Не Сволочи., или Дети-разведчики в тылу врага - Теодор Гладков

* * *

1942 год стал пиком гитлеровской Германии. Под пятой оккупантов пребывала вся Западная Европа; если не считать союзных Германии стран, нацистского ига избежали лишь Швеция, Швейцария и огрызок Франции с марионеточным правительством в Виши. В Северной Африке немецкие экспедиционные силы под командованием генерала Роммеля громили английские войска. Впрочем, одна только Британия по-настоящему и вела на западе борьбу с агрессором.

На восточном фронте немецкие войска, оправившись после зимнего поражения под Москвой, возобновили наступательные действия, вышли к Волге, захватили Крым, на Кавказе егеря-альпинисты из горных частей водрузили флаг со свастикой на вершине Эльбруса.

Нужна была поистине несокрушимая вера в правоту своего дела, безмерная преданность народу и стране, готовность к борьбе до последнего дыхания, личная храбрость и мужество, чтобы не сломаться душевно в условиях жесточайшего оккупационного режима, продолжать сражаться с, казалось бы, непобедимым врагом.

То был не порыв, пускай и прекрасный, но быстролетный, то было долгое и изнурительное сражение патриотов с чудовищной по мощи и безжалостности злой силой, на взгляд иных трезвомыслящих, не оставляющей ни малейших шансов на победу.

И все же миллионы людей на оккупированной территории тогдашнего Советского Союза, в том числе людиновские партизаны и подпольщики, не смирились с предназначенной им участью стать рабами расы господ. Не смирились, потому что были воспитаны, приучены с детских лет считать себя свободными людьми. И хотя на самом деле тогдашний строй в стране вовсе не давал им настоящей свободы, а господствующая идеология — коммунистическая — в конечном итоге оказалась утопией, убежденность тогдашнего поколения в реальности коммунистических идеалов, безмерная любовь к Отчизне, безотносительно к царившему в ней режиму, наконец, воинские традиции российского народа и его армии обеспечили моральное превосходство, следовательно, и боевого духа наших людей над оккупантами. Эта убежденность не только помогала подлинным патриотам в их борьбе, но сама по себе на эту борьбу подвигала. Вот почему Алексей Шумавцов и его товарищи просто не могли не включиться во всенародную борьбу с иноземными захватчиками.

Как уже отмечалось, главным оружием людиновского молодежного подполья стала и оставалась до конца разведка.

Причем, подчеркнем еще раз, поскольку это крайне важно, по конкретным заданиям партизанского отряда, который, в свою очередь, получал их от командования Красной Армии.

После повторного захвата Людинова, ставшего ближайшим прифронтовым городом, немцы начали усиленно крепить его оборону не только на земле, но и с воздуха. Последняя ощутимо мешала нашим самолетам бомбить уже разведанные цели.

Особенно успешно немцы использовали лесной массив и возвышенность в районе Кировских улиц — таковых в городе было четыре. Здесь где-то они установили и хорошо замаскировали зенитные оружия и пулеметные установки. Весь этот район от самого озера и дальше, в глубь леса, тщательно охранялся; появляющихся здесь гражданских лиц немцы рассматривали как партизан и обращались с ними соответственно.

Получив от Золотухина задание разведать этот район, найти орудия ПВО и установить их координаты, Шумавцов поручил его выполнение сестрам Хотеевым. Девушки отправились на задание под предлогом сбора ягод.

Тоня и Шура успели набрать по лукошку ранней земляники, когда налесной поляне их остановил часовой с автоматом, появившийся откуда-то из-за деревьев. На оклик «Хальт!» девушки послушно остановились, иначе бы немец — они это точно знали — открыл огонь на поражение. Главное теперь было как-то объясниться на месте, чтобы не отправили в комендатуру. Часовой свистком вызвал офицера — молодого лейтенанта. На умышленно ломаном немецком языке (слишком хороший в устах по-деревенски одетой девушки мог бы вызвать подозрение) Тоня сказала с испуганным видом, что она с сестрой ходила собирать ягоды, и очень естественно протянула лейтенанту свое лукошко с душистой земляникой.

И офицер поверил… Ягоды взял, поблагодарил и отпустил девушек, посоветовав им больше здесь никогда не появляться. Сестры и не собирались этого делать — все, что требовалось, они уже успели выявить, в том числе и в те несколько минут, что объяснялись с лейтенантом.

На следующий день Шумавцов передал в отряд донесение:

«Победа» и «Отважная» сообщили, что западнее Кировских улиц, 1500–1700 м по северному склону в лесу обнаружены две зенитные батареи с расчетами, замаскированные ветвями. Ориентиры: от станции Ломпадь прямо на север 1500–1600 метров. От западной окраины склона 1400–1500 метров.

23. VI.42. «Орел».

Спустя несколько дней советская авиация уничтожила зенитные батареи, а затем уже беспрепятственно разбомбила выявленные военные объекты в городе. В том числе один, обнаруженный самим Алексеем неделей раньше:

«На территории локомобильного завода в сборочном цехе № 1 расположен склад патронов в ящиках, и каждый день машины загружаются легионерами и уходят на передовую. Проникнуть гражданскому человеку невозможно, круглосуточно охраняются усиленной охраной… Ориентиры: западнее котельной 200 метров, юго-западнее отдельного белого здания 50 метров. Заход: северный угол верхней плотины озера.

«Орел».

Советским авиаторам-летчикам нужно было знать не только цели, но и результаты бомбовых ударов по военным объектам врага. Городские разведчики информировали их и об этом:

«После бомбежки нашей авиацией зенитные установки в районе Ломпади замолчали.

«Орел».

И вскоре после сообщения о складе на заводе: «Наша авиация бомбила склады. Первые бомбы упали рядом. Вторым заходом прямым попаданием был вызван взрыв огромной силы. Разрушен корпус. Оккупанты боятся, ищут партизан. «Орел».

Потом Алексей как-то обратил внимание на странные звуки, доносившиеся примерно оттуда же, где были ранее обнаружены зенитные батареи, только восточнее. Это были явно звуки орудийных выстрелов, но необычно гулкие и редкие. Похоже, что било одиночное, но весьма мощное орудие, на перезаряжание которого требовалось большее, чем обычно, время.

На разведку снова отправились сестры Хотеевы, снова под видом сбора ягод, но теперь уже с другой стороны, чтобы не нарваться на уже знающих их часового и лейтенанта.

История повторилась: их опять остановил часовой, по счастью, другой, но офицера звать не стал, просто отобрал одно лукошко с ягодами и знаками дал понять, чтобы поживее убирались прочь. И вновь девушки успели разглядеть все, что требовалось.

Золотухину в отряд ушло очередное донесение:

«Северо-восточнее станции Ломпадь — 1200 метров и юго-западнее мальцовского моста — 800 метров находится дальнобойное орудие».

Через две ночи на третью советский ночной бомбардировщик, буквально прокравшийся на малой высоте в безлунном небе, уничтожил это орудие, бившее по военным объектам в тылу нашей 16-й армии.