Мальчики в лодке - Дэниел Джеймс Браун

Калифорния всю неделю отрабатывала быстрый старт, но они так и не были готовы. Как только прозвучал стартовый сигнал, Вашингтон взял раннее лидерство в гонке. Калифорния ответила быстро и решительно – парни увеличили ритм и догнали соперников, а потом быстро вырвались вперед на половину корпуса. Обе лодки удерживали такие позиции на протяжении следующих двух километров, и лопасти вашингтонской лодки входили и выходили из воды почти одновременно с веслами Калифорнии, удерживая постоянный темп в тридцать гребков. Когда лодки приблизились к острову Говермент и к отметке в половину дистанции, Калифорния понемногу стала увеличивать частоту и теперь вела с преимуществом в целый корпус. Рулевой Вашингтона Джордж Морри скомандовал ребятам ускоряться, и удары веслами посыпались с частотой тридцать два в минуту, но Морри оставил тот же ритм и не поддался панике и искушению рвануть вперед, когда Калифорния еще ускорилась до тридцати четырех с половиной ударов. Очень медленно, но уверенно Вашингтон стал возвращать свои позиции, продвигаясь сантиметр за сантиметром, все еще двигаясь в медленном темпе, но увеличивая силу гребков. К тому моменту, когда они достигли южной оконечности острова, Калифорния была впереди всего на четверть корпуса. Потом лодки какое-то время шли нос к носу. Приближаясь к повороту, лодка Вашингтона медленно стала выдвигаться вперед Калифорнии. Теперь команда Вашингтона подняла темп до тридцати трех ударов, а Калифорнии, чтобы не отстать, пришлось ускориться до изматывающих тридцати восьми ударов в минуту.

Две лодки повернули, плывя бок о бок, и скоро их увидели болельщики на мосту. За командами следовала армада катеров и прогулочных яхт. Наблюдатели на катерах, изучая парней сквозь бинокли, видели, что обе команды выглядят невероятно усталыми.

Калифорния еще подняла ритм, начав конечный спринт, до сорока ударов в минуту, и опять вырываясь вперед, перенимая преимущество у Вашингтона. Болельщики Калифорнии разразились аплодисментами. Их парни вышли вперед на четверть корпуса и уже приближались к финишной линии. Но Джордж Морри выполнял то, что ему было сказано. Албриксон дал ему наставление – держать низкий темп так долго, насколько было возможно. Его парни до сих пор шли на уровне всего в 34 удара, и Морри не поддавался искушению поднять частоту, даже когда Клифорния начала нестись вперед на сорока, а мост Фрутваль Авеню стал вырисовываться перед ними. Частота гребка – это одна характеристика, а вот его сила – это совсем другое. Морри знал, что у ребят в его распоряжении еще достаточно сил. А еще он понимал, что в распоряжении Калифорнии их практически не осталось. Он наклонился вперед и скомандовал:

– Гребем большую десятку!

Парни Вашингтона напряглись. Лодка ринулась вперед. В конце десятого гребка носы обеих лодок снова сравнялись. Мост и финиш неумолимо приближались, и Морри крикнул опять:

– Еще десятку!

Джо, Шорти, Роджер и все остальные вложили все силы, которые у них оставались, в эти последние несколько толчков. В тренерском катере, несущемся прямо за парнями, Эл Албриксон задержал дыхание. Лодки промелькнули под мостом бок о бок.

Голубой и белый флаг на мосту опустили одновременно. В смятении болельщики замолчали, наступила тишина. Кто-то в одной из шлюпок, плывших за соревнующимися, крикнул:

– Вашингтон вышел на полметра! – и поклонники Вашингтона взревели.

