Кутузов - Алексей Шишов

Однако из отечественной истории высочайшим пожеланием эту страницу не вырвешь. Наполеон Бонапарт называл эту битву в своих приказах не иначе как «солнцем Аустерлица».

Когда в 1812 году русская армия начнет изгнание Великой армии Наполеона из пределов Российского государства, М.И. Голенищев-Кутузов, увидев отбитое у французов знамя с надписью «За победу под Аустерлицем», заметит окружавшим его офицерам: «Вы молоды, переживете меня и будете слышать рассказы о наших войнах. После всего, что совершается теперь, перед нашими глазами, одной выигранной мною победой или одной понесенной мною неудачей больше или меньше, все равно для моей славы, но вспомните: я не виноват в Аустерлицком сражении».

После неудачного окончания военной кампании 1805 года русские войска, покинувшие Европу, были расквартированы вдоль западной границы России. Киевский военный губернатор М.И. Голенищев-Кутузов, оказавшийся в «почетной ссылке», получил в непосредственное подчинение 5, 6 и 7-ю дивизии, расквартированные в Брест-Литовске, Дубно и Мозыре.

Александр I, который мечтал войти в историю как император-полководец, долго сохранял неприязненное отношение к опальному генералу от инфантерии, пребывавшему вдали от столицы. Однако полководческий авторитет Михаила Илларионовича, несмотря на неудачный исход Аустерлицкого сражения, был высок и в стране, и в армии.

Когда в 1806 году началась новая война против наполеоновской Франции, император не захотел поставить во главе русской действующей армии Кутузова, равного которому по военному дарованию, боевому опыту и заслугам в России тогда не было. Киевский военный губернатор получил лишь приказ о подготовке подчиненных ему дивизий к выступлению в поход. Высочайшее указание было выполнено со всей тщательностью и со знанием дела.

Полководца, пусть даже временно находящегося в опале, не могла не волновать судьба Отечества и его армии. Кутузов внимательно следит за ходом боевых операций, анализируя действия командования противоборствующих сторон. Особенно его интересует полководческое искусство Наполеона Михаил Илларионович словно чувствует, что главные баталии с ним еще впереди.

Получив известие о победе русских войск на полях Восточной Пруссии под Прейсиш-Эйлау, он пишет жене: «Мы получили известие о победе над Бонапартием. Дай бог! Я нынче себя узнал, что независтлив».

Умудренному военным опытом М.И. Голенищеву-Кутузову не составило большого труда увидеть ошибку, допущенную Беннигсеном: тот поторопился после сражения отвести русские войска к Кенигсбергу, не дождавшись отхода французской армии. Наполеон умело воспользовался этим и взял реванш за Прейсиш-Эйлау в сражении при Фридланде, оттеснив русские войска за Неман.

Столь же внимательно киевский губернатор следил за событиями на юге, где быстро назревал военный конфликт с Турцией. Русско-турецкие войны 1768–1774 и 1787–1791 годов не разрешили острых противоречий между Оттоманской Портой и Россией. Отказ Стамбула от агрессивной политики по отношению к своему северному соседу оказался всего-навсего дипломатическим шагом.

Правящие круги Турции внимательно следили за военными и политическими событиями, которые бурно разворачивались в Европе в начале XIX столетия. Стамбул лишь ждал удобного случая, чтобы, нарушив условия подписанных с Россией договоров, вернуть себе Северное Причерноморье, Крым, кавказское побережье Черного моря. Блистательная Порта в новом противостоянии с Россией искала себе сильного союзника.

Она нашла его в лице наполеоновской Франции. Антироссийская политика правящих кругов Турции находила самую активную поддержку у французской дипломатии. Наполеон последовательно подталкивал Стамбул на войну с Россией, стремясь отвлечь ее внимание от событий в Центральной Европе. Французский император уверял султана Селима III в том, что его армией России нанесены сильные удары под Аустерлицем и Фридландом, что она теперь не сможет противостоять военной мощи Турции.

Наполеон заверял султана, что если он захочет вернуть утраченные по Кючук-Кайнарджийскому и Ясскому мирным договорам территории, то Турция в таком случае получит поддержку Франции. Генерал Себастиани, назначенный в 1806 году французским посланником в Стамбуле, обещал туркам прямую военную помощь. Для этого предназначался 25-тысячный корпус любимца Наполеона генерала Мармона, находившийся в Далмации. В Турцию прибывали многочисленные французские инструкторы и советники, фортификаторы, специализирующиеся на строительстве крепостей.

Войны России с Турцией играли большую роль в исторических судьбах славянских, христианских народов Балкан. Они, не имея возможности собственными силами освободиться от османского гнета, всегда с надеждой смотрели на православную Россию. Классики научного коммунизма Карл Маркс и Фридрих Энгельс, анализируя вопрос о положении национальных меньшинств в Турецкой империи, писали: «…Серб, болгарин, боснийский “райя”, крестьянин-славянин из Македонии и Фракии питают большую национальную симпатию к русским и имеют с ними больше точек соприкосновения, больше средств духовного общения, чем с южными славянами-католиками, говорящими на одном с ними языке».

В начале XIX века на территории Османской империи возобновились гонения на христиан. Бесчинства янычар вызвали в 1804 году восстание против турецкого ига под предводительством Кара-Георгия (Черного Георгия), охватившее всю Сербию. Сербское восстание, продолжившееся до 1814 года, находило самый широкий отклик в России и вызвало стремление императора Александра I освободить балканских христиан из-под гнета турок-османов, защитить славянские народы на Балканах.

Подобные шаги со стороны Российского государства, безусловно, ослабили бы Оттоманскую Порту, способствуя прежде всего росту национально-освободительного движения среди южных славян, в Греции. В Стамбуле этого опасались больше всего.

Повод для очередной русско-турецкой войны дала Турция. Она по настоянию Парижа закрыла проливы для российских кораблей. Одновременно Стамбул вопреки Ясскому мирному договору сменил господарей в Молдавии и Валахии, являвшихся сторонниками России.

В ответ на такие враждебные действия по отношению к России Александр I повелел главнокомандующему Молдавской армией генералу от кавалерии Ивану Ивановичу Михельсону войти в придунайские княжества. Русские войска, собранные на левобережье Днестра, перешли 11 ноября 1806 года реку сразу в трех местах — у Жванца, Могилева-Подольского и Дубоссар.

Военные действия начались для русской армии успешно. Без боя сдались крепости Хотин и Бендеры, затем, так же без сопротивления, были заняты Аккерман, Килия и Галац. 13 декабря генерал-лейтенант М.А. Милорадович овладел Бухарестом и спас город и его жителей от неминуемой гибели, так как турки уже начали резню населения. Русские войска вышли на берег Дуная. Только гарнизоны крепостей Измаил и Рущук отвергли предложение о сдаче.

18 декабря, в день официального объявления войны Турцией России, сербские повстанцы Кара-Георгия освободили Белград.

Дунайские княжества Валахия и Молдавия были заняты русской армией без объявления войны. На исходе декабря 1806 года русские войска расположились на зимние квартиры.