Командиры "Лейбштандарта" - Константин Залесский

Идеи «Союза» были близки Дитриху, и они базировались на «трех китах»: во-первых, ликвидация унизительных статей Версальского мира (наверное, в Германии было трудно найти хотя бы одного немецкого патриота, который бы с готовностью не подписался под этим пунктом); во-вторых, объединение всех немцев в рамках единого рейха (здесь предстояли трудности: как уже указывалось, баварский кабинет шел полным ходом к созданию суверенного государства, в идеале – монархии под скипетром Виттельсбахов); и, наконец, в-третьих, объединение нации на основах патриотизма при отрицании классовых противоречий (это – в пику коммунистам и левым социал-демократам; суть же лозунга – «у нас не должно произойти того, что случилось в России»). Надо заметить, что все три главных лозунга «Союза» практически дословно повторяли главные лозунги постепенно набиравшей силу пока еще баварско-региональной Национал-социалистической рабочей партии Германии (НСДАП), возглавляемой амбициозным политиком Адольфом Гитлером.^[14]

Сближение позиций «Союза Оберланд» и НСДАП шло стремительно. Уже 2 сентября 1923 года Гитлер создал Германский боевой союз (Deutsche Kampfbund), в составе которого объединил свои Штурмовые отряды (СА), «Союз Оберланд» и очень на него похожий «Имперский флаг» (Reichsflagge). Различия между этими тремя полувоенными формированиями были настолько незначительны (и касались, прежде всего, того, кто являлся их командиром), что и тогда, и позже их мало кто разделял, огульно называя их членов штурмовиками – что не совсем верно де-юре, но вполне приемлемо де-факто.

«Союз Оберланд» – а это порядка 800 человек в основном ветеранов Первой мировой войны – практически в полном составе принял участие в так называемом Пивном путче 8–9 ноября 1923 года. Позже это назовут попыткой государственного переворота, но это не совсем верно (и как показали последующие действия властей, они тоже так не считали). Скорее это была своеобразная заявка на власть: Гитлер попытался повторить успех Бенито Муссолини, получившего власть 22 октября 1922 года в результате именно такого «похода на Рим» (который и «походом»-то не являлся). Гитлер и поддерживавшие его правые националисты этим «путчем» заявляли о себе как о политической силе, пользующейся поддержкой значительной части населения, готовой принять на себя бремя власти. Как хорошо известно, в тот раз у них ничего не вышло…

Зепп Дитрих также принял участие в путче, однако никаких конкретных данных о его действиях 8–9 ноября 1923 года опять же нет. То, что говорилось о Дитрихе в годы Третьего рейха, это скорее пропагандистские лозунги и к фактам имеет несколько отдаленное отношение. Впрочем, особо активного участия в путче Дитрих, как член «Оберланда», принять был не должен. Дело в том, что 1-й батальон «Оберланда» в первый же день «путча» заперли в казармах, а 2-й батальон 9 ноября несколько отклонился от маршрута и, так и не приняв участия в «битве у Фельдхеррнхалле», был мирно разоружен частями рейхсвера.

После «Пивного путча» в баварской полиции и баварских частях рейхсвера прошла чистка – увольняли тех, кто оказался причастным к этой авантюре. Не то чтобы это произошло в течение нескольких недель, но в 1924 году Зепп Дитрих был вынужден уволиться из полиции. Он оставался в Мюнхене и в поисках заработка попробовал себя (в целом неудачно) во многих профессиях: он поработал мелким клерком в «Австрийской табачной компании», официантом, служащим на бензоколонке. Наконец, его взял к себе в гараж Кристиан Вебер.^[15] Здесь Дитрих оказался более полезен – все-таки опыт «общения» с техникой он приобрел еще во время войны.

Убежденный нацист Вебер оценил перспективы 36-лет-него крепкого баварского крестьянина и уговорил его вступить в НСДАП. Тем более что идеи партии Дитриху были близки – то, что он не вступил в партию раньше, было скорее всего связано с вынужденной аполитичностью Зеппа: к политической деятельности (как, впрочем, и к любой интеллектуальной) он склонности никогда не проявлял. Вебер же привлек его тем, что обрисовал ему перспективу заниматься не политикой, а вполне конкретной деятельностью по охране лидера партии – это для бывшего унтер-офицера и полицейского было вполне привычным занятием. Тем более что идеи нацистов были Дитриху близки, и среди баварских крестьян и ветеранов Первой мировой войны он был не одинок, совсем не одинок. Уже в мае 1928 года Дитрих принял участие в избирательной кампании НСДАП по выборам в рейхстаг (успех нацистов был очень сомнительным – они получили 12 мест в немецком парламенте).

Что бы ни говорил Вебер, результат был известен. 1 июня 1928 года Зепп Дитрих вступил в НСДАП (получил партийный номер 89015), а также Охранных отрядов НСДАП (СС) – его СС-№ 1777. К этому времени Зеппу Дитриху было 36 лет, он был отставным вахмистром без профессии и без перспектив. В СС ему сразу же было присвоено звание штурмфюрера, то есть командира штурма.^[16] Здесь Дитриху сразу же улыбнулась удача. Дело в том, что СС задумывалась как организация, задачей которой является охрана лично Адольфа Гитлера и поддержание порядка непосредственно во время его выступлений. Содержать десяток-другой постоянных телохранителей у партии возможности не было, поэтому и было принято решение: из верных и физически крепких нацистов на местах должны были быть сформированы небольшие отряды (во главе со штурмфюрером), которые принимали бы на себя эти обязанности в тот момент, когда фюрер появлялся на подведомственной им территории. Дитрих возглавил мюнхенский штурм, и таким образом на него легли обязанности охранять фюрера, пока тот находился в столице Баварии. Но все дело в том, что именно в этом городе Гитлер в то время проводил подавляющее количество своего времени. И таким образом «по долгу службы» Зепп Дитрих сразу же попал в его ближайшее окружение.

Зепп Дитрих сразу понравился Гитлеру – а это в нацистской партии, а позже в Третьем рейхе имело решающее значение для карьеры. Австрийцу Гитлеру импонировал «простой» шваб, ветеран Первой мировой войны, человек с крестьянской смекалкой и юмором, пусть несколько грубоватым, но это было только лучше для фюрера, возводившего «фронтовое братство» в ранг высшей ценности. Плюс Дитрих сразу же попал под магнетизм фюрера и стал его верным адептом. (Правда, возможно, в силу своих ограниченных интеллектуальных способностей и все той же «крестьянской сметки» Дитриха очень сложно назвать фанатичным нацистом и антисемитом. Скорее он находился под влиянием Гитлера – значительно более сильной личности и вполне сознательно отдал свою судьбу в его руки.)