Потом прогремел голос в громкоговорителе официальных организаторов:

– Калифорния вышла на метр, – и теперь болельщики Калифорнии начали ликовать. Под навесом радиодикторы замешкались, поколебались несколько мгновений, а потом объявили на всю страну: «Калифорния победила». Это сообщение быстро разлетелось по всем новостям и радиостанциям. Болельщики Вашингтона на мосту были непреклонны, указывая на воду и яростно жестикулируя. Их парни в конце вырвались вперед, и все это видели. Болельщики Калифорнии, которые свешивались с перил, когда лодки проходили внизу, настаивали, что нос их лодки первый прошел под мостом, по меньшей мере на полтора метра. Скандал нарастал. Время тянулось. Наконец голос из репродуктора снова доложил:

– Судьи на финише официально заявили, что Вашингтон выиграл на два метра.

Громкий стон одновременно вырвался у всех фанатов Калифорнии. В Сиэтле новость из Окленда пронеслась по всем каналам, прерывая стандартную программу радиопередач. Люди, уныло слушавшие о победе соперников, вскакивали со своих мест, хлопали друг друга по плечам, обнимались и пожимали друг другу руки.

Оказалось, что ни у команд, ни у одного из официальных судей не было и тени сомнения об итогах гонки. Судьи просто никак не могли добраться до репродуктора через ту толпу народу, которая собралась на мосту. Большинство зрителей просто не знали, что мост пересекал реку под небольшим углом. Финишная черта же, наоборот, шла под прямым углом к берегам, со стороны гоночной дорожки Калифорнии проходя ровно под мостом, а со стороны дорожки Вашингтона – за несколько десятков метров до него. Нос калифорнийской лодки действительно прошел под мостом раньше, но к тому моменту первые два метра вашингтонской лодки уже пересекли финишную черту. Когда Албриксон вернулся в отель в тот вечер, он написал в своем журнале просто: «Ну и денек».

Обратная дорога была полна ликования. Все противоречия и ссоры, разгоревшиеся осенью и зимой, были забыты; все вышли победителями. Том Боллз теперь был уверен, что его нынешние первокурсники по крайней мере так же хороши, как и прошлогодняя команда. Второй состав показал себя с хорошей стороны, по крайней мере сейчас. Второкурсники были основной университетской сборной, чемпионами Тихоокеанского побережья. Все вместе они разгромили Калифорнийский университет у него дома. Теперь все казалось возможным.

На следующий день после гонок на первой полосе новостей в Сиэтле большой заголовок в «Сиэтл таймс» провозглашал: «Команды «Хаски» одержали чистую победу».

Восемнадцатого апреля весь город торжественно встречал команды, а вместе с ними и женскую команду по плаванию, которая только что вернулась из Чикаго с кучей медалей и шестью национальными рекордами, и Джека Медику, пловца-суперзвезду, который совсем недавно вернулся с Запада, одержав там убедительную победу. Восемьдесят членов марширующего оркестра «Хаски» повели процессию по Второй авеню и улице Пайк, конфетти и серпантин взлетали в воздух, смешиваясь с каплями холодного дождя, падающими с высоких облаков. За оркестром в украшенной цветами машине ехали мэр города, Смитт, Эл Албриксон и Том Боллз, которые махали руками под аплодисменты толпы, выстроившейся по обе стороны улицы в четыре-пять рядов. Медика и женская команда по плаванию ехали во второй машине. Потом шло главное действо – длинный открытый грузовик, украшенный цветами и зеленой листвой, вез основную гребную команду и их лодку. Парни были одеты в белые свитера с большими пурпурными «W», нашитыми на груди. Каждый держал в руках весла длиной по три с половиной метра, лопастями вверх. Пока они ехали по центру города, грузовик выглядел как огромная зеленая рептилия с гладкой кедровой спиной и восемью колышущимися нарядными перьями. Время от времени родственники или друзья одного из парней выкрикивали поздравления с тротуара или выбегали на дорогу за быстрым рукопожатием. Джойс была на работе, но Джо все равно разглядывал лица в толпе, в поисках своего отца или сводных братьев и сестер, но их нигде не было видно.