Геббельс. Адвокат дьявола - Курт Рисс

Это была большая любовь. Как они ни старались сохранить тайну, их связь просочилась наружу. Все министерство пропаганды только о ней и говорило. Фрицше высказался так: «Он все поставил на карту». Вся индустрия кино смаковала новость. Продюсеры и режиссеры соперничали друг с другом, чтобы пригласить ее на роль, без всяких на то усилий со стороны Геббельса и X. Господа из мира немецкого кино действовали по своей собственной инициативе. Им подвернулся случай снискать благорасположение Геббельса, и они без зазрения совести пытались извлечь из него выгоду для себя. Они даже пытались использовать ее в своих корыстных целях. Не проходило недели без того, чтобы тот или иной киномагнат не уговаривал ее представить министру какой-нибудь проект. Она сама за свою услугу не получала ничего. Но она была доброй по натуре, да к тому же ей нравилось выглядеть влиятельным человеком, и она охотно соглашалась выступать посредником, помогая своим просителям зарабатывать немалые деньги. Потом, правда, ей пришлось убедиться, что благодарность не входила в число их достоинств.

Геббельс был счастлив. Но X, видимо, желала большего. Она говорила знакомым, что ждала, когда он разведется, чтобы, соответственно, выйти за него замуж. Ее желание было лишено всякой корысти, ей не был нужен муж-министр, ей нужен был он, мужчина, которого она отказывалась делить с другой женщиной.

Если бы в ее поведении была хоть капля расчетливости, крайне недоверчивый Геббельс тут же бы ее учуял. Но она вела себя так по-детски наивно, что он в душе признал ее желание справедливым и решил поговорить с Магдой.

Весь Берлин знал об их романе, одна Магда оставалась в неведении. Может быть, пересуды доходили и до нее, но она отказывалась им верить? Актриса по-прежнему иногда навещала ее, хотя теперь намного реже. Как– то раз Магда заметила у нее на пальце красивое кольцо и спросила, кто его подарил. «Человек, которого я люблю», – вынуждена была ответить X. Позже Магда припомнила ее ответ.

А теперь Геббельс стоял перед женой и пытался с ней объясниться. Он говорил, что их брак распадается, что он полюбил другую и просит Магду предоставить ему свободу. На просьбу о разводе она не ответила ни «да», ни «нет».

Геббельс ушел из дома. Он решил, что Магда согласилась и сама предпримет все нужные шаги, чтобы окончательно оформить развод. Он не возвращался домой неделю и жил в отеле «Кайзерхоф» напротив министерства пропаганды. Не получая известий от Магды, он поехал в Шваненвердер. Вначале на звонок в дверь никто не выходил, потом появилась Магда, спросила, зачем он пожаловал, и добавила, что ему там нечего делать. Геббельс ответил, что хочет повидаться с детьми. Магда исчезла, и через несколько минут вышли дети. После этого случая время от времени Геббельсу разрешали встречаться с детьми снаружи дома, но внутрь путь ему был заказан. Магда объявила детям, что отец, вероятно, никогда не вернется домой.

Первым делом Магда продала землю, прилегавшую к вилле в Шваненвердере. Одновременно она начала еще больше сокращать расходы. Нескольких человек из прислуги уволили, других предупредили, что, возможно, жалованье будет задержано на неопределенный срок. Магда и не думала просить денег у мужа, а сам он не выказывал желания содержать ее.

Магда поговорила откровенно с Карлом Ханке, заместителем министра пропаганды и ближайшим сотрудником Геббельса. Молодой, высокий и стройный, с темными печальными глазами, он уже давно был влюблен в Магду, и она наверняка прекрасно знала о его чувствах.

Зачем она обратилась к нему? Искала совета и утешения или хотела встретить родственную душу?

Она стала его любовницей. Любопытно то, что она не только забыла о своих невзгодах, но и обрела счастье, судя по всему подлинное. Как-то раз она сказала подруге: «Мне кажется, я могу быть счастлива с любым мужчиной». Шли даже толки о том, что они поженятся. Но когда Магда рассказала о своем намерении Герингу, тот позвонил фюреру, и на следующий день она уже вылетела в Берхтесгаден.

Позже Магда рассказала, что просила у фюрера согласия на развод с мужем. По ее словам, Гитлер ответил, что, несомненно, их размолвку еще можно уладить. Но Магда упрямо твердила, что между ней и Геббельсом все кончено.