Клеопатра и Цезарь. Подозрения жены, или Обманутая красавица - Наташа Северная

Сириец на мгновение замялся. Он уже столько передумал о смысле этих пророчеств, что уже давно оставил всякие попытки их разгадать. Действительно ли о Клеопатре в них шла речь? У Аполлодора это вызывало сильные сомнения, и он сам не знал почему. Она очень подходила под описания, и в то же время… что-то было не так… Птолемей Авлет поверил в них безоговорочно, буквально восприняв каждое слово. И именно сириец отговорил его посвящать в это совсем еще маленькую девочку, чтобы не испортить ее характер, чтобы было время убедиться в том, что речь идет именно о ней.

– Конечно, знал! – поспешно добавил советник. – Поэтому он и относился к тебе по-особому и дал мне полномочия приблизить тебя к трону. Однако любовь к твоей матери тоже сыграла немалую роль.

Клеопатра вдруг поняла, что он сказал. Старшая Клеопатра, несчастная сестра, умершая неожиданным образом… Аполлодор подошел к царице и крепко взял ее за плечи. Нависая над ней, он яростно и запальчиво произнес:

– Я, как и ты, ненавижу Рим! Это империя зла! Римляне – бешеные собаки, жаждущие поработить весь мир! Когда-то моя земля была могущественной и сильной, а теперь – лишь жалкий придаток Рима. Даже если в предсказании говорится не о тебе, то почему бы тебе не взять на себя роль спасительницы? Роль благородную и справедливую! К тому же ты уже многое смогла отобрать у Рима. А скоро отберешь еще больше!

Клеопатра не сводила с него глаз. Теперь ей многое стало понятно. И каждодневные изнуряющие занятия, и изучение языков, когда ее сестры развлекались и наслаждались жизнью. Ведь, зная язык народа, им проще управлять. Этот странный и хитрый сириец не просто готовил ее в царицы, он делал из нее мессию!

– Почему ты раньше ничего об этом не говорил? Почему только сейчас?

– Боялся, и сейчас боюсь. Раньше ты не была к этому готова, да и теперь я не совсем уверен, – честно признался он.

Аполлодор отошел от царицы и посмотрел в окно.

– Чего ты боишься? – спросила она.

– С каждым годом ты все больше становишься похожей на своего отца.

– Ну и что? Я его дочь.

– Ты копируешь его поведение.

– Ты имеешь в виду голову Арсинои?

– И не только, – устало проговорил советник, – его мысли, его ошибки. То могущество, что есть у тебя сейчас, многие цари добиваются в преклонные годы, кровью и потерями. Ты же получила огромную власть достаточно быстро и легко. Это первый шаг к ослеплению, к роковой ошибке.

Клеопатра презрительно усмехнулась.

– Ты подвергаешь сомнению действия и решения царицы?

– Нет, просто я хочу понять: действительно ли это пророчество о тебе? Мессия ли ты? Готова ли ты установить новый порядок на земле? Справишься ли с этим?

– Мессия! – властно произнесла царица. – И отныне мои люди станут везде распространять это пророчество.

– Что ж, мудро, мудро… Ты истинная преемница древних царей!

Клеопатра встала с кресла, взяла в руки пожелтевший папирус.

– А ты знаешь, мой друг, когда твоя жизнь наполняется сакральным смыслом, жить становится как-то особенно приятно.

– Только не оступись, – предостерег ее советник.

– Если ты останешься со мной, это будет довольно сложно.

– Я всегда буду с тобой.

– Значит, самое лучшее нас ждет впереди! – с деланой веселостью произнесла Клеопатра. – Прими участие в организации триумфа, я хочу превзойти Рим. И я хочу, чтобы Октавиан об этом знал.

Аполлодор поклонился. Как только он ушел, Клеопатра вновь села в кресло и взяла в руки старый папирус. Вновь и вновь она перечитывала пророчество, испытывая при этом особое удовольствие. Она – мессия! Маленькой девочкой она мечтала быть египетской царицей, живя в Риме – вселенской царицей, и вот теперь… Она установит новый порядок в мире, свергнет всеми ненавистный Рим и приведет народы к согласию, объединив Восток и Запад! Что ж, нет ничего страшного в том, что двадцать лет назад Аполлодор умолчал об этих предсказаниях. Тогда она действительно была не готова к столь сложной задаче – слабая, неопытная, неуверенная. «Большие перемены требуют много времени», – сказал как-то Цезарь. Ей надо было пройти тяжелый и непростой путь. Путь роковых ошибок и горьких испытаний, чтобы наконец-то почувствовать свою избранность среди других царей. А ведь Аполлодор с детства говорил ей, что боги ее испытывают.

Клеопатра глубоко вздохнула, и будто какая-то тяжесть упала с ее сердца. Да, она готова установить новый порядок на земле!

2

– Триумф? Она устраивает триумф? Без согласия сената? – удивленно переспросил Агенобарб, близкий друг и военачальник Антония.

– Ну и что? – Антоний похотливым оценивающим взглядом следил за одной из царских служанок.

– Да ты представляешь, что это такое? Триумфы проходят только в Риме! Как к этому отнесется сенат? Что скажет Октавиан?

Антоний резко повернулся к Агенобарбу и ткнул указательным пальцем ему в грудь.

– Мне безразлично, что скажет этот молокосос! Клеопатра еще та штучка! Если она так решила, значит, так тому и быть!

– Ты сходишь с ума. – Военачальник медленно отошел от Антония и покачал головой. – Неужели ты не понимаешь, что она губит тебя, всех нас?

Антоний притворно вздохнул и вновь принялся следить за царской служанкой. Сидя на корточках, она раскладывала семена цветов для новых клумб.

– Ты становишься ужасно скучным, – медленно растягивая слова, произнес консул.

– Антоний, мы римляне! – пытался вразумить его друг. – И обязаны чтить наши традиции и законы! Да хватит пялиться на эту бабу! – Агенобарб наконец не выдержал.

Антоний спокойно посмотрел на него, усмехнулся.

– Тоже хочется? Да, у нее хорошие бедра.

– Дурак! – в сердцах произнес Агенобарб и направился ко входу во дворец. – Делай, как знаешь, – бросил он напоследок.

– Как знаешь… – медленно повторил Антоний. – Эй, – подозвал он к себе первого попавшегося слугу, – где царица?

– В храме Сераписа, Несравненный.

Антоний довольно улыбнулся.

– Что ж, если моя надзирательница в делах, значит, я свободен.

Подойдя к служанке, Антоний перекинулся с ней парой слов, а затем они вместе скрылись за одной из хозяйственных построек.

Увидев во дворце Марка Тития и Марка Силона, Агенобарб решил поделиться с друзьями своими опасениями:

– Не нравится мне это! Она крутит им как хочет! Намеренно рожает от него детей, задаривает золотыми побрякушками… А тот и рот раскрыл!

– Успокойся друг, не злись, – примирительно сказал Титий. – Ты же знаешь, в голове у Антония всегда были только деньги, выпивка и женщины. Но, несмотря на эти недостатки, он отличный воин и наш друг.