Битва за Синявинские высоты. Мгинская дуга 1941-1942 гг. - Вячеслав Мосунов

Наступление немецкой пехоты было встречено сильным огнем. Только часть группы Мюллера смогла продвинуться, используя лес, закрывавшей их от огня с фланг. 24-я пехотная дивизия, по докладам и донесениям ее командиров имела весьма скромные успехи

К 10 утра ее полки вышли:

2-й батальон 31-го полка – 300 метров севернее насыпи на восточной опушке леса юго-восточнее Тортолово;

2-й батальон 32-го полка – южная окраина Тортолово;

3-й батальон – у отметки 33 юго-западнее Тортолово, левым флангом не продвинулся.

2 батальон 5-го мотопехотного полка – северный край леса 500 м западнее Тортолово.

22-й мотоциклетный батальон – сев. край леса «Рукоятка».

Из-за сильного фланкирующего огня продвижения дивизия более не имела.

Гайтолово в сентябре 1941 г.

Видимо, о ее наступлении есть свидетельство из опубликованных документов 11-й стрелковой дивизии: «В 8 ч 50 мин противник начал артподготовку, перешел в наступление в 10 ч 30 мин, атака производилась силами до батальона пехоты и 3 танка, пехота залегла, два танка были подбиты»[158]. Здесь немцы вполне могли напороться на установленные в обороне фугасные огнеметы.

170-я дивизия также не могла похвастать успехами. Основной удар наносил ее 401-й полк. Его усилили 1-й батареей 226-го дивизиона. По ее боевым порядкам был открыт сильный огонь. Дивизия продвижения не имела из-за огня противотанковой артиллерии и минометов, был ранен командир батальона, уничтожено 3 штурмовых орудия (в донесении в штаб армии речь идет о 4, немцы считали, что машины подорвались на минах). Поначалу немцы вообще сразу же залегли прямо у траншеи вдоль насыпи узкоколейки. Потом дивизия все же смогла выйти к «амбару», 1,5 км южнее точки 29,9 и сомкнуть фланги с 22-м мотоциклетным батальоном. На левом фланге 401 полка против Эстонского поселка были брошены в бой последние резервы.

Та видимость успеха, которую создавали действия 24-й дивизии, заставила вражеское командование снова попытаться счастья. Предполагалось, что после перегруппировки и ввода в бой батальона 31-го полка и переноса удара на его участок, дивизия снова начнет атаку после удара авиации и артподготовки. Атака будет вестись на лес северо-восточнее Тортолово и высоту 38.

Успеха пехоты ждала 12-я танковая дивизия. 12-я танковая дивизия только вышла в район сосредоточения. Но в 12 ч из штаба корпуса поступило следующее распоряжение – дивизия вводится в бой на участке 24-й пехотной дивизии, когда дивизия выйдет на линию Тортолово – речка Черная – Сараи. Задачей дивизии является атака на север, через Высоту с амбаром, на высоту 40,5 у Гайтолово.

Еще до нового немецкого наступления наши части сами перешли в контратаку с севера, около леса восточнее Тортолово на позиции 2-го батальона 31 полка. Контратака была отбита, в 15 ч вновь началась немецкая атака, но под сосредоточенным огнем минометов и противотанковых орудий, она была вновь остановлена.

Начавшееся в 15 ч наступление вновь не принесло немцам никакого результата. И в 17 ч приказ на наступление, на еще не прорванную оборону получила 12-я танковая дивизия. Около 17 40 мин началась ее атака силами 29-го танкового и 25-го мотопехотного полка. Вместе с ней должен был действовать 32-й пехотный полк наступление. Ему удалось выйти на южную окраину Тортолово. В 18 ч 20 мин танки двинулись тоже на Тортолово. Атакующие почти сразу попали под сосредоточенный огонь с фланга и начали терять танки. Только через час они смогли выйти на его южную окраину, потеряв 4 машины. Еще через 20 минут был потерян еще один танк.

Судя по всему, наступающие немцы напоролись на стоящие в обороне орудия 316-го отдельного истребительно-противотанкового дивизиона. По крайней мере, в имеющихся наградных листах есть на это прямые указания. Как, например, в наградном листе на старшего сержанта Аркадия Федоровича Аманчина, который командовал отделением ПТР и встретил немецкие танки.

По донесениям пехоты, ей удалось выйти к центру Тортолово, в дивизии считали, что к сумеркам следует добиться перехода через р Черная. Однако после разговора по рации выяснилось, что танковый полк застрял на минном поле у Тортолово, потерял 11 танков, мотопехота также не продвинулась. Поле пытались расчистить с помощью саперов дивизии.

В результате, от дальнейшего наступления в дивизии отказались, тем не менее, ни пехоту, ни танки отводить не стали. Ожидалось, что на следующий день дивизия продолжит атаку. После того как Манштейн выехал, чтобы лично осмотреть местность и оценить обстановку, наступление было остановлено. В 23 ч корпус отдал приказ о переходе к обороне, далее последовал приказ об отводе танков.

Журнал боевых действий 8-й армии так комментирует эти события:

«В 19 ч противник подтянул силы из глубины, более чем пехотный полк с 6 танками, повторил атаку, которая была отбита, также с тяжелыми потерями. В 19 ч 35 мин, противник силой до 2 батальонов пехоты с 13–15 танками предприняла атаку в направлении севернее Поречье, где ему удалось захватить несколько траншей в расположении 163 сп 11 сд. Частями 265 и 11 сд подбито 10 танков»[159].

Также считалось, что в 18 ч противник атаковал левый фланг 163-го полка, уничтожив часть 5 роты, занял часть траншей, на 150 метров от железной дороги. Всего за 10 сентября 11-я стрелковая дивизия потеряла 28 человек убитыми и 119 раненными.

Штаб Волховского фронта отправил в Генштаб следующее сообщение: «Северная группа войск в течение 10.9 отбивала атаки противника силою до пд со стороны Келколово и силою до пд из района раз. Апраксин на Тортолово. Подготовленным огнем нашей артиллерии и гвардейских минометных частей, атаки синявинской группировки противника были отбиты с большими для него потерями. После упорных боев в районе раз. Апраксин нашими частями уничтожено 20 немецких танков».

Можно сказать, что потери врага были даже тяжелее. Только у 30-го корпуса за этот день было убито и ранено более 900 человек. 9 штурмовых орудий у 24-й пехотной дивизии было повреждено и выведено из строя. Всего у 170-й дивизии осталось 2 боеготовых штурмовых орудия, у 24-й дивизии – 5 штурмовых орудий. Что касается 223-й дивизии, то ее ударная группа в течение 10 сентября так и не приступила к выполнению своей задачи.

Это был провал. И провал для самого Манштейна. Впрочем, немецкое наступление было авантюрой с самого начала. Тут надо отметить еще одну вещь – это наступление было последним использованием немецкой танковой дивизии под Ленинградом вплоть до января 1944 г. Более того, провал Э. фон Манштейна означал, что проведение операции «Нордлихт» переносится на неопределенный срок. Ведь еще до его назначение немецкое высшее командование рассчитывало закончить бои в «Бутылочном горле» за десять дней, чтобы успеть к 16 сентября. После неудачи 10 сентября все планы летели коту под хвост.