Русская история в легендах и мифах - Матвей Гречко

«Непустов: Слышал я, что госпожа твоя ханжит много, a о добродетелях ее мало я слыхал.

Мавра: Правду сказать, и я много о том говорить не могу. О посте и воздержании твердит она всем своим людям весьма часто, а особливо при раздаче месячины и указнаго. Сама ж иногда столько прилежности к молитве не показывает, как в то время, когда, приходя к ней, должники требуют от нее, за забранные по счетам товары, платы. Она, швырнув одиножды в меня молитвенником, столь сильно голову мне расшибла, что я с неделю лежать принуждена была; а за что? за то только, что я пришла во время вечерни доложить ей, что купец пришел за деньгами, которые она, заняв у него по шести процентов, отдала в рост по шестнадцати со ста. “Проклятая безбожница, – кричала она на меня, – такой ли теперь час? Пришла ты как сатана искушать меня светскими суетами тогда, когда все мысли мои заняты покаянием, и от всякого о свете семь попечешя удалены”. Прокричав с великим сердцем сие, бросила мне в висок книгу. Посмотрите, и теперь еще знак есть; но я мушкою залепливаю его. Не можно никак к ней примениться: странный весьма человек; иногда не хочет, чтоб ей говорили, а иногда и в самой церкви сама без умолка и без конца болтает. Говорит, что грешно осуждать ближнего, а сама всех судит, о всех переговаривает; особливо молодых барынь терпеть не может; и кажется ей, что они все не так делают, как бы по мнению ее делать надлежало».

Екатерина II была одной из тех, кто положил начало высмеиванию В. К. Тредиаковского. В 1766 году, наконец, вышла его поэма «Тилемахида». Екатерине могла не понравится одна из историй, изложенных в поэме, усмотрев в ней намек на себя саму: наложница Астарвея погубила царя Пигмалиона, чтобы самой занять его престол. «В теле прелестном она имела разум прекрасный», «ум, однако, скрывал худую чувственность хитро». В отличие от Екатерины Астарвее не удалось завладеть троном, и толпа поволокла ее про грязи «за космыни» в мрачную темницу, где она покончила с собой.

Митрополит Евгений, составляя «Словарь светских писателей», рассказал, что «при императрице Екатерине II в Эрмитаже установлено было шуточное наказание за легкую вину: выпить стакан холодной воды и прочесть из “Тилемахиды” страницу, а за важнейшую – выучить из оной шесть строк».

Не удовлетворяясь общением с народом через сцену, Екатерина в 1769–1770 годах вздумала издавать журнал. Назывался он «Всякая всячина». Номера состояли из нескольких листков форматом в половину страницы школьной тетради. Тираж в начале был около полутора тысяч экземпляров, а последние номера – чуть более 500 экз.

В журнале публиковались многие известные литераторы того времени, но наиболее значительные по общим установкам и содержанию статьи принадлежали самой императрице, хотя, разумеется, печатались они без подписей. Первый тираж распространялся бесплатно. Он начинался словами: «Сим листом бью челом; а следующие впредь изволь покупать».

Принято считать, что издание это было беззубым и лицемерным, но именно на его страницах впервые в России была напечатана статья с осуждением жестокостей крепостничества. Называлась она «Мне случалось жить в наемных домах…».