Кому мы обязаны "Афганом" - Аркадий Жемчугов

Дорогие друзья, в это трудное для вас время мы, советские коммунисты, движимые чувствами пролетарского интернационализма, считаем необходимым по-товарищески, откровенно поделиться с вами некоторыми соображениями».

Соображения эти начинаются с того, что очерчивается круг первоочередных задач, решением которых афганскому руководству следует заняться незамедлительно. Что же это за задачи?

«В сложившейся обстановке, — говорится в Обращении, — по нашему глубокому убеждению, крайне важное значение имеет объединение всех революционных и патриотических сил страны. Обеспечить поддержку со стороны широких масс населения революционным мероприятиям НДПА и правительства ДРА, добиться нейтрализации, а затем ликвидации вредного влияния классовых противников, реакционной части исламского духовенства, афганской эмиграции — вот в чем состоят, на наш взгляд, первоочередные задачи».

А далее Старая площадь ничтоже сумняшеся подсказывает своим обанкротившимся единомышленникам, уже потерявшим контроль, как минимум, над половиной страны, что нужно делать, чтобы успешно справиться с обозначенными выше первоочередными задачами.

В частности, внимание афганцев нацеливается на необходимость «коллегиальности в партийном и государственном руководстве на разных уровнях — сверху донизу». При этом предлагается использовать советский опыт. «Любой важный вопрос у нас, — заявляют шурави, — решается только коллективно, с участием всех членов Политбюро. Действовать таким же образом советуем мы и вам».

Далее. Афганское руководство ориентируется Старой площадью на «создание стройной и эффективной системы местных органов власти». «Местные органы власти, — подчеркивается в обращении, — позволяют центральному руководству более оперативно проводить свои решения в жизнь по всей стране».

Следующий товарищеский совет — «постоянно проводить работу по расширению социальной опоры нового режима, активному привлечению на свою сторону народа, недопущению того, чтобы между руководством ДРА и народом возникало отчуждение».

Не обходится вниманием и такой вопрос «особой важности», как «объединение всех здоровых сил афганской нации». «Объединившись вокруг НДПА, члены партии и беспартийные, рабочие и крестьяне, офицеры и солдаты, ремесленники и служащие, учащиеся и интеллигенция, молодежь и женщины составили бы такую силу, которой были бы не страшны происки любых врагов революции, внутренних и внешних».^[166]

* * *

Братских, коммунистических советов в Обращении предостаточно. А вот к месту ли они были и ко времени? По силам ли расписавшейся в полной несостоятельности НДПА было решать и решить их?

Задавались ли авторы Обращения этими вопросами? Скорее «нет», чем «да».

Июль

1 июля. Правительство ДРА официально объявляет о том, что начавшаяся 1 января 1979 г. земельная реформа «успешно, с опережением плана» завершена.

Статистика, однако, свидетельствовала об обратном. Земельная реформа затронула всего лишь 40 из 286 уездов и волостей страны. Реформаторам удалось конфисковать только 333,5 тысяч джарибов земли. Их распределили среди 77 818 семей. Менее чем по 5 джарибов на семью (1 джариб равен 0,2 га). Но главное не в этом, а в том, что земля была конфискована у середняков, подавляющая часть которых пополнила после этого отряды контрреволюционеров.

5 июля. «В Афганистан по официальной просьбе Хафизуллы Амина для обучения его личной гвардии прилетела первая группа сотрудников КГБ, получившая название «Зенит», — свидетельствует генерал Ю. Дроздов. — Во главе группы стоял руководитель КУОС полковник Г. Бояринов, опытный разведчик-диверсант, почти два десятка лет отдавший преподавательской и научной работе в области партизанской и разведывательно-диверсионной деятельности. Основной задачей «Зенита» была разведка города, государственных и правительственных зданий, объектов спецслужб, армейских штабов и казарм, системы их охраны. Отрабатывались также маршруты на случай эвакуации советских дипломатов.

Кроме того, «Зениту» поставили задачу предоставить советскому руководству объективную информацию о событиях, происходящих в Афганистане, поскольку из Кабула в Москву в ту пору по различным каналам шли противоречивые сведения».^[167]

«Мы — это отряд специального назначения КГБ СССР под кодовым названием «Зенит»: тридцать восемь офицеров, тридцать восемь молодых и здоровых бойцов, прошедших парашютно-десантную, минно-взрывную и специальную оперативную подготовку, — пишет в своих мемуарах В. Н. Курилов, один из тридцати восьми. — Каждый из нас владел одним или двумя иностранными языками, приемами рукопашного боя, холодным и огнестрельным оружием, имел опыт контрразведывательной и разведывательной деятельности. Мы были обучены в автономном режиме вести поиск и осуществлять дерзкие силовые акции на вражеской территории. Мы были готовы выполнить любой приказ и жаждали на деле испытать приобретенные навыки.

…Наша ближайшая задача — круглосуточная охрана и оборона территории посольства, изучение обстановки, рекогносцировка на местности».^[168]

7 июля. Из Ферганы в Баграм перебрасывают 368 солдат и офицеров парашютно-десантного батальона ВДВ СССР. Они одеты в униформу младшего технического персонала аэродрома Баграм. У комбата — погоны старшины. У остальных офицеров — сержантские погоны с желтыми лычками. У настоящих сержантов — красные лычки на погонах. Операцией по переброске на территорию Афганистана первых советских десантников руководил заместитель командующего ВДВ генерал-лейтенант H.H. Гуськов.

9 июля. В. М. Тараки в беседе с совпослом «выражает удовлетворение прибытием в Баграм советской спецгруппы», заметив при этом, что «хотел бы посоветоваться с советскими товарищами о мерах по усилению охраны границы».

Свое отношение к Обращению Политбюро ЦК КПСС генсек НДПА никак не выразил.

11 июля. Представитель КГБ в Кабуле Б. С. Иванов докладывает в Центр о предложении Н. М. Тараки скрытно дислоцировать в Кабуле несколько советских спецназовских групп до батальона каждая на случай внезапного обострения обстановки в столице.

12 июля. Совпосол, представитель КГБ и Главный военный советник в ДРА совместно направляют в Центр с пометкой «срочно» информацию о том, что «руководство ДРА серьезно готовится к новым столкновениям с контрреволюцией, однако в значительной мере рассчитывает в случае возникновения кризисной ситуации на прямую помощь СССР». Со своей стороны все три подписанта предлагают «рассмотреть вопрос о направлении звена (отряда) советских вертолетов на базу ВВС ДРА в Шиндандэ с тем, чтобы наладить срочную подготовку афганских вертолетных экипажей. Это вертолетное подразделение могло бы также вести воздушную разведку вдоль границы с Ираном».