Красные против белых. Спецслужбы в Гражданской войне 1917-1922 - Олег Шинин

Формирование вооруженной силы ВЧК на принципах Красной армии помогло ВЧК и местным ЧК при подавлении открытых выступлений против советской власти, в борьбе с бандитизмом, дезертирством и в охране особо важных правительственных, промышленных и хозяйственных объектов.

Те же самые задачи, только на территории, подконтрольной ВСЮР, были призваны решать бригады государственной стражи.

В состав краевой бригады входили: управление, губернский резерв, чины канцелярии, приставы в городах и уездах с помощниками; участковые (в городах) и волостные надзиратели; пешие и конные части государственной стражи^[430]. Согласно временному штату, Владикавказская краевая бригада насчитывала 5341 человека^[431], Ставропольская – 3342 человека, Екатеринославская – 1006 человек, Черноморская – 1920 человек^[432].

В состав городской бригады входили: управление; городской резерв; командиры районов и их помощники; приставы и их помощники; участковые надзиратели; пешие и конные части государственной стражи и рассыльные. Например, государственная стража города Воронежа, согласно временному штату, насчитывала 413 человек. При командире уездной стражи состояли: командир, его помощники, канцелярия, архив и рассыльные^[433].

«Охранение государственного порядка, благополучия и общественной безопасности» в портах возлагалось на чинов портовых команд, состоявших из приставов, их помощников, канцелярии, стражников и рассыльных. Например, Новороссийская портовая команда Черноморской губернской бригады насчитывала 154 человека^[434].

Охранение порядка, благополучия и безопасности на водных путях возлагалось на речную стражу, в крепостях – на крепостные команды. Речные и портовые команды входили в состав губернских или городских бригад государственной стражи. Начальник крепостной команды имел двойное подчинение: командиру губернской или городской бригады по исполнению общих обязанностей, лежащих на чинах государственной стражи в отношении предупреждения и пресечения преступлений, а равно и в отношении довольствия комплектования, и начальнику крепостного штаба – по исполнению военно-полицейских обязанностей^[435].

Формирование бригад растягивалось по времени. 7 мая 1919 г. А.И. Деникин утвердил временные штаты Ставропольской и Черноморской губернских бригад, 5 июня – Екатеринославской, 26 июля – Севастопольской городской, 2 октября – Владикавказской и Астраханской краевых бригад, Новороссийской портовой команды, государственной стражи Харькова, Екатеринослава, Полтавы и Воронежа^[436]. По подсчетам историка В.Ж. Цветкова, к октябрю 1919 г. существовало 20 губернских, краевых и городских подразделений численностью около 80 тысяч человек^[437].

«Опыт создания военно-полицейских формирований на территориях, контролируемых белыми правительствами в 1918–1919 гг., показал, что в условиях крайней слабости, а подчас и полного отсутствия местного государственного аппарата, милиции, государственная стража становилась единственной силой, способной обеспечить должной правовой порядок, – считает доктор исторических наук В.Ж. Цветков. – И, хотя повседневная работа подразделений внутренних дел была менее заметной, чем боевые действия строевых частей на фронте, следует отметить их заслуги в борьбе с анархией и бандитизмом, в деле становления новой российской государственности»^[438].

В подчинении государственной охраны Департамента милиции МВД А.В. Колчака воинских формирований не было. Борьбу с красными партизанами вели армейские воинские части.