Атаманщина - Виктор Савченко

В 1922 году Тютюнник отправил Заярного в Советскую Украину для организации новой сети подполья. Весной следующего года от Заярного пришло сообщение, что в Харькове создана мощная тайная повстанческая организация во главе с атаманом Дорошенко, которая планирует всеобщее восстание в УССР. Начались упорные уговоры Тютюнника с предложением возглавить эту организацию, для чего тайно прибыть в СССР. Сценарий был практически беспроигрышным, позже он срабатывал при «ловле» Бориса Савинкова, Рейли, лидеров монархистского движения.

В июне 1923 года Юрий Тютюнник переплыл приграничный Днестр и уже на советском берегу оказался в руках чекистов. После того как его «сломали» в застенках ЧК–ГПУ, широкой общественности было объявлено, что он перешел в УССР добровольно. Тютюнник сдал архив Повстанческого штаба, по которому чекисты планомерно выловили подпольщиков. В СССР была тайно переправлена из эмиграции в Харьков супруга атамана с двумя дочерьми. Раскаявшийся Тютюнник был амнистирован и получил должность преподавателя в Школе красных старшин в Харькове, где он читал курс лекций по тактике и стратегии партизанской войны, затем работал консультантом при штабе Украинского военного округа по вопросам партизанской войны.

В 1924–1927 годах бывший атаман разъезжал с лекциями по городам Украины, написал три книги, из которых наиболее известна работа под названием «С поляками против Украины» (1924), которая стала «разоблачением атаманщины». В те же годы Юрий Тютюнник писал сценарии и снимался в кинофильме «П.К.П.» («Пилсудский купил Петлюру»), сыграв самого себя как «злодея революции». Он работал во Всеукраинском фотокиноуправлении, был соавтором Александра Довженко в сценарии к фильму «Звенигора» (1928).

Но в 1929 году, когда Украину накрыла волна арестов «националистов», инспектора акционерного общества Тютюнника арестовали и переправили в Москву, в распоряжение контрразведывательного отдела ГПУ. Атаман или отказался от агентурной деятельности, или его ценность уже была невелика. В декабре 1929 года он был расстрелян.

* * *

На Полтавщине в 1920–1921 годах действовала повстанческая «армия» Андрея Левченко. Этот атаман происходил из крестьян среднего достатка Кобеляцкого уезда Полтавской губернии. Судьба его типична для украинских атаманов: Андрей закончил военное училище в Киеве и во время мировой войны, воюя в кавалерийском полку, дослужился до звания поручика. В 1917-м Левченко стал украинским эсером и активно участвовал в украинизации армии, а до декабря 1919 года служил в армии УНР. В январе следующего года он перешел в Красную армию и вступил в просоветскую партию украинских боротьбистов.

Благодаря новому партийному билету Андрей Левченко устроился в мобилизационный отдел Кобеляцкого уездного военкомата — ответственным за мобилизацию лошадей для РККА. Путешествуя по Полтавской губернии, он наладил связь с местными повстанческими отрядами и с подпольным Полтавским губернским повстанческим комитетом.

30 мая 1920 года 150 повстанцев ворвались в Кобеляки, но в тот же день они были выбиты местным гарнизоном. После этого налета чекистами было расстреляно с десяток подпольщиков, в том числе инструктор Всеобуча, который был членом подпольной организации Левченко. В августе 1920 года Левченко, собрав отряд в 700 повстанцев при двух пулеметах, возглавил восстание на Полтавщине.

В то время атаман активно сотрудничал с Махно, который несколько раз приводил свою армию на Полтавщину. В октябре 1920 года «армия» Левченко, увеличившаяся до тысячи повстанцев при 10 пулеметах и одной пушке, пыталась взять Полтаву. Получив отпор у Полтавы, Левченко совершил рейд по Хорольскому, Лубенскому, Золотоношскому, Миргородскому, Полтавскому уездам. Кроме «армии» Левченко на Полтавщине было организовано еще до 30 мелких петлюровских отрядов общей численностью до 7 тысяч бойцов при 50 пулеметах и четырех пушках.

