Адмирал Ее Величества России - Павел Нахимов

В тот же день около полдня при риф-марсельном крепком от WSW ветре увидели к NW дым, почему эскадра поворотила к нему, и послан пароход «Бессарабия» осмотреть его, но видимый дым в 2 часа исчез, и пароход «Бессарабия» возвращен из погони; в это время эскадра была в 25 милях от берега с зарифленными марселями по крепости ветра и волнения, шел со шквалами дождь, а потому адмирал думал, что видимый дым был от пакетботного турецкого парохода, возвращающегося от восточных турецких портов в Константинополь и обходящего эскадру так далеко от берега во избежание встречи с нею; на этом основании эскадра поворотила к берегу.

Ноября 3-го. В этот день ветер стих, и была возможность иметь сообщение посредством гребных судов, этим воспользовались, и сообщены приказом по эскадре все полученные повеления относительно войны с турками и высочайший манифест на то.

С полдня видели с салинга к WSW несколько судов, почему в 10 часов послан пароход обозреть их; а в полдень «Бессарабия» сообщил посредством сигнала, что судов числом десять и все купеческие, потом пароход по наставлению адмирала пошел к N для осмотрения горизонта.

Ноября 4-го. С утра видели к SW три чикермы, в 10 часов ничего на горизонте, кроме упомянутых судов, послан пароход «Бессарабия» их спросить, чтобы добыть языка, но с парохода узнали, что к OSO видно было большое судно, и ему разрешено идти к нему; в полдень пароход скрылся от эскадры на этот румб, а в 11 1/2 часов ночи привел на буксире турецкий пароход без пассажиров; пароход «Бессарабия», находясь близ Ниаполи, увидел к О пароходный дым, приближавшийся к нему, и потому вступил под паруса, прикрыв свою трубу и кожухи брезентами, начал лавировать к О, хитрость эта удалась как нельзя лучше. Турецкий пароход подошел под его выстрелы, по первому ядру бросился в берег и спустил гребные суда, на которых бежали капитан и его помощник вместе с бывшими на пароходе чиновниками, следовавшими в Константинополь по службе, как говорит оставшаяся на пароходе команда.

В этот же день по отсутствию парохода послан бриг «Язон» опросить чикермы, но по маловетрию от SO чикермы ушли от него к берегу.

Ноября 5-го. С утра снаряжая призовой пароход к отправлению в Севастополь, в 10 часов услышали к W выстрелы, почему и послан пароход «Бессарабия» в ту сторону для обозрения горизонта и для опроса усмотренного там трехмачтового судна, а в 11 часов, видя, что пальба усиливается, решился по совершенному безветрию подвинуть эскадру к W посредством пароходов, и, не теряя времени, сигналом отзывали «Бессарабию» из погони, которого тот не мог рассмотреть, и продолжал идти к судну, оказавшемуся турецко-купеческим, оно нагружено солью и не знает причину пальбы, – между тем, адмирал приказал призовому пароходу взять свой корабль на буксир и вести на Wt-S, то же было приказано возвратившемуся в 1 час из погони пароходу взять на буксир сильнейший в эскадре корабль «Храбрый» и вести на соединение с эскадрой, в это время выстрелов не было уже слышно, и потому адмирал, отодвинувшись к W на 12 миль, в 3 часа приказал призовому пароходу бросить буксир и идти за кораблем «Ягудиил», а в 5 часов пароход «Бессарабия» послан за четвертым кораблем – «Чесма», в это время сделалось верховое маловетрие от О, к 7 часам корабль «Ягудиил» приведен к адмиралу призовым пароходом, которому по малости угольев велено прекратить пары, и временному командиру его лейтенанту бар.

Криднеру приказано повременить отправлением в Севастополь до утра, на случай могущей быть надобности в нем. В 8 часов верховое маловетрие усилилось до хода 4 1/2 узлов, и потому в ожидании присоединения корабля «Чесма» и фрегатов адмиральский корабль остался под одними марселями, имея курс на W.

Вице-адмирал Нахимов 1-й

Предписание А. С. Меншикова П. С. Нахимову о порядке крейсерства у турецких берегов

30 октября 1853 г.

Ответствую на отношение в. пр-ва к начальнику штаба Черноморского флота и портов от 29 октября текущего года за № 282 полученное мною сего числа через пароход «Бессарабия».

Цель вашего крейсерства состоит главнейше в пресечении сообщений и подвозов неприятеля из Босфора в азиатские порты, и в особенности в Трапезунд и Батум, и в истреблении всех военных судов его, кои вам встречаться будут или которых узрите у берегов, почему избрано было для вашего плавания самое узкое место между Крымом и берегом Анатолии.

Из сего следует, что вам ничто не препятствует действовать по вашему усмотрению для достижения предназначенной цели и вне пределов упомянутого пространства, от которого, однако же, желательно было бы, чтобы вы ненадолго отдалялись, дабы иметь всегда возможность в случае надобности присоединить вас к флоту для более важнейших предприятий.

Купеческие суда, идущие к турецким портам, вам следует осматривать и имеющие военные грузы, как-то: порох, снаряды и оружие, задерживать и отправлять в Севастополь, буде они турецкие, а ежели они принадлежат другим нациям, то, отобрав военный груз, отпускать; служащих же турецкому правительству лиц брать в плен, где бы они ни находились.

Плавание иностранных военных судов по Черному морю не предполагается, ибо доселе отношения наши к ним суть хотя не совсем согласные, но мирные, но ежели бы появились таковые крейсеры, то вы тотчас же дадите об этом знать в Севастополь. В случае же входа превосходной в силах эскадры, вы имеете сами воротиться на Севастопольский рейд.

Отношение это препровождаю к в. пр-ву с пароходом «Бессарабия».

Начальник Главного морского штаба кн. Меншиков

P. S. У сего прилагается Высочайший манифест, объявляющий войну туркам.

Из записок мичмана В. Д. Палеолога о крейсерстве эскадры П. С. Нахимова в Черном море

Октябрь – ноябрь 1853 г.

11-го числа, чуть свет, при легком NNO эскадра наша тихо, торжественно снялась с Севастопольского рейда. Жители Севастополя толпились на всех возвышениях, чтоб напутствовать нас желанием славы и сказать «прости», которое, может быть, для некоторых из нас будет последним… Мы же мысленно обещали порадовать их возвращением с триумфом победы.

12-го числа ветер засвежел и заставил взять три рифа. В ночь встретили фрегат «Коварна», которому приказано было держаться соединенно. На другой день фрегат сделал телеграф: «У меня ничего нет». Адмирал в ответ на это поднял вымпелы фрегата и брига «Эней» и сигнал: «Идти в Севастополь, предупреждаю быть осторожным – близко к разрыву».

13-го числа в полдень были от ближайшего берега – устье р. Капу-Суи – в 28 милях. 14-го числа в прекрасное утро, при маловетрии, которое вскоре превратилось в штиль, мы могли простыми глазами видеть берега с селениями на них. Анатолийские берега напоминают берег Кавказа…