Штурмы Великой Отечественной. Городской бой, он трудный самый - Валентин Рунов

Окружившие столицу войска 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов имели около 464 тысяч солдат и офицеров, 14,8 тысячи орудий и минометов, почти 1500 танков и самоходных артиллерийских установок. В ходе штурма города к ним присоединилось еще 12,5 тысячи польских воинов.

В результате советские войска превосходили противника в полтора раза, в артиллерии и танках — в 5–6 раз. Такого превосходства было бы вполне достаточно для разгрома врага в полевых условиях, но не в городе, где применение танков, естественно, затруднено, а укрытые в каменных зданиях живая сила и огневые средства имеют большие преимущества перед наступающими.

22 апреля адмирал К. Дениц, который должен был возглавить войска, находящиеся в Северной Германии, получил от А. Гитлера телеграмму следующего содержания: «Битва за Берлин — решающая для судеб Германии. Все остальные задачи имеют второстепенное значение. Отложить все мероприятия военно-морских сил и поддержать Берлин переброской в город войск воздушным путем, по воде и суше».

Для поднятия боевого духа немецких войск на следующий день по радио было передано заявление И. Геббельса, который сообщал, что руководство обороной Берлина взял на себя сам фюрер, и заверил, что это придаст битве за столицу европейское значение. По его словам, на оборону города выступило все население, а члены партии, вооруженные панцерфаустами, автоматами и карабинами, заняли посты на перекрестках улиц.

Советская штурмовая авиация над Берлином

Между тем в сложившейся обстановке дальнейшее сопротивление в Берлине не имело никакого смысла. Немецкая армия была обречена. Еще до окружения в городе кончились запасы угля, прекратилась подача электроэнергии, а 21 апреля остановились все предприятия, трамваи, метро, перестали работать водопровод и канализация. С выходом советских войск на окраины города гарнизон и жители лишились продовольственных складов. Населению на неделю выдали на человека по 800 граммов хлеба, 800 граммов картофеля, 150 граммов мяса и 75 граммов жиров. Жизнь города была парализована, начался голод. Дальнейшее сопротивление вело только к разрушению столицы и огромным жертвам, в том числе и среди мирных жителей.

Во избежание напрасного кровопролития командование 1-го Белорусского фронта 23 апреля предложило гарнизону Берлина сдаться. Но ответа не последовало.

Днем 25-го и в ночь на 26 апреля более 2 тысяч самолетов 16-й и 18-й воздушных армий, которыми командовали генерал С.И. Руденко и Главный маршал авиации А.Е. Голованов, нанесли по городу три массированных удара.

Утром четыре общевойсковые армии и столько же танковых армий обоих фронтов, наступая с севера, востока и юга, начали штурм Берлина. Удары наносились на узких участках общего 100-км фронта окружения города. Вклинившись в глубину, советские войска отсекали один квартал за другим и нарушали стройную систему обороны противника.

Основную роль в уничтожении врага в зданиях играли штурмовые группы и отряды, которые состояли из пехоты, усиленной танками, артиллерией, саперами и огнеметчиками. Пехота при их поддержке врывалась в здание и, продвигаясь с одного этажа на другой, уничтожала засевших там солдат. Бои шли круглые сутки одновременно на земле, в подземных коммуникациях и в воздухе. Сменяясь, штурмовые подразделения продвигались вперед.

Из-за того, что Берлин был окутан дымом пожаров, летчики с большим трудом отличали своих от чужих. Для поддержки штурмовых отрядов использовались главным образом пикирующие бомбардировщики, причем экипажи подбирались лучшие из лучших. Точными ударами они обеспечивали штурм наиболее прочных зданий. Истребительная авиация не только прикрывала войска, но и блокировала берлинский гарнизон от снабжения воздушным путем. Прославленный летчик майор И.Н. Кожедуб сбил над Берлином свои последние два из 60 уничтоженных им за войну самолетов, за что был награжден третьей Золотой Звездой Героя Советского Союза. Среди сбитых здесь самолетов оказался и реактивный самолет-истребитель Ме-262.

Нельзя не сказать об отряде глиссеров Днепровской военной флотилии, который был придан 5-й ударной армии. До реки Шпрее десять маленьких кораблей отряда доставили на автомобилях. Спущенные на воду в ночь на 23 апреля, они под ураганным огнем перебросили на занятый противником берег передовые подразделения 230-й и 301-й стрелковых дивизий. Захваченный плацдарм позволил начать паромную переправу. Буксируя паромы, моряки перебросили через Шпрее 27 танков, 600 орудий и минометов. Всего за три дня отряд доставил на другой берег более 16 тысяч человек.

Подвиг всего личного состава отряда был отмечен наградами, а 9 воинам — присвоено звание Героя Советского Союза. К сожалению, к концу переправы живых в отряде осталось всего 16 человек, а из них лишь два Героя — командир отряда лейтенант М.М. Калинин и командир катера старшина Г.П. Казаков. Остальные погибли, в том числе Герои Советского Союза матросы H.A. Баранов, А.Е. Самофалов, В.В. Черинов, которым не исполнилось и девятнадцати лет.

Как всегда, труднее всего пришлось пехоте. Кто еще, кроме пехотинцев, мог врываться в здания и уничтожать противника в подвалах и подземных коммуникациях? Без пехоты даже танкам опасно было продвигаться по улицам. Дело в том, что немцы широко применяли фаустпатроны. Пользоваться этим простым противотанковым средством были обучены даже подростки из фольксштурма; стреляло оно всего на 30 м, но пробивало броню до 200 мм. На узких улицах города фаустпатроны стали грозой танков. Одна только 2-я гвардейская танковая армия за неделю боев в Берлине потеряла 204 танка. Половина из них оказалась подбитой фаустпатронами. Вот почему танкисты предпочитали наступать под прикрытием автоматчиков, в задачу которых входило уничтожение засевших в домах стрелков, вооруженных фауспатронами.

Бой на улице Берлина

В то же время танковые армии, имея в своем составе небольшое количество мотопехоты, не могли одновременно обеспечивать сопровождение наступающих по городу танковых подразделений и создавать штурмовые группы для захвата зданий. Пришлось выделить для совместных действий со 2-й гвардейской танковой армией 1-ю польскую дивизию, а 3-ю гвардейскую танковую армию сопровождали три стрелковые дивизии 28-й армии. 1-я гвардейская танковая армия наступала совместно с 8-й гвардейской армией. При этом каждый корпус генерала М.Е. Катукова продвигался с одним из стрелковых корпусов генерала В.И. Чуйкова. Такое взаимодействие решило проблему.

Однако вскоре возникли новые трудности: все войска устремились к центру Берлина — к Рейхстагу. Естественно, полосы действий войск, в том числе и танковых армий, сужались, и им негде было развернуться. В это время танковая бригада наступала вдоль какой-нибудь улицы, ширина которой позволяла пройти, как правило, двум-трем развернутым в линию танкам и за ними — трем-четырем самоходным артиллерийским установкам. Остальные стояли, неся напрасные потери.