Предания Синих камней - Станислав Ермаков

Что мы знаем о формах почитания камня? О том, с какой целью и как именно почитало Синь-Камень дославянское население берегов Плещеева озера, мы ничего сказать не можем. Все «неомерянские» фантазии есть только фантазии, в лучшем случае – потуги на реконструкцию, серьёзной критики они не выдерживают.

Непросто и с более поздним «славянским» вариантом. Все документы, вся этнографическая информация датируются не ранее чем XVII веком. Это, мягко говоря, далеко от времён, которые отстоят от нас на тысячу лет. Слишком многое к тому времени уже изменилось… Естественно, даже на основе кратких данных исторических источников становится ясно, что связанные не только с данным священным камнем, а со всеми священными природными объектами обряды и ритуалы значительно видоизменились. Хотя бессмысленно рассматривать их вне общего содержания традиционных дохристианских празднеств, игнорировать влияние христианства просто неразумно.

«Зафиксированные в нач. XVII в. игрища у Синего камня на Плещееве озере проводились на Петров день, в ночь с 28 на 29 июня, несколько позже общепринятого дня Ивана Купала. Это произошло под влиянием христианства. Языческие праздники оказались частью перекрытыми, частью сдвинутыми со своих мест в календаре христианскими праздниками. Послепасхальные праздники (Вознесение, Троица-Пятидесятница, Рождество Иоанна Предтечи) практически перекрыли зеленые святки-русалии. Ярилин день 4 июня оказался связанным с Троицей. День Ивана Купалы 24 июня был перекрыт днем Иоанна Предтечи (строго говоря, само название “Иван Купала” появилось под влиянием чествования Иоанна Крестителя. – С.Е.). В дополнение к этому русская церковь уже в XI в. учредила свой особый Петровский пост. В зависимости от Пасхи он длился от одной недели до пяти, до 29 июня. В любом случае главный языческий праздник, купальские русалии, перекрывался христианскими.

Праздник Ивана Купала в изображении академика живописи художника-классициста XIX века Генриха Семирадского всё же несколько не соответствует исторической действительности

Синий камень лежал в овраге у ручья с чистой, “живой” водой. Поставленный вертикально в виде стелы он мог представлять собой внушительного кумира высотой ок. 3 м и у окрестного населения был главным атрибутом святилища. В древнерусское время святилище стало религиозным центром округи, население которой неуклонно увеличивалось начиная с X в. На побережье озера от Никитского оврага до д. Криушкино протяженностью ок. 6 км известно 12 селищ VIII–XVII вв. и 16 курганных могильников X – нач. XIII в.»^[100].

А точно ли у ручья? В источниках нет указаний, что он был именно у ручья, есть лишь современное допущение, что камень был вымыт из ямы, в которую его сбросили в XVI веке, вешними водами, но после нормальной зимы по любому оврагу такой поток потечёт… Кстати, ещё вопрос: на чём основано допущение, что он мог стоять вертикально? По аналогии с менгирами? То есть у нас нет ничего, что могло бы подтвердить или опровергнуть подобного рода утверждение, а коли так, зачем оно? Да и вообще, стой камень вертикально, при общей максимальной (по Комарову) высоте три метра он неминуемо бы порядком ушёл в землю и едва ли мог «представлять собой внушительного кумира высотой около 3 м». Цитируемая статья – научная публикация в профессиональном издании. Будь это газетная заметка или модерновые фантазии, так и ладно бы с нею, но в данном случае обидно получилось. Но почему ранее никто не обращал внимания на эту неувязку? Или автор что-то знает, что неизвестно нам?

В современных представлениях о дохристианских верованиях славян уровень «вторичной» мифологизации (фантастической неомифологии) вообще до неприличия высок, а интересующиеся древнейшими обычаями в страстных и чаще всего довольно бестолковых попытках реконструкции архаического календаря порою доходят до смешного. Они механически переносят языческие праздники на дни, когда в православном календаре значатся дни почитания тех святых, что некогда, возможно, заместили в народном сознании древних богов или приняли на себя их функции. Такой перенос не только некорректен, но порою приводит и вовсе к парадоксальным фантазиям.

Возьмём в качестве стартовой точки приведённый фрагмент статьи К. И. Комарова. Именно он, как кажется, позволяет внимательному и думающему человеку устранить кажущуюся нестыковку: культ Ярилы – праздник Купалы – почитание Синь-Камня как «представителя Иного мира».