Эд, граф Парижский и король Франции. 882-898 гг. - Эдуард Фавр

Таковы были притязания Арнульфа, которые он сохранял также в отношении Эда, а позже — в отношении Карла Простоватого. Нет сомнений, что Эд их признавал. Рассказ «Ведастинских анналов» не очень ясен; однако, судя по нему, именно Арнульф вызвал к себе Эда; тот, поколебавшись, прибыл по требованию Арнульфа, который принял его милостиво^[572], а потом отослал; уже этот рассказ предполагает верховенство Арнульфа. «Фульдские анналы»^[573] еще сильней акцентируют эту ситуацию: согласно им, Эд в 888 г., не желая нарушать верности, какой был обязан Арнульфу, покорно приехал к нему; позже, в 895 г., те же анналы, которые были официальными анналами Восточно-Франкского королевства, говорят, что Эд выполнил свой долг «верного» и прибыл к Арнульфу с дарами. Составителей этих анналов можно было бы заподозрить в пристрастности, если бы другие авторы не использовали аналогичные термины^[574] для характеристики отношений Эда и Арнульфа. Наконец, Фульк, свидетельство которого обладает неоспоримой ценностью, называет Эда «homo» (человеком) Арнульфа^[575]. Слово «homo» означало того, кто совершил «commendatio»^[576], то есть вложил в знак подчинения сложенные руки в руки сеньора, присягнул ему на верность и тем самым объявил себя его «vassus», «верным», вассалом. Эд, по словам Фулька, совершил в отношении Арнульфа «commendatio», признал его сюзеренитет, а Арнульф взамен признал за ним королевскую власть.

За несколько лет до того Людовик Прованский тоже сделался «homo» Карла III, который — и это следствие выглядит неизбежным — признал за ним королевские права^[577]. Тот факт, что эти события произошли почти одновременно и описывались в сходных терминах, позволяет отождествить ситуации Эда и Людовика Прованского.

Позднейшие события дают еще одно доказательство верховенства Арнульфа над Западно-Франкским королевством: в 893 г. Фульк возвел на престол Карла Простоватого и написал Арнульфу, что, если бы тот позволил, он хотел бы сделать этого нового короля «верным» последнего, чтобы как король, так и его королевство были Арнульфу подчинены^[578]. Этот план Фулька провалился, потому что Арнульф поддержал Эда против Карла Простоватого; позже все переменилось, Арнульф принял сторону последнего, признав за ним все права на Западно-Франкское королевство; взамен Карл дал ему обещание, которое могло быть только присягой на верность^[579]. Таким образом, если уж Карл, легитимный Каролинг, признал сюзеренитет Арнульфа, то Эд, выскочка, и подавно должен был это сделать.

Нужно ли говорить, что Эд был вассалом Арнульфа? Нет, это грозило бы создать ложные представления. Королевский вассал был обязан нести службу, о которой в отношениях между государями не могло быть и речи^[580]. Это грозило бы также создать впечатление, будто традиция, утверждающая на основе представлений о феодализме, что Эд получил свое королевство от Арнульфа во фьеф, имеет какое-то отношение к реальности; а ведь в IX в. феодализм существовал только в зародыше, о фьефах речи еще не было и вассалитет не обязательно предполагал держание бенефиция^[581]. Кстати, во время встречи в Вормсе Эд уже вполне легитимно владел своим королевством, ведь Арнульф не мог сам назначить Западно-Франкскому королевству государя, лишь бы тот поклялся ему в верности^[582]. Рассматривать отношения Эда и Арнульфа как отношения частных людей, пытаясь в конечном счете выявить детали, о которых не думали современники, значило бы зря потратить силы и прийти к полной неопределенности или к ошибочным выводам.