Жак де Моле. Великий магистр ордена тамплиеров - Ален Демурже

В оном [1300] году приехал на Кипр посланный Газаном, царем татарским, и рек, что Газан должен выступить оной зимой и желает, дабы король и все франки направились дожидаться его в Армению, где царь и его народ сделают для них приготовления.^[314]

Газан покинул Тебриз 30 сентября. Он вошел в контакт с Хетумом II и на сей раз мог рассчитывать на последующую мобилизацию кипрских франков.^[315]

В самом деле, в ноябре Амори Тирский — брат короля, магистр ордена Госпиталя Гильом де Вилларе, как раз приехавший с Запада, и Жак де Моле направили своих рыцарей на остров Тортосу, или Руад, километрах в трех от сирийского берега. Амори привел туда триста рыцарей, а «Храм и Госпиталь имели их столько же или больше».^[316]

Каталонский граф Бернарт Гильем д'Энтеса, высадившийся в Фамагусте в конце 1300 г., написал королю Арагона, вероятно, в марте 1301 г., рассказав о том, что происходило на островке зимой:

Газан, находясь в своей земле, послал несколько гонцов на Кипр, к прославленному королю Кипра, магистрам Госпиталя и Храма, дабы им сообщить, что пойдет в землю неверных, сынов Исмаила, каковую обычно именуют Хем (Сирия), в ближайшем ноябре. И он просил, чтобы христиане готовились прийти к нему со всей их армией […]. Услышав это, христиане […] подготовились и направились на остров Тортоса, расположенный менее чем в двух милях от берега. Были то достойный муж — сеньор Тирский, брат прославленного короля Кипрского, пришедший с большим количеством воинов, наш магистр госпитальеров со всеми, кто сопровождал его в поездке и кто совершил много прекрасных и достойных дел, и с ним его люди с Кипра, и магистр тамплиеров со всем своим монастырем и многими иными людьми. С этого острова они переправились на материк, сталкиваясь с великими опасностями и положениями, где оставались двадцать пять дней или более; тем самым на острове и на материке пробыли они четыре месяца и более. И там они ежедневно ждали прихода Газана.^[317]

Но Газан не пришел.

В январе 1301 г. в Северной Сирии появился лишь монгольский авангард под командованием полководца по имени Кутлуг-хан. Суровая зима не позволила привести более значительные силы кавалерии. В феврале, наконец, эмиссар Газана передал царю Хетуму, что хан отказывается продолжать свой поход и переносит нападение на мамелюкский Египет на более позднее время. Рядом с Хетумом находились Ги д'Ибелен и Жан де Жибле. Я уже писал, что эти кипрские сеньоры впервые высадились в Сирии в начале 1300 г.; если только они не оставались при царе Хетуме целый год, что маловероятно, они, должно быть, вернулись с Амори Тирским в ноябре и были посланы, с учетом их опыта, к армянскому царю, чтобы вернее получать сведения о передвижениях монгольских войск.^[318]

Таким образом, надо понимать, что христианские силы под командованием Амори Тирского и великих магистров орденов рассчитывали на следующее: высадившись в декабре 1300 г. в Тортосе, они смогут соединиться с Газа-ном под Алеппо, через который почти неизбежно должны были пройти монголы, идущие в Сирию из Месопотамии. Они оставались на материке двадцать пять дней; они грабили города и деревни, нападали на мирное население и брали многочисленных пленных, которых перепродавали на кипрских рынках в качестве рабов. Потом, как пишет Тирский Тамплиер, «когда они узрели, что татары слишком запаздывают с приходом, а сарацины собрали много народу, дабы отправиться за ними в погоню, они вернулись на означенный остров Тортосу».^[319] Они стали ждать на островке, полагая, что дело в обычной задержке. Но в феврале 1301 г. царь Хетум получил сообщение, что Газан не придет. Уведомленные в свою очередь, франки Руада собрали совет и решили эвакуировать основные силы своих войск, расположенных там. Рыцари Амори Тирского и госпитальеры в конце марта или в начале апреля вернулись на Кипр. На месте остался контингент тамплиеров, переданный под ответственность маршала ордена Бартелеми де Кинси (Сhinsi или Quinsy).

Однако значит ли это, что оккупация и защита Руада становились исключительно задачей тамплиеров? По видимости — да, фактически — нет.

В самом деле, вернувшись в 1300 год, можно констатировать: высадка на Руаде в ноябре была завершением операции, готовившейся в течение этого года всеми христианскими силами, базирующимися на Кипре, в надежде наконец осуществить все планы, связанные с монгольским союзом. Указания на эту мобилизацию христиан, если не доказательства ее, содержатся в некотором количестве документов 1299-1300 годов.

С середины 1299 года госпитальеры Кипра просили Гильома де Вилларе, своего великого магистра, прибыть на остров, чтобы провести капитул; им несомненно казалось, что ситуация предоставляет достаточно богатые возможности, чтобы присутствие великого магистра на месте считать необходимым.^[320] Не отставали и госпитальеры Запада, судя по письму одного брата из Нанта, датированному 4 мая 1300 г.: «Наш магистр приказал и повелел нам, дабы мы были готовы отправиться с ним в сию переправу в августе месяце, мы же приказали нашим подчиненным, каковые должны отправиться с нами». И он добавляет фразу, больше говорящую о состоянии духа «в тылу», чем многие привычные рассуждения историков о так называемом упадке крестоносного движения: «И знайте, сир, что весьма многие из нас были рады сему приказу».^[321]