уже исполнилось тридцать. И судьба его могла сложиться иначе, но советская власть в Мюнхене быстро закончилась.

Его арестовала новая власть, и он (спасая шкуру) начал с ней сотрудничать: сдавал людей, служивших коммунистическому режиму. Удалось ему это хорошо, и его отправили на курсы агитаторов. Задачей Гитлера стало выгонять из мозгов демобилизованных солдат «большевистскую заразу».

В его пропаганде чудно помогла… Россия. У нас тогда действительно творился страшный свердло-троцкистский террор, в сравнении с которым 1937 год — шалость ясельная. Чуть позже Гитлер написал: «Правители современной России — это запятнавшие себя кровью низкие преступники, накипь человеческая, которая воспользовалась стечением трагических обстоятельств, захватила врасплох государство, произвела дикую кровавую расправу над миллионами людей, истребила интеллигенцию и осуществляет самую жестокую тиранию, какую когда-либо знала история».

И такая Россия отбивала всякое желание воплощать марксизм. Немцы стали искать иной путь. Так что гитлеризм в немалой степени порожден Троцким и Свердловым.

В сентябре 1919-го начальство командировало Гитлера в пивную «Штернекерброй». Нет, не расслабиться с кружечкой — а проверить заседавшую там новую партию DAP (немецкую рабочую, Deutsche Arbeiterpartei). Пивные в Мюнхене огромные, годные для сборищ. Почему-то всё зарождение нацизма происходило именно в этих заведениях; а есть ли связь этой идеологии с солодовым опьянением — пусть врачи определяют.

Гость слушал и встревать не собирался. Но, когда какой-то умник предложил отделить Баварию от Пруссии (типа «хватит кормить Кавказ…»), Гитлер не выдержал, попросил слова — и страстно выразил всё, что думал о предыдущем ораторе. Признаем, был абсолютно прав, потому что любой сепаратизм нужен только врагам страны.

Глава партии Антон Дрекслер, впечатленный напором Адольфа, упросил его прийти снова. Тот пришел — и даже вписался в партию, получив членский билет № 555. Негусто народу? О, да! Я вам больше скажу: ради веса ДАПовцы приписали себе первую цифру и пятьсот членов: реально Гитлер стал 55-м…

В феврале 1920-го к названию партии добавили слова «национал-социалистическая» (НСДАП), ее символом стала свастика, а Гитлер вскоре перетянул управление на себя. Он оказался блестящим оратором, умел держать внимание толпы и вбрасывать зажигающие ее лозунги — как и его российский коллега Троцкий.