Сталин. Кто предал вождя накануне войны? - Олег Козинкин

Т.е. в этом 122-м иап одна эскадрилья из 4 была оснащена пушечными И-16.

Пушечных И-16 тип 27 и 28 к лету 1941 года выпустили около 350 штук. Этого хватило бы на вооружение не более пяти полков всех ВВС РККА. Однако эти мощные на то время пушечные И-16 не стали собирать в отдельные истребительные авиаполки, а распределили в приграничные смешанные авиадивизии, по одной эскадрилье в один полк с И-16. Что было вполне разумно.

«И вот в 2.30 — тревога! Нашей 2-й эскадрилье и 4-й эскадрилье через аэродром нужно бежать, а 1-я и 3-я стояли прямо около палаток. Мы прибежали, а те ящики уже убрали, начали таскать пушки. Техники тоже подключились, нужно быстро. А у нас ящики в самолётах, и моё звено подготовилось первым, все три самолёта. Я пошёл, доложил командиру эскадрильи, что звено готово. Он не стал спрашивать, как это нам так удалось раньше всех подготовиться… Только начался рассвет…» Долгушин в истребителях своего звена пушки и пулемёты снял, но ящики с патронами, что более громоздкие, снимать не стал. Из-за этого его звено оказалось достаточно быстро готово к боевым действиям.

В субботу на аэродром 122-го иап пригнали для ознакомления Пе-2, которые стояли на вооружении в 16-м бомбардировочном полку этой же 11-й сад, чтобы лётчики могли отличать их от Ме-110 и не посбивали сгоряча. Ведь внешне они очень похожи.

В субботу Пе-2 ещё и полетал над аэродромом, поэтому, когда утром 22 июня на аэродром выскочила пара двухкилевых самолётов, их не сразу опознали:

«С южной стороны к аэродраму подходят два самолёта. В хвосте этого самолёта раздаётся очередь, длинная очередь — и по стоянкам самолётов. Крестов-то не было, но тут всё ясно: обстреляли, прошёл “110-й”. По телефону мы узнали, что есть раненые, — значит, точно, прошёл немец и обстрелял. Мы рассредоточили машины, и опять таскать пушки и боеприпасы. Первыми подготовились мы, затем 1-я эскадрилья, которая стояла около палаток. Они выбежали из палаток — и уже через 5-10 метров их самолёты. Смотрим: идёт шестёрка самолётов — три идут, и сзади ещё три. Что это такое? Учения что ли? Опять мы ничего не поймём. Решили, что это МиГ-3 с Белостока — там был полк на МиГ-3. И тут они развернулись и начали нас бить. (Это были Me-109- — Авт.)». (Сайт «Я помню»)

Долгушин вылетел на разведку в сторону Гродно, на взлёте его обстрелял одиночный Ме-110 (или Me-109), но не сбил. Во время уже своего полёта Долгушин подбил лёгкий самолётик связи, разведки и корректировки типа «Физлер-Шторьх» (тот ушёл с дымом на свою территорию), прибыл на свой аэродром и доложил, что немцы: «Гранину перешли, идут к нам. Войска вот тут, танки вот тут”. Наших-то войск не было: только одни пограничники, и всё. Только мы начали заправляться, ко мне подошёл командир эскадрильи и говорит: “Сергей, мы улетаем в Черляны, там, где 127-й полк нашей дивизии”».

То есть примерно в 5.00–5.30 122-й иап боевых действий не вёл. И по команде, видимо, командира дивизии полковника П.И. Ганичева полк Долгушина перегнали на один аэродром с соседним 127-м иап — 122-й полк находился всего в 17 км от границы. Долгушин взлетал позже всех, и в это время на аэродром уже заходили немецкие самолёты: «Тут пришла восьмёрка, садится фактически на аэродром. Я пошёл на взлёт, а они даже не обратили внимания на меня. Я взлетел — танки уже видны. Высоту повыше набрал, немного поднялся, выше к северу ушёл от аэродрома — и видно, что танки идут к аэродрому Они уже километрах в 5-10, а над аэродромом висят восемь самолётов».