Фальшивомонетчики третьего рейха. Операция "Бернхард" - Вильгельм Хеттль

Не имевший якобы средств изобретатель жил в прекрасно обставленной вилле, в подвалах которой и располагалась его лаборатория. Там находилось несколько десятков образцов различной аппаратуры, расположенной по непонятной схеме. Один из немцев сравнил увиденное с физическим кабинетом любой немецкой высшей школы и попал, как говорится, в точку.

В одно из помещений своей лаборатории, которое он называл «энергетическим блоком», Маркони пускать посетителей не хотел. Когда же те стали настаивать, он попытался прибегнуть к отвлекающим маневрам, заявив о своей готовности предоставить немецким ученым возможность взглянуть на его «секреты» при условии «соблюдения коллегиальной тайны», поскольку он в течение ряда лет занимался проблемой превращения атомного ядра, которую практически уже разрешил. Подрыв взрывчатых веществ на расстоянии является, так сказать, побочным продуктом его исследований.

В качестве «доказательства» он предъявил небольшую запечатанную бутылочку, внутренние стенки которой, как было видно на глаз, были покрыты копотью. С театральным жестом он поднял бутылочку вверх для всеобщего обозрения и воскликнул, что в ней находится результат его многолетней научной работы, который произведет настоящую революцию в технике, экономике и военном деле. Ему первому удалось преобразовать кислород и азот воздуха в углерод, который и выпал в осадок в бутылочке. На этом комиссия поспешно откланялась, так как исследователь атомного ядра выдал себя, как говорится, с головой. Никаких договоренностей о дальнейшем сотрудничестве принято не было, а тем более о поставках изобретателю драгоценных металлов и аппаратуры. В порядке соблюдения вежливости было, однако, решено провести «большое испытание» в присутствии Гитлера в начале 1945 года.

Вольф был обескуражен, когда члены комиссии доложили ему без прикрас, что речь идет о шарлатане или идиоте. Подобно Гиммлеру и Муссолини, у него тоже появилась надежда спасти с помощью изобретения Маркони в последнюю минуту положение стран оси. Но даже и теперь он не оставил этой надежды, снова и снова возвращаясь к мысли, что Маркони, скорее всего, шел к своему открытию не строго научным путем, не имея традиционной научной подготовки, будучи тем не менее гениальным первооткрывателем, и поэтому не понятым «кабинетными учеными». Поэтому он не сразу расстался с Маркони, привлекая все новых экспертов, как немецких, так и итальянских, чтобы те в узком кругу еще раз перепроверили изобретение Маркони. Когда же и эти ученые пришли к такому же выводу, что и берлинская комиссия, и Маркони-2 был разоблачен как мошенник и шарлатан, мир для Вольфа рухнул. Он понял, что провидение ничего не предпринимает для спасения Германии и что на чрезвычайное вмешательство высших потусторонних сил рассчитывать не приходится. Уже через несколько недель эсэсовский генерал Вольф начал вести переговоры с представителем американского управления стратегических служб Алленом Даллесом^[66] о капитуляции немецких войск в Италии. Имеются неоспоримые доказательства, что участие «высшего эсэсовского и полицейского чина в Италии», имевшее столь важное значение для успеха этой акции, является следствием того разочарования, которое Вольф пережил с Маркони и его изобретением.

Сама же афера Маркони получила двойной эпилог — трагический и комический.

Муссолини после неудавшегося прорыва в область фантастики быстро возвратился к прирожденному здоровому реализму, но чувствовал себя одураченным и поставленным в неловкое положение по отношению к немецкому союзнику. Еще до того, как Вольф убедился в обмане Маркони, дуче отдал распоряжение об аресте последнего. «Изобретателя» не ожидало ничего хорошего, если бы в дело опять не вмешался тот агент Швенда, с поездки которого в Берлин и началась вся эта история. Естественно, в «секреты», связанные с Маркони, его никто не посвящал, так что о развитии событий он ничего не знал. Он стал разыскивать внезапно исчезнувшего приятеля — с которым агент, как это теперь выяснилось, проворачивал в свое время крупные денежные операции с фальшивыми фунтами — и, наконец, обнаружил его в одной из итальянских тюрем. Агент решил освободить Маркони во что бы то ни стало, даже когда ему стало известно, что тот является личным пленником Муссолини: ведь в республике Сало на самом деле правил не Муссолини, а хозяйничали немцы, с которыми у него были отличные отношения. Он обратился к своему шеф-продавцу и потребовал принять меры по освобождению Маркони. В качестве обоснования агент использовал предлог, что тот нужен ему для осуществления крупной сделки. Маркони знал якобы, где были припрятаны золотые и платиновые запасы итальянских научно-иссле-довательских институтов, и имел к ним доступ, намереваясь продать значительную их часть. На 1 декабря была, мол, назначена передача им первой доли в количестве пятидесяти килограммов чистого золота и двадцати пяти килограмм платины, за которые он получил уже аванс в тысячу фунтов (естественно, фальшивых). Миланский шеф-продавец принял все, как говорится, за чистую монету и решил помочь своему агенту в освобождении Маркони, так как не хотел упустить сделку по приобретению золота за фальшивую валюту.

Шеф-продавцу было, конечно, неизвестно, что упомянутые 50 килограмм золота и 25 килограмм платины, которые должен был поставить Маркони, не являлись частью запасов итальянских научно-исследовательских институтов, а предполагалось получить им от немцев за подготовку к испытаниям своего «изобретения». Если бы в дело не вмешались ученые, Гиммлер с Вольфом обязательно выдали бы ему требуемое. За аванс в тысячу фунтов, полученный им от агента, он, предположительно, оборудовал псевдонаучную лабораторию, показом которой хотел ввести в заблуждение посланцев Гитлера. Вся история с изобретением была им выдумана с целью получения золота и платины от немцев. Эти драгоценности он намеревался продать за английские фунты, не подозревая, что они фальшивые.

Наш агент не хотел допустить суда над Маркони не только из-за личной привязанности и дружбы, а в большей степени из опасения, что в ходе расследования дела «изобретателя» была опасность выхода на него самого и его темные делишки с фальшивой валютой. Не долго думая, он израсходовал еще несколько тысяч фунтов для подкупа итальянских чиновников, которые официально освободили Маркони, чтобы избежать объяснений о его внезапном исчезновении из тюрьмы. На запросы немецкой стороны, что с ним стало, ответа не последовало.