Императрица Орхидея - Анчи Мин

Император Сянь Фэн снова зашевелился. Из-под одеяла выскользнула его рука. В лунном свете она казалась тонкой и слабой, как у мальчишки. Я заглянула ему в лицо. Брови его больше не хмурились. Казалось, он смотрит сладкие сны.

Постепенно пение сверчков потеряло свою стройность и гармоничность. Это был знак (по словам Ань Дэхая), что самцы закончили совокупление с самками, и теперь пытаются вытащить из них свои тельца. Самки издавали пронзительные звуки, словно в страшном волнении. Чем дольше я их слушала, тем, казалось, им становилось все хуже. Мне самой с каждой минутой становилось все тяжелее от мысли, что пора уходить. Боль разлуки казалась мне теперь невыносимой.

А ведь я могу его поцеловать, подумала я. Причем тем способом, которому меня научили в Лотосовом доме. Мне захотелось, чтобы Его Величество хоть раз испытал то удовольствие, которое прекрасно знакомо всякому завсегдатаю этого заведения. Интересно, подумала я, испытывал ли император Сянь Фэн хоть раз в жизни настоящее счастье? Мне показалось, что нет. Судя по всему, ему вообще не знакома глубокая привязанность. Но разве можно его за это винить? Днем он должен управлять государством, а ночью без устали рассеивать свое семя по маткам многочисленных наложниц Может быть, со мной его тоже постигла бы неудача?

Я услышала за дверью легкие шаги. Это евнухи пришли за мной. Император Сянь Фэн даже не пошевелился. Я молча попрощалась с ним в последний раз. В дверь раздался чуть слышный стук. Я встала с постели. Дверь мягко распахнулась. Фигура главного евнуха Сыма обрисовалась в лунном свете. Он упал на колени и поклонился спящему императору.

— Ваше Величество, пришло время уносить госпожу Ехонала.

С постели никакого ответа.

Главный евнух Сым снова повторил свою фразу.

В ответ только легкое похрапывание.

Тогда, не колеблясь, он махнул рукой, и в комнату вошли четыре евнуха с носилками. Они приблизились ко мне, подхватили под руки, посадили на носилки и потащили вон из комнаты.

Но не успел Сым прикрыть за собой дверь, как из комнаты послышался вскрик, похожий на стон:

— Нет!

Сым сделал знак всем носильщикам остановиться и сунул голову в спальню.

— Ваше Величество? — тихо спросил он.

В ответ ни слова.

Он минуту поколебался, а потом сделал знак евнухам меня освободить. Я встала с носилок и босиком вернулась в императорскую спальню. Главный евнух Сым прикрыл за мной дверь. Я была на седьмом небе от счастья.

Я легла рядом с императором и крепко его обняла. Прикосновение его кожи показалось мне очень волнующим. Судя по издаваемым им звукам, он так и не проснулся. Я пролежала рядом с ним в таком положении около часа. А потом вдруг вскрикнула от ужаса. Мне приснилось, что меня проглотил дракон с пастью акулы. Мы неслись по небу, и вокруг клубились облака. Я пыталась спастись от чудовища, но плечи мои задеревенели, грудную клетку сдавило. Дракон крепко держал меня в своих когтях. «С моей потенцией все в порядке!» — шептал он.

И тут я проснулась. Император Сянь Фэн слегка меня поглаживал. Ощущение было похожим на то, что я чувствовала, сидя на яйцах. Руки его были холодны, но тело горячее, а движения нежные. Он прикидывал, какую позу ему лучше выбрать.

Я обвилась вокруг него, как виноградная лоза вокруг дерева Он продолжал экспериментировать, и при этом тяжело дышал. Казалось, собственное возбуждение удивляло его самого. В какой-то момент он оттолкнул меня, но потом тут же прижал к себе снова.

Я попыталась вспомнить последовательность действий, которым меня обучили в Лотосовом доме. Но мозги отказывались работать, голова была как котел, в котором варилась бобовая похлебка

— Ну, давай же, — шептал он. — Ты готова?

— Готова к чему, Ваше Величество?

— Не буди во мне отвращения. Подставляй свое влагалище. Разве ты сюда не за этим пришла?

— Ваше Величество, чего вы от меня ждете?

— Скажи какую-нибудь банальную фразу, которой тебя заранее научили евнухи.

— Научили? Но... я забыла все, чему меня научили. И не буду утомлять Ваше Величество словами, которые вы уже слышали тысячи раз.

— Да успокойся ты наконец, во имя предков! — Сянь Фэн слегка отстранился от меня.

Я оглядела его с ног до головы и нашла его наготу очень привлекательной. Хорошо, что мне попался такой мужчина, подумала я, раз уж других мужчин в своей жизни мне вряд ли разрешат когда-нибудь увидеть.

Он спросил, о чем я думаю, и я честно ответила.

— Какие нечистые мысли! — задумчиво произнес он. — Ты смотришь на Сына Неба так спокойно, словно это дерево, и тебе ни капельки не страшно.

Я решила не возражать.

— Видишь ли, от меня требуется только одно — предъявить результат в виде окровавленной простыни. Сым ждет не дождется за дверью. Он собирает такие простыни, а потом передает их в императорскую канцелярию на освидетельствование. Тамошние чиновники записывают это событие в специальную книгу, а потом ждут признаков беременности. Они тщательно высчитывают даты и сроки. Приглашают докторов, которые день и ночь будут караулить у постели, пока не появится наследник

Это горестное признание показалось мне многообещающим.

— Вас сюда присылают целыми армиями, — продолжал император. — Вас не интересует, что я чувствую. Вы приходите в мою спальню для того, чтобы украсть у меня энергию и семя. Вы — эгоистичные, алчные кровососы, не женщины, а вампиры и волчицы!

— Но меня привлекает само действие! — Слова сорвались у меня с языка сами собой, словно управляемые какой-то внутренней силой.

Император казался удивленным

— Тебя?.. Действие?..

— Я не боюсь выполнить все, что вы требуете. — Свои слова я подтвердила действием. — Я пришла сюда, чтобы стать вашей любовницей. И дорого заплатила за этот момент. Он стоил мне не только жуи и заколки с драгоценными камнями, но и разлуки с семьей. — Из глаз у меня полились слезы, но желания их утереть у меня не возникло. — Я не позволяла себе тосковать по своей матери и близким, а теперь тоскую, причем нестерпимо! Я не плакала, когда много дней и месяцев подряд оставалась в одиночестве, а теперь плачу! Возможно, я эгоистичная, но только не алчная и не волчица! И никакого семени мне от вас не нужно, но мне нужна любовь!

— Ты... — Он снова придвинулся ближе и прижал меня к себе. — Пожалуй, таким словам тебя вряд ли заранее обучили. А кто их для тебя сочинил? Может быть, ты сама? Тогда у тебя в запасе должны быть еще и другие слова.

Во мне нарастало желание доставить ему наслаждение.

— Ваше Величество, избавьте меня от необходимости отвечать на ваш вопрос Я думаю... то есть если вы позволите, мне известны некоторые танцы...

Сам собой в голове возник образ совокупляющихся бабочек шелкопряда, тот самый момент, когда половина брюшка самца как будто проглатывалась тельцем самки. Возбуждение мое не прошло, но к нему примешалось какое-то отвращение.