Ганнибал. Военная биография величайшего врага Рима - Ричард А. Габриэль

Римская конница бежала, но конница Ганнибала не стала ее преследовать, а развернулась и атаковала фланги римской пехоты.^[360] В это время из засады появился отряд во главе с Магоном и атаковал римлян с тыла.

За спиной каждого из тысячи всадников Магона сидел пеший воин. Как только конница врезалась в тыл римлян, пешие воины спрыгнули с лошадей и вступили в бой, а всадники сражались верхом. Внезапное новое нападение еще с одной стороны должно было обратить римлян в беспорядочное бегство. Но Ганнибал получил первый урок — какой сильной может быть римская пехота в лобовой атаке. Около десяти тысяч человек во главе с консулом Семпронием прорубили себе дорогу через самую середину карфагенской пехоты, где находились галльские союзные отряды, и без промедления отправились в Плацентию.^[361] Большая часть римской пехоты, сбежавшая с поля боя, тоже благополучно добралась до Плацентии. Остальных римлян, которые пытались перебраться через реку и вернуться в лагерь, затоптали слоны или убили всадники Ганнибала на берегу Треббии.

Ни один из древних историков не сообщает о числе погибших и раненых. Но к 10 тысячам римских пехотинцев, выживших по словам Полибия и Ливия, следует добавить «большую часть конницы», сбежавшей с поля боя, (возможно, 3500 всадников) и «горстку» другой пехоты (возможно, 4000 воинов); получается, что примерно 17 500 римлян остались в живых, из которых 2000 были ранены.^[362] Исходя из этих расчетов римляне потеряли 23 тысячи убитыми. Согласно Полибию, африканская и иберийская пехота Ганнибала понесла «незначительные» потери, а самые тяжелые потери понесли галлы, стоявшие в центре линии.

Римляне понесли бы более тяжелые потери, если бы не погода, которая и без того была отвратительной, а ухудшилась еще больше. Дождь, снег и холод заставили карфагенян закончить бой и не преследовать римлян; все их мысли были только о том, как бы вернуться в лагерь, сесть у костра и избавиться от парализующего холода. Римская конница и пехота были бы полностью уничтожены, если бы карфагеняне нагнали их на пути в Плацентию. Отвратительная погода с дождем и холодом продержалась, вероятно, несколько дней, поскольку у Ганнибала пали многие лошади, вьючные животные и слоны.^[363] Ганнибал опять не отследил ночные передвижения противника, и после сражения во время проливного дождя Сципион и лагерная стража переплыли Треббию и беспрепятственно ушли в Плацентию, а оттуда в Кремону, оставив часть войск в Плацентии, чтобы «избавить один город от тяжкого бремени двух армий».^[364] Сципион не хотел, чтобы две консульские армии стали на зимние квартиры вместе, обременив непосильными расходами один город.

Четыре римских легиона, сражавшиеся с Ганнибалом, провели зиму в долине По: Семпроний в Плацентии, а Сципион в Кремоне. Весной Сципион отправился к брату в Испанию, и командование его легионами временно принял Гай Атилий. Оба города были укрепленными крепостями; племена в этой местности были настроены дружелюбно, и близость городов к По позволяла доставлять продовольствие по реке.

К весне Рим набрал на службу более 100 тысяч человек.^[365] Четыре консульских легиона, зимовавшие в долине По, были полностью укомплектованы. Два легиона отправили на Сицилию и один на Сардинию для защиты от вражеских набегов, которые могли сопровождаться высадкой отрядов на острова. Два новых легиона, legiones urbanae (городские легионы), предназначались для обороны Рима. К весне у Рима, вместе с двумя легионами, которыми, как уже говорилось, командовали братья Сципионы, в поле было одиннадцать легионов.^[366] Кроме того, Рим построил шестьдесят новых боевых кораблей, сосредоточил запасы продовольствия и укрепил гарнизоны в Аримине и Этрурии, чтобы заблокировать пути наступления Ганнибала, и получил пятьсот критских наемников и тысячу пелтастов от сиракузского царя Гиерона, римского союзника.^[367] Победы Ганнибала только усилили решимость римлян.

После сражения Ганнибал переплыл Треббию и занял римский лагерь. Опять встала проблема снабжения армии, и Ливий сообщает, что карфагеняне совершили набег на два римских продовольственных склада рядом с Плацентией.^[368] Вскоре, вероятно из-за того, что больше не мог обеспечить своих солдат продовольствием, Ганнибал ушел на зимние квартиры в Болонью, главный город бойев, галльских союзников, и провел большую часть зимы в безопасности, в то время как его новые союзники обеспечивали продовольствием его армию.^[369]

Кроме того, Ганнибал собрал пленных римских союзников, которых он захватил в битве при Тицине и Треббии, и повел пропагандистскую войну, нацеленную на переход римских союзников на сторону карфагенян. Ганнибал всячески убеждал взятых в плен римских союзников, что он пришел в Италию воевать только против Рима и его единственная цель в Италии — вернуть свободу порабощенным народам и конфискованные земли и гавани. «Он отправил их по домам без выкупа, чтобы они уговаривали сограждан присоединиться к карфагенянам, борющимся за восстановление италийской свободы, против римского владычества».^[370]

В марте 217 года до н. э. римляне избрали двух новых консулов, Гнея Сервилия и Гая Фламиния. Последний был одним из homo novus (новый человек), эпитет иронический, а чаще пренебрежительный, которым римская знать наградила людей из незнатного и малоизвестного рода, но состоятельных и обладавших военными способностями. В 223 году до н. э. Фламиний одержал убедительную победу над инсубрами в войне против галлов. В 220 году до н. э. был избран цензором и отвечал за строительство Via Flaminia (Фламиниева дорога), важной в стратегическом отношении римской дороги, которая связывала Рим с Аримином и Северной Адриатикой. Весной Гай Атилий получил приказ вывести легионы из Кремоны в Аримин, где находился Семпроний со своими легионами. Фламиний прибыл в Плацентию, принял командование легионами и «повел свою армию через Этрурию и разбил лагерь в городе Арретий (современный город Ареццо)».^[371] Передислокация легионов продемонстрировала разумное стратегическое мышление. В Аримине Сервилий заблокировал самый удобный для Ганнибала путь на юг Италии, а Фламиний в Арретии перекрыл один из основных проходов через Апеннины из Болоньи. Здесь римские армии ждали появление Ганнибала.