Фальшивомонетчики. Экономическая диверсия нацистской Германии. Операция "Бернхард". 1941-1945 - Антони Пири

И вновь операция «Бернхард» должна была обеспечить сбор ценнейшей разведывательной информации.

После получения денег Хольтен встретился с Бибо и подробно его проинструктировал:

— Я хотел бы, чтобы ваша служба радиоперехвата полностью сосредоточилась на Московском регионе и добывала оттуда максимальное количество данных. Мне особенно важно знать содержание переписки дипломатических миссий между собой, радиообмен между ними и руководством в метрополиях, а также все, что поступает из нейтральных стран.

В это время Швенд начал готовиться к тому дню, когда Третий рейх окажется перед лицом окончательной катастрофы. Он начал присматривать себе тихое местечко и вскоре нашел то, что хотел. Это была небольшая долина под названием Каунерталь в горах в малонаселенном юго-западном районе Австрии. Долина граничила с двумя рядами горных вершин, сверкающих ледяными шапками: Глоктурмкамм на западе и Каунерграт на востоке. План Швенда был прост. Он решил стать полезным в этой отдаленной малонаселенной области с тем, чтобы, когда он переселится сюда в самом конце войны, все станут считать его «местным жителем». Это было ему нужно на тот случай, если представители союзников когда-нибудь сумеют его выследить и начнут задавать вопросы соседям.

Вскоре после того, как Хольтен заключил свою сделку с Бибо, Швенд отправился в поселок Каунерталь, простодушных жителей которого очень беспокоили слухи об успехах русских. Швенд приложил все старания, чтобы успокоить их.

— Задолго до того, как сюда придут русские, я уже буду жить здесь среди вас, и никто не сделает ничего плохого вам и вашим родным.

Он производил впечатление очень важной персоны, а говорил так убедительно, что будущие соседи вернулись к своим повседневным делам в гораздо лучшем расположении духа. Они сожалели, что Швенду придется уехать на несколько дней. Никому и в голову не пришло, что сам Швенд строил свою будущую безопасность за их счет.

Когда Бибо вручил Хольтену первую стопку донесений, он выглядел очень расстроенным.

— Боюсь, — неохотно проговорил он, — что мы подвели вас.

— Почему вы так думаете?

— Вас особенно интересует переписка союзников. Мы перехватили множество радиограмм, отправленных из американского посольства в Москве, но не смогли расшифровать их. Наши эксперты много раз пытались сделать это, но всякий раз эти попытки заканчивались неудачей. По их мнению, американцы используют шифровальную машину. Если это так, то все напрасно. У нас нет дешифровальных машин.

— Не воспринимайте это так близко к сердцу. У вас есть что-нибудь еще?

Бибо с пристыженным выражением лица вручил ему плотную стопку бумаги и ушел.

Когда Хольтен прочитал данные радиоперехвата, он был просто изумлен. Практически в каждом донесении содержалась полезная информация. Особый интерес представляли собой некоторые радиограммы, переданные в Анкару. Турецкий посол в Москве Сарпер был опытным дипломатом, который, похоже, пользовался доверием русских. В его донесениях домой содержались явные доказательства того, что в Кремле абсолютно не доверяли своим западным союзникам. Там были настолько уверены в том, что западные державы готовятся заключить сепаратный мир с Германией, что русским агентам по всему миру были переданы инструкции немедленно докладывать о любых контактах англичан или американцев с немцами как о возможном доказательстве того, что подобные переговоры уже идут. Это настолько устраивало Хольтена, что перед тем, как отправить добытые данные в Берлин, он скопировал их для себя.

Еще более ценными были взгляды турецкого военного атташе на исход войны. Он предсказывал окончательное поражение Германии примерно через год и подкреплял свои выводы цифрами о военном потенциале русских. Все это делало очевидным, что, если немедленно не будут предприняты дипломатические шаги, германскому руководству не останется никакого иного выхода, кроме безоговорочной капитуляции. Хольтен добросовестно передал эту информацию в Берлин, после чего, к его удивлению, его вызвал к себе сам Гиммлер. Рейхсфюрер раздраженно спросил подчиненного:

— Почему вы упорно продолжаете снабжать нас фальшивками, подготовленными британской секретной службой?

— Какими фальшивками, рейхсфюрер?

— Всеми этими измышлениями относительно огромного военного потенциала русских, количества их танков, самолетов и прочего.

— Но это правдивая информация. Данные поступили из нейтрального источника. Они подтверждаются донесениями наших собственных агентов. Ведь все они не могут работать на англичан.

Гиммлер прищурил свои маленькие глазки, а потом резко заявил:

— Фюрер считает, что все эти донесения — фальшивки. И мне нечего к этому добавить.

И снова Хольтену пришлось убедиться в том, что Гитлер не воспринимает информацию, какой бы достоверной она ни была, которая не совпадает с тем, что ему подсказывает его собственная интуиция. А эта интуиция продолжала нашептывать фюреру, что Германия каким-то образом сможет выиграть войну.

Вскоре после возвращения в Будапешт на одном из общественных мероприятий к Хольтену подошел Кути.

— Мои искренние поздравления, мой дорогой доктор, — с улыбкой заявил венгр.

— Поздравления? Но с чем?

— С тем, что вы, пользуясь нашей дружбой, подкупаете моих людей.

— Прошу прощения?

— Не изображайте невинность. Мне, как и вам, прекрасно известно, что вы сумели подкупить Бибо и теперь он работает на вас.

— Но вам должно быть известно и то, что я получил на это согласие вашего премьер-министра.

— Но я лично не давал такого согласия.

На следующее утро Хольтен спросил у Бибо, не начал ли Кути каким-либо образом мешать его работе. Тот ответил:

— Он свел все к шутке и заявил мне, что я должен платить ему десять процентов своего вознаграждения, как его агент. Но вам следует быть осторожным: он очень коварный тип и при первой же возможности воткнет вам нож в спину.

Вскоре это предсказание оправдалось. Случайное замечание Бибо о том, что все венгерские разведчики прошли тщательную подготовку радистов, натолкнуло Хольтена на мысль использовать их для передачи данных, собранных немцами. Без предварительной консультации с Шелленбергом Хольтен получил у Швенда значительные денежные суммы (разумеется, «в долг») и начал набирать людей. Вскоре он столкнулся с первыми трудностями. Большинство людей, к которым он обратился, были бывшими офицерами, которые поначалу с восторгом восприняли мысль об отъезде в нейтральные страны. Но потом у некоторых отказывались уезжать жены, поскольку врач не советовал им менять климат, другие сочли предлагаемую оплату слишком низкой. Многие объяснения звучали настолько надуманно, что Хольтен решился переговорить с этими людьми начистоту. После нескольких откровенных разговоров удалось узнать, что все эти люди говорили с Кути. Последний неизменно предупреждал каждого о том, что Хольтену совершенно нельзя было доверять. Этим-то и было вызвано неожиданное падение интереса к работе.