Ленд-лиз: сделка века - Наталья Бутенина

Рузвельт ответил на следующий день. Он сразу же обратил внимание на предлагаемую форму арендных отношений. Более того, закон 1892 г. уполномочивал военного министра передавать в аренду военное имущество «в тех случаях, когда, по его мнению, это будет в интересах государства»^[19]. На основании этого закона военный министр имел право отдавать в аренду на срок до пяти лет собственность, принадлежащую вооруженным силам США, если в ней на данный момент не нуждается государство. Как было известно Черчиллю, в США имели место случаи применения этого закона и передачи в аренду различного военного имущества^[20]. Я полагаю, что указание на «старые эсминцы» также не случайно. Оно использовалось для упрощения процедуры принятия решения о передаче в аренду этого оборудования в соответствии с законодательством Соединенных Штатов. В более позднем послании Рузвельту от 31 июля 1940 г. Черчилль писал: «Я смогу очень быстро оснастить [эти суда] гидролокационными установками и использовать для борьбы с подводными лодками на западных подступах, сохранив таким образом более современные и лучше вооруженные корабли на случай вторжения [в Великобританию] через пролив»^[21]. Этот довод был расчетливо брошен на чашу весов, поскольку Черчилль хорошо знал, что американцы очень опасаются германских подводных лодок.

Возвратимся к тексту письма Рузвельта к Черчиллю от 15 мая 1940 г. Рузвельт писал: «Относительно возможности предоставить вам на время (курсив автора. – Н.Б.) 40 или 50 наших старых эсминцев. Как Вы знаете, подобный шаг нельзя предпринять без специального утверждения Конгрессом, и я не уверен, что было бы разумным делать Конгрессу такое предложение в настоящее время». Формально Рузвельт был прав – нужна санкция Конгресса, а тот ни на йоту не ослабит национальную оборону. Черчилль прекрасно осознавал, что позиции президента в Конгрессе достаточно сильны. Вместе с тем у Рузвельта имелись и дополнительные доводы, чтобы отклонить просьбу британского премьера. Президент США заявил Черчиллю: «…Учитывая наши собственные потребности обороны, которые неизбежно должны увязываться с потребностями обороны нашего полушария и нашими обязательствами на Тихом океане, я сомневаюсь, что мы смогли бы даже временно (курсив мой. – Н.Б.) передать эти эсминцы»^[22].

Фактически это был отказ в помощи, однако Рузвельт не хотел перегибать палку, понимая, что при стремительно ухудшающемся положении дел на фронте в Европе и всего за полгода до президентских выборов в США подобный резкий отказ может быть невыгодным и Соединенным Штатам, и ему лично. Кроме того, Рузвельт вполне благожелательно относился к Великобритании и не желал ухудшения отношений с ней. Поэтому президент США смягчил свой тон письма, оставляя надежду англичанам: «…Если даже мы сможем предпринять шаг, который Вы предлагаете, пройдет по меньшей мере шесть или семь недель, прежде чем, как мне кажется, эти суда смогут принять участие в боевых действиях под британским флагом»^[23].

Положение англичан все усложнялось, и 20 мая Черчилль написал Рузвельту, что понимает его трудности, но очень огорчен отказом решить вопрос об эсминцах: «Если бы они были здесь через шесть недель, они сыграли исключительно важную роль»^[24].

Рузвельт явно медлил. Он продолжал ссылаться на неподготовленность общественного мнения Соединенных Штатов относительно помощи Великобритании, на что Черчилль реагировал очень колко, с нескрываемой иронией. В письме Рузвельту от 15 июня 1940 г. он заявил: «Я понимаю все Ваши трудности с американским общественным мнением и Конгрессом, но события развиваются в неблагоприятном направлении так быстро, что окажутся вне контроля американского общественного мнения, когда оно наконец созреет». Через несколько дней, 18 июня, министр финансов США Генри Моргентау сообщил президенту в секретном меморандуме, что «если мы не сделаем чего-либо для предоставления англичанам дополнительных эсминцев, то, мне кажется, абсолютно безнадежно ожидать, что они будут продолжать борьбу»^[25].

Здесь интересны два обстоятельства. Во-первых, президент поручил министру финансов рассмотреть письмо Черчилля относительно эсминцев и в кратчайший срок (судя по датам, всего за два-три дня) подготовить необходимое заключение. Следовательно, Рузвельт ожидал от экономического ведомства нетрадиционных решений (хотя бы в общих чертах), по своей сути близких по смыслу идее ленд-лиза. Во-вторых, заявление Моргентау свидетельствовало о том, что до середины июня 1940 г. в министерстве финансов еще не было достаточно подготовленных проработок по ленд-лизу, что может быть объяснено только отсутствием до того времени поручения президента на их выполнение. Следовательно, идея была генерирована сверху вниз по вертикали власти.

В третьей декаде июня 1940 г. министерство финансов получило задание от президента на проработку законопроекта о ленд-лизе, и за пять-шесть недель подготовило один из первых вариантов этого документа.

В течение трех месяцев Черчилль семь раз безрезультатно поднимал вопрос о старых эсминцах. Однако события стали меняться, когда 1 августа «Группа века» (организация, объединявшая влиятельных американцев – сторонников вступления в войну) в меморандуме президенту стала настаивать на том, чтобы передать англичанам эсминцы в обмен на гарантию того, что в случае вторжения немцев в Великобританию ее военно-морской флот будет действовать с баз в Канаде и Америке, а Великобритания предоставит американским ВВС и ВМФ свои военно-морские и воздушные базы в Западном полушарии. Это предложение было также поддержано «Комитетом защиты Америки путем оказания помощи союзникам», который даже выдвинул лозунг «Нас и Гитлера разделяет английский флот».

Таким образом, предложение о передаче эсминцев в обмен на базы в британских владениях в Западном полушарии и обещание не допустить сдачи английского флота Германии было одобрено на заседании кабинета 2 августа. Следовательно, к этому времени предварительная проработка вопроса была осуществлена, у правительства США сложилась определенная позиция по оказанию военной помощи Великобритании и, по-видимому, стала вырисовываться в общих чертах концепция законопроекта о ленд-лизе.

13 августа Рузвельт обратился к Черчиллю с новым посланием по вопросу об эсминцах. К этому времени вопрос о помощи Великобритании стал частью общего плана действий на период предвыборной борьбы и основой стратегии будущего взаимодействия с союзниками по антигитлеровской коалиции. Рузвельт согласился предоставить британскому правительству в качестве немедленной помощи «по меньшей мере 50 эсминцев и торпедных катеров»^[26](интересно, что о катерах в черчиллевском послании ничего не говорилось). Вместе с тем Рузвельт выдвинул ряд обязательных условий оказания помощи, подчеркнув, что британское правительство должно быть в состоянии предпринять следующие шаги.