Кто такая Айн Рэнд? - Антон Вильгоцкий

«Влияние коммунистов в Голливуде существует не благодаря их собственной власти, но из-за бездумной беспечности тех, кто заявляет, что противостоит им, – писала Рэнд. – Опасные элементы «красной» пропаганды присутствуют в фильмах, созданных невиновными людьми – часто верными национальным идеалам американцами – которые сами осуждают распространение коммунизма в мире и недоумевают по поводу того, почему он распространяется. Если вы хотите защитить ваши фильмы от использования в прокоммунистических целях, первая вещь, которую нужно сделать – это отбросить заблуждение, что политическая пропаганда состоит из одних лишь политических лозунгов.

Политика не является некоей самостоятельной «вещью в себе». Политические идеи не возникают из ниоткуда. Они являют собой результат тех моральных предпосылок, которые люди для себя приняли. То, что люди считают хорошими, правильными и достойными человеческими поступками, неизменно будет определять их политические мнения. Если люди считают, что любые самостоятельные действия порочны, то они будут голосовать за любые меры, позволяющие контролировать людей и ограничивать их свободу. Если люди посчитают, что американская система несправедлива, они будут поддерживать тех, кто ее уничтожит.

Намерение коммунистов, действующих в Голливуде, не является производство политических картин, открыто выступающих в защиту коммунизма. Их цель состоит в том, чтобы проникать в фильмы, не связанные с политикой – путем представления небольших, якобы случайных фрагментов пропаганды в совершенно невинные истории – и таким образом на подсознательном уровне заставлять людей принимать базовые установки коллективизма как нечто положительное.

Конечно, мало кто, благодаря этому, незамедлительно отбросит прежние идеалы и превратится в коммуниста. Но постоянный поток намеков, подтекстов, отсылок и предположений, который обрушивается на зрителей с экрана, в конце концов сработает как капли воды, которые в течение длительного времени падают на камень. Камнем, который они пытаются проточить, является американизм».

Статья «Путеводитель по кино для американцев» привлекла внимание Комитета по расследованию антиамериканской деятельности (КРАД), который предпринял расследование предполагаемого коммунистического заговора в киноиндустрии. Эта организация начала разыскивать скрытых коммунистов еще в 1938, а в послевоенные годы ее деятельность существенно набрала обороты. В 1947 КРАД начал свое первое расследование высокого уровня, обратив внимание на политические объединения среди знаменитых актеров, режиссеров и сценаристов.

Рэнд была рада помочь. По просьбе руководства КРАД она отправилась в Вашингтон, где давала показания в качестве свидетеля. В отличие от большинства других свидетелей, которые были вызваны, чтобы быть допрошенными по поводу их коммунистического прошлого, Рэнд пошла на это очень охотно. Коротко рассказав о тяготах советской жизни, она обрушилась с критикой на фильм «Песнь о России» – приторную романтическую историю 1944 года, снятую на волне американского военного союзничества с Советским Союзом. Ее показания получили широкую известность – особенно фраза, в которой она утверждала, что фильм является пропагандистским, поскольку в нем показано слишком много улыбающихся русских. «Разве люди в России перестали улыбаться?», – спросил один из конгрессменов. «Ну, если вы спрашиваете меня в буквальном смысле, то в основном да», – ответила Рэнд, вызвав смех аудитории.

Рэнд не понимала, что «Песнь о России» является не коммунистической пропагандой – а внутренней американской пропагандой, посвященной военному союзнику США. Когда представитель штата Джорджия, Джон Стивенс Бойд, напрямую спросил ее об этом, Рэнд выглядела смущенной, спросив его в ответ: «Какое отношение ложь о России имеет к военным действиям?». Позднее она утверждала: «Я не считаю, что американскому народу нужно лгать – в публичном или индивидуальном порядке. Почему бы не рассказать американцам правду? Почему не рассказать, что российская власть является диктатурой – но были причины, чтобы объединиться с ней, чтобы вместе уничтожить Гитлера и других диктаторов?». Рэнд была по-настоящему одержима вопросом честности в политике – но, поскольку она не смогла понять истинного контекста фильма «Песнь о России», ее показания не особо помогли в деле выявления коммунистического влияния в американских фильмах. Комитет более не был заинтересован в участии Рэнд в процессе и не стал вызывать ее на второй день слушателей, когда в том же контексте рассматривался фильм «Лучшие годы нашей жизни» (1946).

Оглядываясь назад, Рэнд испытывала смешанные чувства по поводу своего участия в этом процессе. Она была обеспокоена тем, насколько правительственное вмешательство в политические воззрения американцев допустимо с нравственной точки зрения. Но в личных заметках она убеждала себя, что предметом расследования КРАД являлось потенциальное членство некоторых людей в Коммунистической партии, а не сама их вера в коммунистические идеалы. Ее не заботил тот факт, что случайные попутчики, уличенные в симпатиях к коммунизму, могут стать жертвами «охоты на ведьм». Рэнд больше волновала неэффективность всего мероприятия, которое выглядело скорее каким-то фарсом, нежели серьезным расследованием. Более того – оно нанесло болезненный удар по репутации некоторых заинтересованных лиц. Слушания вызвали обратную реакцию, и люди, свидетельствовавшие против голливудских коммунистов попали в черный список. Многие друзья Рэнд из консервативных кругов – в том числе Альберт Маннхаймер – столкнулись с огромными трудностями, пытаясь найти работу в индустрии.

После краткого визита в Вашингтон Айн продолжила окучивать Нью-Йорк, где она запланировала широкий спектр литературной деятельности. Ее главной целью было исследование, необходимое для создания романа «Атлант расправил плечи». По мере того, как в ее сознании развивался сюжет, Рэнд все больше понимала, что центральную роль в ее истории предстоит играть кровеносным сосудам современной индустриальной экономики – железным дорогам и стали. Как и в случае с «Источником», она провела кропотливое исследование материальной части, чтобы произведение выглядело правдоподобным. Основную информацию ей предоставили сотрудники Центральной железной дороги Нью-Йорка. Рэнд замучила вопросами вице-президента по операциям и посетила с экскурсией Центральный вокзал Нью-Йорка, а также его подземные коммуникации. Кульминацией стала поездка на поезде в Олбани, во время которой ей разрешили ехать в кабине машиниста. В эмоциональном письме к Патерсон она рассказывала, как на короткий отрезок времени ей даже позволили управлять поездом. В Чикаго Рэнд провела еще один ряд встреч – на этот раз с руководителями сталелитейной компании Kaiser Steel и посетила ее гигантские заводы.