"Тигры" в снегу. Мемуары танкового аса - Альфред Руббель

Была разница между профессиональными офицерами и офицерами резерва. Кадровые офицеры, профессию которых обычно выбирала их семья, с детства учились в кадетских интернатах, целью обучения было получение права поступления в университет и предварительной военной подготовки. Офицерами резерва должна была покрываться потребность в увеличении численности армии в военное время. При наличии образования и склонности к военной службе их несколько раз призывали на военную подготовку, и после одобрения офицерами из соответствующей воинской части они получали звание офицера.

Как правило, чтобы стать офицером, нужно было иметь право поступления в университет. Дефицит офицеров привел к понижению образовательного ценза. В 1938 году была отменена обер-прима, тринадцатый год обучения в гимназии, право поступления в университет можно было получить после 12 лет гимназии. С началом войны требования были еще понижены. Перевод из 11-го в 12-й класс считался равным наличию права поступления в университет. Учиться в университете и стать офицером можно было с этим так называемым «чрезвычайным правом поступления в университет».

Учебное пособие для офицеров по обращению с рекрутами.

Полигон в Ордруфе начинался западнее города и охватывал район от горы Мушкетеров до Рорензее.

В то время когда Альфред Руббель был в Ордруфе, 2-й школой фанен-юнкеров командовал полковник Отто Брозе. 14 марта 1942 года, когда он был командиром 86-го стрелкового полка, он был награжден Немецким крестом в золоте.

Я сейчас попытаюсь на примере моей службы в вермахте пояснить, как после начала войны можно было стать офицером. 5 декабря 1939 года меня добровольцем призвали в пехоту, хотя я записывался в танковые войска. В нашем отсеке казармы жили десять 18-летних молодых людей, до того все были школьниками. Тут уже работало управление кадрами, они пытались понять, кто подходит к обучению на командные должности. У нас была обычная трехмесячная начальная подготовка. Потом у некоторых была дополнительная учеба. Потом у нас было собеседование с военным психологом. Потом ничего не происходило, кроме моих четырех или пяти попыток перевестись в танковые войска. Потом меня все-таки перевели. Там я узнал, что некоторые товарищи, я в их числе не был, были выбраны кандидатами в офицеры. Война с Россией началась 22 июня 1941 года, я воевал в танке на Центральном фронте, на Северном фронте, на Кавказском фронте и потом, с марта 1943 года, в группе армий «Юг». В один прекрасный день меня произвели в кандидаты в офицеры, потом в фанен-юнкеры и послали в военную школу. До войны была единственная военная школа в Дрездене, в ней учились все будущие офицеры. Потом, с увеличением потребности в офицерах, были открыты другие военные школы, военная школа танковых войск была в Вюнсдорфе под Берлином. Потом обучение проходило в школе фанен-юнкеров в Ордруфе в Тюрингии, туда я попал в апреле 1944 года.

Обучение там нашим ожиданиям не соответствовало. Мы были опытные танкисты, а там была муштра, которой в танковых войсках обычно не было. Это могло быть потому, что начальником обучения был носитель Ордена крови, который в 1923 году вместе с Гитлером штурмовал «Фельдхеррнхалле», он принес в танковые войска этот чуждый нам стиль.

Из-за малярии я с 1 августа 1944-го должен был снова учиться в 1-й школе обер-фенрихов в Потсдам-Крампнитце, и это обучение я успешно закончил!

Обучающиеся должны были в течение пяти месяцев, на основе их фронтового опыта, научиться управлять танками и людьми.

В числе прочих у нас были следующие курсы:

— тактика, командование войсками;

— армии противников;

— применение танков;

— боевые учения;

— взаимодействие с другими родами войск;

— спорт;

— военная история.

В глаза бросается то, что курсов по национал-социализму не было, а это был 1944 год! Преподавателями были опытные фронтовые офицеры, что легко было понять по их наградам. Многие из них имели ранения и были непригодны к службе на фронте. После покушения на Гитлера 20 июля 1944 года власть непреклонно пыталась продемонстрировать, что вермахт является национал-социалистическим. Было введено отдание чести гитлеровским приветствием. Главнокомандующим всеми войсками, которые находились не на фронте, был назначен рейсхфюрер СС Гиммлер. Я точно могу сказать, что из знакомых мне солдат только немногим это нравилось.

Также было приказано в батальонах, полках и в соответствующих им частях выделить из собственного офицерского корпуса офицера по национал-социалистическому воспитанию — НСФО. Гитлеру и его близким показалось необходимым ввести «комиссаров», как в Красной армии. Командующие частями саботировали этот приказ, назначая НСФО самых интегрированных и уважаемых офицеров.

Так, в школе обер-фенрихов в Крампнитце нашим НСФО был назначен преподаватель тактики, которого мы очень уважали как человека и преподавателя, капитан профессор доктор Гиффай, офицер резерва, работавший воспитателем в доме Гогенцоллернов. В этой вселенной уж его никто не мог заподозрить в симпатиях к нацистам.

У нас на курсе были как фанен-юнкеры — профессиональные солдаты, так и резервисты, к которым принадлежал и я, но у всех был достаточный фронтовой опыт.

Обучение для всех было одинаковым. К концу обучения — экзаменов не было, была аттестация — стало понятно, что четверо фанен-юнкеров обучение не прошли, хотя мне оно показалось совсем не сложным. Были также фанен-юнкеры, которых на обучение направили их части, опытные унтер-офицеры с высокими наградами, такими как Рыцарский крест. Они, разумеется, обучение успешно закончили. Проблемой также была разница в диалектах, обучающиеся были со всей «Великой Германии». Самый старший был 1911 года рождения, ему было 34 года, он был знатного происхождения. Мне было 23 года.

Обучение закончилось производством в обер-фенрихи, это считалось уже офицерским чином.

«Резервистов» произвели в лейтенанты еще до Рождества и отправили в их части. «Активные» (профессиональные военные) должны были прослушать еще один курс, целью которого была подготовка к должности командира роты.

Хотя американцы уже были в Аахене, а Красная армия уже перешла границу Восточной Пруссии, нам было дано хорошее обучение.

В июне 1944 года инспектор танковых войск генерал-полковник Гудериан посетил 2-ю школу фанен-юнкеров и официально передал первый «Королевский Тигр» 1-й роте 503-го тяжелого танкового батальона.