Сможет ли Россия конкурировать? История инноваций в царской, советской и современной России - Лорен Р. Грэхэм

Мы уже убедились в том, что российские правители во все времена были более заинтересованы в развитии технологий, которые способствовали наращиванию военной мощи, производили неизгладимое впечатление на наблюдателей или приносили пользу элите, нежели технологий, направленных на улучшение российской экономики в целом. Эта модель сохранилась до настоящего времени. Милитаризация деформировала технологическое развитие России. Петр I придал процессу модернизации России огромное ускорение. Но его изначальной целью было укрепление России как европейской военной державы, а не повышение качества жизни населения. Он модернизировал военные заводы, импортировал самые современные зарубежные технологии, и эти усилия принесли положительные плоды в ходе нескольких последующих войн. После его правления преемники продолжали поддерживать военную промышленность, но уже эпизодически, в те моменты, когда устаревание оборачивалось военными поражениями, как это было после Крымской войны. Кроме того, цари и знать, контролировавшие эту область, непременно желали иметь в личном пользовании богато оформленное оружие. И некоторые наиболее талантливые мастера посвящали свои усилия не инновациям, не массовому производству оружия для ведения победоносных военных кампаний, а созданию роскошно декорированных экземпляров для удовольствия царственных и иных благородных господ.

Похожее желание использовать технологии, в первую очередь для того, чтобы произвести впечатление, очевидно и для Хрущева и Брежнева, которые настаивали на том, чтобы советские космонавты совершали показательные полеты, приуроченные к важным политическим датам, таким как съезд КПСС или годовщина Великой Октябрьской социалистической революции. Вероятно, одна из самых опасных подобных демонстраций технологического превосходства имела место в 1963 году, когда Н. Хрущев приказал вывести на орбиту экипаж в составе трех космонавтов до того, как США произведут двухместный полет. Для выполнения этого приказа талантливому конструктору Сергею Королеву пришлось подбирать в экипаж космонавтов маленького роста, пренебречь осторожностью, не надевать массивных скафандров. Космонавтов разместили в небольшой капсуле настолько плотно, что они были похожи на сардин в банке. Это предприятие увенчалось успехом^{175}.

Политические факторы существенно препятствовали внедрению инноваций на протяжении всей истории России. Русский пионер в области электроэнергетики Павел Яблочков, первый осветивший центральные улицы Парижа, долго прожил в этом городе и успел подружиться с российскими политическими эмигрантами, осевшими там, включая переводчика на русский язык книги Карла Маркса «Капитал». Этой связи было достаточно для подозрений царской полиции, после возвращения Яблочкова на родину за ним была установлена слежка.

Подобные примеры влияния политических факторов на инновации в изобилии можно найти и в советский период. Авиаконструктор Игорь Сикорский, спасаясь от репрессий, эмигрировал в США, где основал собственную, ставшую очень успешной, компанию. Один из создателей телевидения Владимир Зворыкин в 1919 году, во время Гражданской войны, уехал из России в США и работал на Вестингауза и корпорацию RCA. Олег Лосев был пионером в области развития полупроводников и диодов, но из-за своего сомнительного социального происхождения (он был из дворян) и частной предпринимательской деятельности в 1920-е годы его возможности по внедрению своих инноваций в экономику были крайне ограниченными. Инженер-химик Владимир Ипатьев был выдворен из Советского Союза и эмигрировал в США, где для компании Sun Oil Company разработал методы очистки нефти. Был вынужден эмигрировать и выдающийся генетик Теодозиус Добржанский, позднее он стал ведущим ученым Университета Рокфеллера. Этот список можно продолжать очень долго. Сегодня Россия продолжает страдать от утечки мозгов: ученые и инвесторы уезжают за границу в поисках лучших условий работы. В преподавательский состав многих западноевропейских и американских университетов (особенно их математических и физических факультетов) входят бывшие российские граждане, которые оставили родину по тем или иным причинам.

Советский Союз достиг впечатляющих успехов в индустриализации, но эти достижения были существенно деформированы политическими составляющими. Сталин, например, в приоритетном порядке поддерживал развитие авиации, но при этом желал международной славы гораздо больше, чем эффективности в этой области. К 1938 году Сталин мог заявить о 62 мировых рекордах, установленных его пилотами по дальности, высоте и скорости полетов. Ради установления этих рекордов летчики и авиаконструкторы шли на многое, создавали специально «заточенные» под рекорды самолеты, которые были экономически неэффективными, неспособными выдержать конкуренцию на мировом рынке. Но Советский Союз в то время пребывал в изоляции, страна не была активным участником мирового торгового рынка, так что вопрос конкурентоспособности создаваемых там самолетов с экономической точки зрения был не столь важным фактором. Но традиции в авиаконструировании, ставшие частью советской авиационной индустрии, поставили ее в очень невыгодное положение, когда Россия вышла на международный рынок.

Процесс индустриализации в СССР был серьезно деформирован политическими соображениями. Под лозунгом «завоевания природы» в отдаленных регионах, в суровых климатических условиях строились огромные города и заводы, неэффективные с точки зрения энергозатрат и транспорта. В результате сегодня Россия стоит перед невероятно сложной задачей: реорганизацией и перемещением значительной части своей промышленной инфраструктуры, если она надеется стать конкурентоспособной на мировых рынках, где определяющим фактором часто является именно экономическая целесообразность.

В постсоветский период российское правительство пытается осуществлять модернизацию более рационально. Оно объявило о приоритете высокотехнологичных проектов, таких как инновационный проект «Сколково», к реализации которого привлечены многие иностранные компании и университеты, в частности MIT. Однако политические проблемы никуда не исчезли. Например, в ноябре 2012 года Государственная дума приняла, а Владимир Путин подписал, закон, расширяющий диапазон действий, которые могут трактоваться как государственная измена. Он включает в себя предоставление «финансовой, материальной, технической (выделено мной. – Авт.), консультационной или любой другой помощи» иностранным организациям^{176}. Никто не знает, как будет интерпретироваться этот закон или насколько выборочно он будет применяться. Тем не менее теперь повод для беспокойства появился у российских ученых и инженеров, совместно работающих с зарубежными коллегами над проектами, имеющими двойное применение. Это беспокойство не содействует развитию свободной исследовательской деятельности и в итоге модернизации в целом.