В ноябре 1920 года неудача вторичной осады Полтавы привела к роспуску «армии» Левченко и к временному затуханию восстания. Часть повстанцев из-за зимних холодов разошлась по домам или попряталась в землянках в приднепровских лесах. Атаман принял решение с частью своего отряда перейти на правый берег Днепра. На Полтавщину он вернулся в середине февраля 1921 года, после чего снова собрал отряд в 500 повстанцев.

В апреле Левченко окончательно перешел на «петлюровскую платформу», после чего стал главкомом 3-й повстанческой группы (14-го повстанческого района), командующим всеми петлюровскими повстанцами региона Полтава–Чернигов–Кременчуг. А в мае атаман Левченко вновь собрал Полтавскую повстанческую армию (до 1500 бойцов), поставив цель захватить губернский центр. В это время он возобновил союз с Махно, пригласил его армию на Полтавщину. Но уже летом 1921 года части Махно и Левченко были разгромлены в районе Полтавы Красной армией. Махно с небольшим отрядом ушел в Россию, а «армия» Левченко скрылась в местных лесах.

В августе 1921 года советское командование предложило амнистию Левченко и его повстанцам. Но атаман это предложение отклонил. Осенью того же года из 21 волости Кобеляцкого уезда в 17-ти советская власть была ликвидирована и они находились под полным контролем повстанцев. Они захватили в плен и расстреляли начальника вооружения Владимирской дивизии РККА, председателей трех волосных исполкомов Полтавщины и т. д.

После тяжелого ранения в руку Андрей Левченко несколько месяцев находился на лечений и отошел от руководства повстанцами. В конце 1921 года он приступил к организации нового восстания в Полтавской и Кременчугской губерниях. Атаман создал повстанческий казацкий отряд и подполье численностью 300 человек под названием «Запорожская Сечь». Но в январе–феврале следующего года чекисты разгромили «Сечь», арестовав или уничтожив более 200 подпольщиков. Были также арестованы около 600 крестьян Кобеляцкого уезда, 200 из них были расстреляны.

В феврале 1922 года Андрей Левченко с небольшой группой повстанцев снова скрылся в лесах на правом берегу Днепра. Но в мае атаман был случайно задержан чекистами на улице Екатеринослава. В феврале 1923 года в Полтаве состоялся громкий открытый судебный процесс над повстанцами. Андрей Левченко и восемь его товарищей были приговорены к расстрелу...

* * *

Колоритной фигурой времен гражданской войны был и атаман Ангел. Впрочем, о нем практически не осталось исторических сведений, зато их недостаток с лихвой «компенсировался» слухами и легендами. Атаман Ангел стал собирательным образом «героя-фантома» для повстанцев севера Украины — ведь под этим именем действовали как минимум два персонажа. Видимо, сам атаманский псевдоним Ангел был притягателен для мифотворцев. Не случайно атаман Ангел стал антигероем знаменитого советского телесериала «Адъютант его превосходительства».

«Исторически достоверный» атаман Ангел — Евгений Петрович Ангелов — происходил из украинских болгар. Его отец служил егерем у помещика Тарновского на Черниговщине. Евгений родился, предположительно, в 1895 году в селе Власовка, соседнем с Качановкой (где было поместье Тарновских). В годы Первой мировой войны он был призван в действующую армию, воевал на фронте, окончил школу прапорщиков. В 1918 году Евгений вернулся в родное село в чине поручика. Подполковник армии УНР Михаил Середа описывал его следующим образом: «Его жилистая, подвижная фигура всегда находилась в напряжении всех мускулов, требуя постоянно острых впечатлений и изменчивых движений. Был одет как кавказский ингуш — в черную шерстяную бурку, островерхую черную папаху и кавказские шерстяные сапоги, снизу обшитые белой кожей». Интересно, что болгарин Ангелов был «сознательным украинцем» и антисемитом. Ему приписывали массовые расстрелы евреев на Черниговщине. Впрочем, ни один из фактов погромов никогда не был документально доказан.