Масоны. Как вольные каменщики сформировали современный мир - Джон Дикки

Наконец наступает черед обряда, закрывающего работу ложи, в котором тоже используется множество знаков, стуков, произносятся молитвы и речи, сопровождаемые величественными жестами. После этого уже порядком уставшие братья отправляются за праздничный стол.

Утоляя голод и жажду, новопризванный масон вправе призадуматься. Приняв важнейшее решение в своей жизни и, несмотря на все предостережения и опасения, вступив в ряды братьев-масонов, он ожидал причаститься великих тайн, способных кардинально изменить его жизнь, да и жизнь человечества. И вот — все ритуалы посвящения позади, а никаких тайн он не узнал. Появились только новые тайны. Да, он уже выучил «знак», «примету», «слово». Но суть всего это, кажется, только в том, что он просто должен быть хорошим человеком.

Наверное, тайны начнут открываться на следующих степенях, и тогда-то он приблизиться к просветлению. Но, терпеливо дождавшись получения сначала второй, потом третьей степени — то есть став сначала подмастерьем, а потом и Мастером, ничего принципиально нового он не узнает.

Во время церемонии получения степени подмастерья соискатель встает уже на правое колено и оголяет правую часть груди. Используется второй тип масонского рукопожатия, при котором большой палец надавливает на костяшку уже среднего пальца. Нравственные посылы так же просты, хотя и немного отличаются: соискателю говорят, что теперь, помимо обязанности быть хорошим человеком, он должен еще стараться познавать мир. Он произносит клятву, при нарушении которой его грудь да будет вспорота, а сердце — выклевано стервятниками. Новое слово — «иахин» (так назывался второй столб из притвора Храма Соломона).

Наконец соискатель степени Мастера снимает рубашку полностью, а также оголяет оба колена. При рукопожатии средний и безымянный пальцы раздвигаются (вспомним приветствие Спока из «Звездного пути»). За нарушение клятвы же полагается рассечение надвое, при этом внутренности должны быть сожжены и рассеяны по свету. Некоторые люди утверждают, что в переводе с какого-то неизвестного языка слово «махабон» означает «дверь ложи открыта».

Церемония посвящения в Мастера — самая важная из трех, это кульминация на пути становления франкмасона. Она продолжительнее двух предыдущих, а ее главная тема — смерть. При этом выглядит все довольно забавно. Братья готовятся к небольшому спектаклю, во время которого будет разыграна смерть Хирама Абифа, главного архитектора при строительстве Храма Соломона. Согласно легенде, мастер-каменщик отказался выдавать свои тайны и был убит тремя нечестивцами. И вот соискатель исполняет роль Хирама: на него кричат, слегка толкают, а затем засовывают в «похоронный мешок» и проносят по ложе. В конце Хирама Абифа воскрешают волшебное рукопожатие и особое животворное объятие Мастера.

Тайны, окутывающие восхождение человека к принятию в масонскую ложу, хранятся за тремя замками: таинственны сами ритуалы, при этом соискатель клянется страшными клятвами их не разглашать, и все это к тому же скрывается за особым языком символов. На последнем этапе церемонии получения третьей и высшей степени Мастера раскрывается главная из всех тайн, а вместе с ней — тайна всего франкмасонства… Оказывается, что смерть — дело очень серьезное, неизбежно накладывающее отпечаток на наше мировосприятие.

И все. За покровами и печатями тайн, за обещанием раскрыть великую истину — это все, что мы обнаруживаем. Как объясняется соискателю во время ритуала присвоения степени Подмастерья, «искусство» есть ни больше ни меньше «особая нравственная система, скрываемая аллегорией и объясняемая символами».

Соискателя степени Мастера пытаются силой заставить выдать тайны масонов

Порой приходится слышать о двадцать третьей или тридцать третьей степени в масонстве, но выше Мастера никого на самом деле быть не может. Впрочем, некоторые братья увлеклись придумыванием дополнительных степеней. Создавались отдельные организации, и наиболее показательным (как и наиболее замысловатым) был так называемый Шотландский устав, в котором насчитывается ни много ни мало тридцать разных степеней. Нужно помнить, что все эти дополнительные степени, по сути, — ответвления от основного стержня из трех ступеней, описанных ранее. Спросив одного масона, почему он с таким энтузиазмом добивается все новых и новых дополнительных степеней, я получил следующий ответ: «Вызывает привыкание». При этом «новые» степени представляют собой все ту же смесь из аллегорий, дежурных нравственных норм и многочисленных церемоний, которые призваны вызывать чувство сплоченности. Но, как всегда, символизм обрядов оставляет широкий простор для воображения, а их участникам — возможность носить прекрасные костюмы.

Нам не следует недооценивать удивительную притягательность масонских ритуалов, не стоит и думать, что скрытая за ними философия так уж банальна. Значения символов, возможно, на первый взгляд кажутся непримечательными и даже шаблонными: будь хорошим человеком, стремись обладать всеми необходимыми знаниями, будь терпимым к представителям всех религиозных традиций. И вдруг мы понимаем, что — по сравнению с нелепыми и порой дикими идеями ортодоксальных религий (жечь ведьм, убивать неверных, клеймить грешников) — принципы масонов кажутся какими-то неожиданно и непривычно человечными.

Франкмасоны подчеркнуто призывают не считать их братство религиозным течением. Кто-то скажет, что если есть и церемонии с соответствующим символизмом, и нравственные нормы, и духовные принципы, то открещиваться от слова «религия» — просто-напросто казуистика. Возможно, масонство достаточно описывать как религию «второго порядка»: она допускает свободу вероисповедания, позволяя каждому на свое усмотрение разбираться с богословскими тонкостями, однако при этом создается особое пространство совместного духовного существования. Можно ехидно посмеиваться, но до конструктивной критики как-то обычно не доходит. Вспомним, что многие масоны активно участвуют в благотворительности.

После того как Кустос рассказал обо всем этом португальским инквизиторам, они посчитали, что ему вполне можно доверять. Однако их мнение изменилось, как только они получили ответ на вопрос о конечной цели всех масонских ритуалов. Приведем выдержку из их записей:

[Кустос] сообщил, что единственная цель ритуалов — поддерживать тайность, хранимую всеми членами братства.

Было испрошено: получается ли, что все церемонии и обряды нужны только для обеспечения духа таинственности, или предусмотренные уставом наказания, по существу, охраняют некую тайну?

[Кустос] на то ответил, что конечной целью была лишь сама тайность.