Тайны парижских манекенщиц - Фредди

Ее ножки

Амбиции! Бальмен уже давно разоблачил меня. Амбиции! Папа говорил мне, когда я была еще девчонкой: «Тайна счастья, дитя мое, в том, чтобы всегда смотреть сверху вниз». Но я с моим опытом – чуть большим, чем у него, – всегда повторяю: «Смотри выше». Но в каком направлении?

Сейчас есть по крайней мере два направления, которые я могу выбрать. Вам известно, что я снималась в фильме? Это было в прошлом сентябре, в самом начале коллекции. Одна из наших клиенток предупредила, что прибыли два итальянских режиссера и ищут мидинетку, которая могла бы стать воплощением Парижа.

– Условия? (О них забывать нельзя!)

– Весьма достойные.

Утром на авеню Бретей меня представляют двум господам, в том числе и знаменитому Лучано Эммеру^[181]. Однако я разочарована, что меня пригласили не одну. Собираясь уйти, все же остаюсь. Все происходит быстро. Мне задают вопросы. Пралин не последний человек! Лучано Эммер и его ассистент обмениваются несколькими фразами: «Выглядит естественно, как считаешь? И блондинка! Завтра в студию!»

Почему (дурная моя голова!) я прихожу в студию у «Порт-де-Терн» «ужасной», в слишком просторном пуловере, в плиссированной юбке? Оправдываюсь, что «не знала». После пробы: «Пойдет. Но она не умеет одеваться». Мадемуазель Клуковски смеется им в лицо: «Пралин? Это самая элегантная девушка Парижа. Она, наверное, подшутила над вами!»

Я все же снялась в фильме – в двух платьях от Жака Фата. Так уж получается, что мне никак не удается в торжественные моменты выдвинуть на авансцену фирму Бальмена. Небольшая и легкая роль. Интерьерная женщина-манекенщица (не совсем я!). Мне говорят, что я сделала все чисто.

Мое впечатление от кино? Я не увлеклась. Слишком медленно. Скучно. Я ведь очень живая! Когда я отдала все, на что способна, то люблю заняться другим. «Гений – это великое терпение». Кто это сказал? Не думал ли он в этот момент o кинозвездах?

Что выбрать?

В час, когда поспешно дописываю эту книгу, я сделала шажок в сторону театра.

Случайно… Я отправилась получить немного денег к господину Голдену за мужа, который уехал в турне. Вдруг ко мне подбегает директор Голден:

– Пралин, может, вас увлечет театральная стезя, а именно мюзик-холл?

– Точно не мюзик-холл.

Реймон Руло одевает Пралин в A.B.C. для спектакля

– А в пьесе Марселя Ашара^[182] в А.В.С. вместе с Пиаф?^[183]

– Это совсем другое дело!

Утром меня представили Раймону Руло^[184].

Я репетирую. Вскоре назначена генеральная репетиция. Друзья из прессы написали столько статей и сделали столько фотографий по поводу моего дебюта, что люди будут разочарованы, узнав, что у меня всего десять реплик…

Роковая женщина

Театр? Можно не сомневаться, я восхищаюсь его великими исполнителями: Эдвиг Фейере, Жан-Пьер Дюко^[185], Мадлен Рено^[186], Габи Морле^[187] и Эдит Пиаф, поскольку она среди них. Я не стремлюсь подняться выше, предпочитаю кокеток с фантазиями. Габи Сильвия^[188], моя дорогая Софи Демаре. Композиционные роли, не боюсь показаться уродливой, старой. Заметьте, я прекрасно знаю свои недостатки, которые, возможно, помешают выявлению моего таланта. Мандраж как в самолете (он все так же возникает на премьерах), мое посредственное произношение, склонность скандалить. Если расшифровать, я ничего не стою!

Правда, говорят, у меня удивительная память. Я послушна. Со второго раза улавливаю интонацию.

Быть может, придется потрудиться на этом пути, но он меня страшит.

Или…

Я не так уж «нежна», как выгляжу.

У меня есть воля и крепкий кулачок. Властность. Смеетесь? Я действительно часто поднимаю шум, но, когда решаю, что пора прекратить скандал и взяться за работу, все следуют за мной.

Во мне нет злобы. Я скорее добра, но меня довольно легко обмануть.

Я добывала деньги для безработных подруг. И не «дура»! Но когда они не очень честны, я теряю к ним интерес.

Деньги у меня в руках не задерживаются. Говорю о своих деньгах.

Но лучше «положу зубы на полку» (так уже бывало!), чем с легкостью распоряжусь тем, что мне не принадлежит.

Хозяйка