Генералов похищали в Париже. Русское военное Зарубежье и советские спецслужбы в 30-е годы XX века - Владислав Голдин

18 октября 1938 года генеральный прокурор при парижском суде писал министру юстиции Франции: «Имею честь доложить Вам в дополнение к моим отчетам (последний датируется 17 октября 1935 года), содержащим информацию, не засекреченную прокуратурой Сены, что следствие, длящееся по сей день, зашло в тупик, что никакие полезные следственные действия не представляются возможными. Однако я считаю, как и мой коллега в прокуратуре Сены, что прежде чем закрывать производство по этому делу, необходимо дождаться вынесения приговора по делу супругов Скоблиных, в рамках похищения генерала Миллера. Оба похищения произошли при схожих обстоятельствах, и возможно открытие дополнительных фактов в ходе судебного разбирательства по делу Скоблиных».

Министр юстиции уведомил генерального прокурора, что ему предоставлена возможность «не закрывать производство по делу» до вынесения приговора по делу Скоблиных. Этот процесс проходил с 5 по 14 декабря 1938 года. И никаких новых фактов, касающихся похищения генерала Кутепова, в ходе его выявлено не было. В результате расследование дела Кутепова было прекращено.

Если попытаться резюмировать усилия французской полиции, службы национальной безопасности и следствия, то они пришли к выводу, что было совершено преступление, генерал Кутепов был похищен и убит. Тела его найти не удалось. Поэтому наряду с версиями, что он был убит во Франции и здесь же захоронен, высказывалось и предположение, что тело убитого генерала было доставлено на борт советского судна «Спартак» (или какого-то другого корабля) и доставлено в СССР. Вина за похищение и убийство генерала Кутепова возлагалась, таким образом, на Советский Союз и его руководство, а исполнителями его выступали чекисты, в той или иной мере сотрудничавшие при этом с иностранными коммунистами. Но убедительно доказать все это и предъявить аргументированные обвинения для судебного процесса французские розыскные и следственные органы не сумели.

Самостоятельные расследования исчезновения генерала Кутепова велись в это время рядом органов зарубежной (как иностранной, так и эмигрантской) периодической печати, а также независимыми исследователями и публицистами. В результате уже в 30-е годы вышли посвященные этой теме книги В.И. Бурцева, Ж. Делажа, издание, подготовленное Н.Н. Алексеевым и Б.Г. Бажановым, и др. Большинство авторов возлагало ответственность за похищение Кутепова на СССР и чекистов. Но высказывались и иные суждения. Например, в 1930 году в Риге вышел в переводе на русский язык роман француза Клода Фелисье «Тайна похищения Кутепова», в котором утверждалось, что похищение генерала совершила английская разведка.

Тема похищения генерала Кутепова привлекала внимание исследователей и в послевоенные десятилетия. Их, в частности, не покидало желание найти лиц из близкого окружения или хорошо знакомых председателю РОВСа, которые участвовали в подготовке чекистской операции по его захвату. В 1978 году издававшийся в Нью-Йорке «Новый Журнал» напечатал, например, статью доктора В. Зернова, жившего в межвоенный период в Париже и лично знавшего многих видных деятелей Белого движения. Автор обвинял в работе на советскую разведку и возможном участии в похищении Кутепова генерала Б.А. Штейфона.

Тот действительно близко знал генерала Кутепова, ибо был комендантом лагеря в Галлиполи и начальником штаба 1-го армейского корпуса, которым он командовал. В дальнейшем Штейфон вступил в состав РОВСа, но в 1926 году был исключен из него генералом Врангелем за нарушение воинской дисциплины. Тем не менее генерал Штейфон принимал активное участие в жизни и деятельности военной эмиграции, поддерживал тесные отношения с ее видными деятелями. Напомним, что этот генерал имел прямое отношение к попыткам эмиграции организовать антисоветскую деятельность на территории СССР, наладить связи и сотрудничество с работавшими там антибольшевистскими организациями и для этого лично выезжал в Советский Союз. Но парадокс ситуации заключался в том, что, как уже говорилось об этом в первой книге этой серии, посвященной борьбе военной эмиграции и советских спецслужб в 20-е годы, и в первой главе этой книги, это были организации, легендированные чекистами. И Штейфон, таким образом, действовал в СССР под контролем ОГПУ.

После смерти генерала Кутепова Б.А. Штейфон подготовил в 1933 году рукопись книги воспоминаний о нем под названием «Генерал Кутепов. Его жизнь и деятельность». Эта рукопись (объемом 222 стр.) и подготовительные материалы к ней были переданы им в Русский заграничный исторический архив в Праге, а после Второй мировой войны доставлены в СССР и находятся сегодня в Государственном архиве Российской Федерации в Москве.

В годы Второй мировой войны, в сентябре 1941 года, Штейфон стал начальником штаба, а 2 октября — командиром формирующегося Русского корпуса в Сербии, создававшегося из числа русских эмигрантов и сражавшегося под командованием фашистской Германии с национально-освободительным движением здесь, возглавляемым коммунистами. Штейфон командовал этим корпусом до своей смерти 30 апреля 1945 года.

Заметим, вместе с тем, что в 30-е годы в распоряжении французского следствия оказались материалы, дискредитирующие генерала Штейфона, и высказывались серьезные подозрения в его адрес. Но об этом было мало кому известно. Поэтому вышедшая в свет в 1978 году статья доктора Зернова произвела в эмиграции впечатление разорвавшейся бомбы. Нашлись как сторонники, так и противники его версии о генерале Штейфоне как пособнике советской разведки и возможном участнике похищения Кутепова. Например, М.А. Деникина-Грей в своей опубликованной в 1981 году книге о похищениях генералов Кутепова и Миллера поднимала эту тему, ссылаясь на полученные ею сведения от доктора Зернова, который во время похищения Кутепова изучал медицину в Париже.

Вот что писал ей, в частности, Зернов: «В 1923 году мне было девятнадцать лет, когда я познакомился с генералом Штейфоном в югославском курортном городе, куда переехал мой отец. Моя сестра София, которая старше меня на четыре года, познакомилась с ним ранее в Галлиполи. Это был человек маленького роста, коренастый, со стеклянными серо-голубыми глазами. Он всегда одевал свою генеральскую форму. Он ходил, говорил и даже смеялся с важным видом, как будто чувствовал свое превосходство над простыми людьми. В течение нескольких лет он регулярно лечился у моего отца, поэтому между ними установились дружественные отношения».

В 1926 году семья Зерновых переехала в Париж, а в начале января 1930 года сестра Зернова рассказала брату по секрету, что генерал Штейфон находится в Париже, приехав туда прямо из Советской России. В столицу Франции он приехал тайно и привез сестре Зернова бесценный подарок — целую сумку русской земли. По словам Штейфона, здесь находилась очень мощная антибольшевистская организация, которая процветала в России, и он приехал в Париж, чтобы собрать средства для нее. Никто не должен был знать о его присутствии во французской столице. И тем не менее генерал попросил сестру Зернова организовать для него встречи с некоторыми людьми, которые готовы были бы пожертвовать средства для борьбы за правое дело. София Зернова хорошо знала Рахманинова, который в это время находился на гастролях в Европе, написала ему об этом деле и уговорила встретиться со Штейфоном в Париже в первой половине февраля.