Афганская война Сталина. Битва за Центральную Азию - Юрий Тихонов

15 января 1929 г. силы Бачаи Сакао захватили все стратегические пункты Кабула. Инаятулла-хан с верными ему войсками укрылся в крепости Арк — древней резиденции афганских эмиров. В Арке хранились большие запасы вооружения, продовольствия и государственная казна, которую Аманулла-хан оставил своему брату почти не тронутой. Гарнизон крепости доходил до 5 тыс. человек. Одним словом, эта цитадель могла выдержать длительную осаду, но слабовольный Инаятулла-хан решил капитулировать.

17 января 1929 г. он отрекся от престола и на следующий день был вывезен со своей семьей английскими самолетами в Пешавар. 18 января 1929 г. Бачаи Сакао без боя занял Арк и объявил себя новым афганским эмиром Хабибуллой-ханом{379}.

Впервые за всю историю Афганистана правителем Афганистана стал не пуштун, а таджик. Всем было ясно, что племена южного Афганистана и сородичи в Британской Индии не смирятся с этим. Поэтому Бачаи Сакао сразу же стал готовиться к отражению атаки пуштунских племен на Кабул. Первым делом, по воспоминаниям афганского историка Файза Мухаммада, эмир Хабибулла, готовясь к длительной гражданской войне, «в течение нескольких дней и ночей переправлял на автомобиле в Кухедаман{380} государственную казну и арсенал»{381}. Однако Бачаи Сакао довольно быстро смог укрепиться в Кабуле, и вывоз из афганской столицы оружия и денежных средств прекратился. Наоборот, все свои силы и ресурсы Хабибулла-хан бросил на защиту афганской столицы.

Первое время деятельность нового эмира была удачной. Благодаря значительному количеству оружия и денег, оставленных Амануллой-ханом в Кабуле, он смог начать активный подкуп вождей пуштунских племен, чтобы переманить их на свою сторону{382}. Эта тактика позволила ему легко расправиться со своим первым конкурентом на кабульский престол Али Ахмад-ханом.

Этот генерал пользовался большим влиянием среди приграничных пуштунских племен по обе стороны «линии Дюранда», получил поддержку местного мусульманского духовенства и имел, по сведениям советской военной разведки, в своем распоряжении до 4 тыс. человек регулярной армии с горной артиллерией{383}.

После взятия Бачаи Сакао Кабула племена Восточной провинции с готовностью откликнулись на призыв Али Ахмад-хана организовать поход на афганскую столицу, чтобы свергнуть нового эмира с престола. Шинвари, хугияни, моманды, сафи и ряд гильзайских родов, проживавших к юго-востоку от Кабула, 20 января 1929 г. на джирге в Джагдалаке признали Ахмад-хана эмиром Афганистана{384}. Тогда же было принято решение немедленно начать наступление против Бачаи Сакао.

Накануне боев за Кабул Али Ахмад-хан приложил все усилия, чтобы получить помощь от Великобритании. Для него это была единственная реальная возможность получить вооружение и деньги из-за рубежа. Для достижения этой цели он прибегал к старому, но достаточно эффективному способу: запугивал англичан советской угрозой Афганистану и Индии. В одном из своих писем к британскому посланнику в Кабуле Хэмфрису он писал следующее: «Аманулла-хан доказал свою полную неспособность быть эмиром. Бачаи Сакао — простой разбойник. Вскоре Кабул будет атакован со всех сторон. Большевики (в этой обстановке. — Ю. Т.) строят планы о создании республики, которая может привести Афганистан к гибели»{385}.

На этом основании Али Ахмад-хан просил Великобританию оказать ему широкомасштабную финансовую и военную помощь: 1 млн фунтов стерлингов, 100 грузовиков (с водителем и 2 механиками на одну машину), 20 тыс. винтовок и 20 млн патронов к ним, 30 горных орудий и 30 тыс. снарядов к ним, 1 тыс. лошадей с седлами, 12 радиопередатчиков с радистами, самолетов с британскими пилотами и необходимым количеством авиабензина{386}. Одним словом, за свою «дружбу» этот претендент на афганский престол просил баснословную цену. Видимо, это стало одной из причин, из-за которых английское правительство ответило отказом на все его «заявки».

Несмотря на это, колониальные власти в Индии (скорее всего, английские резиденты и их сотрудники в полосе «независимых» племен СЗПП) постарались сохранить на всякий случай хорошие отношения с Али Ахмад-ханом, позволив племени тури послать воинов для его поддержки. Это племя было самым преданным союзником англичан в зоне пуштунских племен, и весьма сомнительно, чтобы оно пошло на этот шаг без их санкции. Ведь не смог же Аманулла получить помощь от патанов Британской Индии, хотя многие приграничные племена рвались в бой…

Вначале наступление Али Ахмад-хана развивалось успешно. В первых числах февраля 1929 г. его силы в ожидании подхода подкреплений от момандов остановились всего в 10–15 км от Кабула. Через два дня войска Бачаи Сакао смогли нанести поражение наступавшим отрядам шинвари, после чего отряды племен, поддержавшие Али Ахмад-хана, временно потеряли боеспособность.

Однако разгром сил Али Ахмад-хана произошел не в открытом бою, а, как это уже не раз бывало в истории Афганистана, в результате предательства. Один из самых влиятельных вождей племени хугияни Кайс-хан тайно прибыл в Кабул. Кайс-хан оценил голову Али Ахмад-хана в 17 тыс. рупий. Бачаи Сакао согласился с этим условием и, кроме этого, пообещал назначить вождя хугияни на высокий пост в своей армии, если он схватит Али Ахмад-хана и доставит его к нему в кандалах{387}.

Кайс-хану не удалось выполнить свое обещание, так как Али Ахмад-хан сумел бежать, но в результате предательства хугияни, а затем и шинвари не только племенные формирования, но и регулярные части перешли на сторону Бачаи Сакао, который приказал встретить их с оркестром и зачислить в состав своей армии.

Разгром частей Али Ахмад-хана на подступах к Кабулу стал прологом трагедии Джелалабада. В ночь на 10 февраля 1929 г. шинвари взорвали с помощью мины с часовым механизмом склад боеприпасов в этом городе, что вызвало панику среди населения. Воспользовавшись этим, они смогли захватить и разграбить Джелалабад. В течение кровавой ночи вся личная охрана Али Ахмад-хана (300 воинов из племени тури) была вырезана, погибло 800 жителей, а центр города был превращен в руины{388}.

Самому Али Ахмад-хану вновь удалось спастись. Он бежал в Британскую Индию, откуда вскоре через Белуджистан вернулся в Афганистан и в Кандагаре примкнул к Аманулле-хану, который в тот момент готовил новый поход на Кабул, чтобы вернуть себе утраченную власть.

События начала февраля 1929 г., связанные с неудачной попыткой Али Ахмад-хана захватить афганский престол, еще раз доказали, что без поддержки пуштунских племен удержать власть в Афганистане (или успешно бороться за нее) невозможно. Бачаи Сакао первый раз продемонстрировал свое умение играть на противоречиях в стане врагов, переманивая на свою сторону пуштунских вождей. Таким образом, уже в начале 1929 г. стало очевидным, что создать прочный союз всех племен Южного Афганистана против эмира-таджика не удастся.