Высотки сталинской Москвы. Наследие эпохи - Николай Кружков

Тематические вставки из цветной керамики на фасаде речного вокзала в Химках. 1930-е гг.

Для повышения архитектурных качеств фасадов капитальных зданий, замены недолговечной и трудоемкой «мокрой» штукатурки более прочной, долговечной и красивой облицовкой лаборатория керамики еще до войны разрабатывала и внедряла в строительство новый для советской архитектуры материал – фасадную терракоту. Ее систематическое изучение с учетом опыта прошлого и возможностей современной техники было начато с 1936 года. В частности, были изучены массы на основе подмосковных светложгущихся глин гжельско-кудиновского типа. В результате были изготовлены крупные керамические изделия светло-кремовых, розоватых, оранжевых, коричневых и черного цветов^[227].

Ввиду отсутствия необходимой производственной базы в системе промышленности строительных материалов изготовление терракотовых деталей первоначально было налажено на базе гжельской артели «Художественная керамика». Лаборатория керамики разработала рецептуру составов, рабочие чертежи деталей и методы их крепления, изготовила гипсовые формы и эталоны в материале, составила инструкцию по технологии производства и технические условия приемки готовой терракоты. Показательная облицовка этими фасонными и скульптурными деталями из терракоты фасадов общей площадью 1200 м² подтвердила возможность изготовления таких деталей в короткие сроки даже в примитивных технических условиях производства. Этот эксперимент был выполнен на корпусе А и Б здания по улице Горького, построенного по проект у А.Г. Мордвинова в 1938 году^[228].

Успехи разработки пробной партии керамических облицовочных материалов позволили перейти и к технологии изготовления лицевого кирпича, осуществление которой в производственном масштабе состоялось недалеко от Гжели на Кудиновском заводе в подмосковном городе Электроугли. Здесь был практически разрешен вопрос изготовления пустотелого и профильного кирпича на ленточных прессах. Советский лицевой кирпич был впервые применен в 1939 году при строительстве многоэтажных жилых домов на Большой Калужской улице, возводившихся поточно-скоростным способом.

Большие перспективы открывала проведенная Научно-исследовательским институтом кирпичной промышленности работа по получению цветного глазурованного облицовочного кирпича, пробная партия которого была выполнена на том же Кудиновском заводе. Однако Великая Отечественная война приостановила производство архитектурной керамики^[229]. Условия на предприятии оставались, по существу, полупроизводственными, технология не была до конца отлажена, большое количество изделий шло в брак. В годы войны, в период острейшего дефицита строительных материалов, и эти сохранившиеся пережженные керамические блоки находили свое применение на стройках тыла.

Фрагмент фасада

Архитектор Г.П. Гольц. Жилой дом на Большой Калужской улице. 1940 г.

Свое дальнейшее развитие производство фасадной керамики получило уже в послевоенный период. К тому времени советская терракотовая облицовка уже подтвердила свои эксплуатационные качества, неплохо послужив на домах довоенной постройки. Московский опыт положил начало для широкого применения архитектурной терракоты на строительстве в других городах Советского Союза. Архитектурная керамика стала успешно применяться в строительстве Киева, лицевой кирпич был использован академиком А.В. Щусевым на фасадах Государственного театра в Ташкенте, а глазурованная керамика – в отделке зданий в Баку, построенных по проектам С.А. Дадашева и М.А. Усейнова. Успеху применения нового материала способствовала и выпущенная Лабораторией керамики монография «Архитектурная терракота». В книге отмечался основной недостаток первого советского опыта облицовки зданий терракотой – большой ассортимент деталей (130) и была указана возможность сокращения их числа путем типизации размеров, а также построения орнаментов на принципе повторяемости рисунка^[230].

Еще в 1936 году по методике А. Филиппова лабораторией керамики Академии архитектуры СССР было проведено обследование 21 московского сооружения с фотофиксацией. Были зарегистрированы сооружения древние, существующие несколько сотен лет; средней древности (конец XIX – начало XX века); и, наконец, более новые постройки 1910–1915 годов. Это обследование дало возможность в 1948 году провести повторное, контрольное обследование этих же объектов с точной фотофиксацией фасадов, фрагментов и тех же отдельных керамических деталей, которые были обследованы в 1936 году. Кроме того, были уточнены описанием и дополнительными фотоснимками все существенные изменения, обнаруженные на керамике.

Таким образом, получились достаточно научно и документально обоснованные материалы натурных обследований за 12 лет, дававшие возможность и впредь продолжать систематические наблюдения за долговечностью керамических облицовок. Помимо повторных наблюдений, в 1947–1948 годах были дополнительно проведены в Москве специальные обследования облицовок с фотофиксацией объектов для выявления роли отдельных агрессивных факторов. Были собраны материалы по разрушениям керамики, натурные обследования дополнены специальными экспериментальными (лабораторными и производственными) работами, обработкой литературных данных отечественных и зарубежных ученых. Весь этот комплекс работ дал возможность установить важнейшие агрессивные факторы, действующие на фасадную керамику, определить роль каждого из них, выявить взаимосвязь между физико-химическими свойствами керамических облицовок и их устойчивостью, дать рекомендации технологического и архитектурно-строительного характера и, наконец, разработать технические требования к фасадной керамике для высотного строительства. Потенциальные возможности советской керамической технологии были неограниченны, что создало широкие творческие предпосылки применения этого материала в строительстве^[231].