Проклятие Лермонтова - Лин фон Паль

Если Глебов и Васильчиков считались соучастниками преступления, то главным обвиняемым в этом деле был Мартынов. По военному законодательству Российской империи, по статье 376 – «умышленный смертоубийца подлежит лишению всех прав состояния, наказанию шпицрутенами и ссылке в каторжную работу», по статье 395 – «кто, вызвав другого на поединок, учинит рану, увечье или убийство: тот наказывается как о ранах, увечье и убийстве умышленном поставлено», по статье 397 – «примиритель и посредники или секунданты, не успевшие в примирении и допустившие до поединка, не объявив о том в надлежащем месте, судятся как участники поединка и наказываются по мере учиненного вреда, то есть, если учинится убийство, как сообщники и участники убийства; если раны или увечья, как участники и сообщники в нанесении ран или увечья; если же убийства, ран или увечья не учинено, как участники самовольного суда и беззаконного мщения в нарушении мира, тишины, любви и согласия».

Законы к дуэлянтам были строги. Мартынов, уволенный из армии, боялся, что его будут судить гражданским судом, и он отлично знал, что гражданский суд будет к нему не так снисходителен, как военный. Он просил командующего Граббе передать его под военный суд, поскольку не желает отправиться в Сибирь, лучше пусть его разжалуют в рядовые с возможностью выслуги и оставят на Кавказе: он заслужит прощение беспорочной службой отечеству.

Н. С. Мартынов

Т. Райт

Мартынову были заданы те же вопросы, что и секундантам:

1. На этой дуэли действительно ли находились за секундантов лейб-гвардии Конного полка корнет Глебов и служащий в 11-м отделении собственной его императорского величества канцелярии титулярный советник князь Васильчиков?

Ответ: Действительно находились за секундантов: у меня корнет Глебов, а у поручика Лермонтова титулярный советник князь Васильчиков.

2. На эту дуэль из чьей квартиры или из какого места и в какое время выехали? – Кроме вас двух дуэлистов и двух секундантов, Глебова и князя Васильчикова, не выезжал ли еще кто из посторонних особ для зрелища или, по крайней мере, не был ли кто извещен об этой произойти могущей дуэли?

Ответ: Условлено было между нами сойтись на место к 6¹/₂ часам пополудни. Я выехал немного ранее из своей квартиры верхом; беговые дрожки свои дал Глебову. Он, Васильчиков и Лермонтов догнали меня уже на дороге. Последние два были также верхом. Кроме секундантов и нас двоих, никого не было на месте дуэли и никто решительно не знал о ней.

3. Вы и поручик Лермонтов (ныне убитый), в каком именно месте подле горы Машухи, в каком часу, на каком расстоянии между собою стрелялись? Какое было между вами условие – т. е.: обоим ли вместе, по данному знаку стрелять – или один после другого? – Поручик Лермонтов выстрелил ли из своего пистолета или нет и по какой причине?

Ответ: Мы стрелялись по левой стороне горы, на дороге, ведущей в какую-то Колонку, вблизи частого кустарника. Был отмерен барьер в 15 шагов и от него в каждую сторону еще по десяти. Мы стали на крайних точках. По условию дуэли, каждый из нас имел право стрелять когда ему вздумается, стоя на месте или подходя к барьеру. Я первый пришел на барьер; ждал несколько времени выстрела Лермонтова, потом спустил курок.

4. К месту происшедшей дуэли на чем все вы поехали? – На дрожках ли или на верховых лошадях? – Кто были при первых кучера или при последних проводники для держания лошадей?

Ответ: Лермонтов и Васильчиков ехали верхом; Глебов на беговых дрожках. Проводников у нас не было. Лошадей мы сами привязали к кустарникам, а дрожки поставили в высокую траву, по правой стороне дороги.