Афганская война Сталина. Битва за Центральную Азию - Юрий Тихонов

На наш взгляд, действия афганского правительства были единственно правильными, так как силы мангалов, джадранов и джаджи превосходили численность правительственных войск. Надо учитывать также, что лозунги хостинского восстания в любой момент могли привлечь на сторону Абдуллы и Абдур Рашида соседние племена. В этом случае в зоне пуштунских племен началась бы цепная реакция мятежей и Аманулла-хан был бы обречен.

Позиции эмира-реформатора и его окружения были крайне уязвимы даже в Кабуле, где мусульманское духовенство либо сочувствовало мятежникам, либо вело антиправительственную пропаганду.

Армия была не готова к подавлению такого мощного мятежа и ненадежна, так как в ее рядах было много выходцев из Южной провинции. Военный министр М. Надир-хан, к примеру, отказался подчиниться приказу эмира и возглавить карательную операцию против пуштунов Хоста, с которыми успешно воевал против англичан в годы третьей англо-афганской войны. Он предпочел предательству бывших соратников по оружию отставку и почетную ссылку афганским послом в Париж{304}.

Тем временем в Хосте начались военные действия между правительственными войсками и мятежниками, которые атаковали город Матун, где располагался сильный гарнизон. В ходе ряда стычек близ Матуна правительственные войска (1 тыс. пехоты, 300 сабель, 9 горных орудий) были вынуждены отказаться от активных боевых действий и укрылись за крепостными стенами. Осада Матуна была снята лишь в самом конце мятежа.

События в Хосте заставили Амануллу 20 марта 1924 г. заключить с Абдуллой и Абдур Рашидом перемирие на 15 дней. Обеим противоборствующим сторонам необходимо было выиграть время, чтобы подготовиться к новым сражениям.

10 апреля 1924 г. мятежные племена начали наступление на Кабул. Им навстречу выступили 5 тыс. правительственных войск под командованием генерала Мухаммада Гуль-хана, который с большими потерями смог пробиться к г. Гардезу, где и был окружен противником.

22 апреля мятежники обошли Гардез с севера и продолжили наступление на афганскую столицу, гарнизон которой в тот момент, по сведениям советского военного атташе, составлял 1 тыс. солдат, офицеров и курсантов. Главной преградой на пути наступавших являлся перевал Альтимур, но и он вскоре оказался в руках антиправительственных сил. В Кабуле стали готовиться к эвакуации правительственных учреждений.

В минуту крайней опасности Аманулла-хан и его окружение предприняло все меры для стабилизации положения. В стране была объявлена вторая мобилизация; на подкупы племенной знати щедро расходовались деньги, звания и чины; сурово каралось дезертирство. В результате в решающий момент у афганского правительства хватило сил, чтобы отбросить мятежников, ожидавших удара в тыл из района г. Гардеза, от перевала Альтимур. Кабул был спасен от разграбления. После этой важной победы армейские части под командованием нового министра Мухаммада Вали-хана соединились с гардезской группировкой правительственных войск.

Преследование отступавших мятежников велось успешно. У перевала Мирзакай (к юго-востоку от г. Гардеза) в ходе 10-часового ожесточенного сражения правительственные войска одержали крупную победу. Отряд, продвигавшийся к осажденному Матуну, у селения Джаджи— Майдан наголову разбили силы мятежников.

Первые поражения мангалов, джадран и их союзников внесли раскол в их ряды. После заверений Вали-хана, что рядовые члены восстания против Амануллы будут прощены, некоторые муллы и ханы этих племен прибыли в Гардез, чтобы вновь принести клятву верности эмиру. К концу мая 1924 г. интенсивность боевых действий на юге Афганистана стала спадать, но до окончания мятежа в Хосте было еще далеко: основная часть мангалов и джадран продолжала контролировать этот район и наносить внезапные удары по правительственным войскам.

Чтобы добиться прекращения мятежа в Южной провинции и спасти свой трон, Аманулла-хан пошел на созыв в Пагмане Лоя Джирги (съезда афганских племен и старейшин. — Прим. ред.), которая должна была внести изменения в политику эмира. 19 июня 1924 г. этот всеафганский форум (не было только посланцев из Южной провинции) начал работу, которая продолжалась 2 недели. Правительству пришлось пойти на многие уступки вождям племен и духовенству. Фактически Лоя Джирга в 1924 г. свела на нет многие реформы Амануллы, который против своей воли был вынужден утвердить ее решения{305}. Большинство из 700 делегатов, среди которых многие принадлежали к мусульманскому духовенству, постановили:

1. Отменить свободу вероисповедания.

2. Учредить в Кабуле и провинциях Управления общественной нравственности для воспитания населения по нормам ислама суннитского толка.

3. Судьи по шариату (казии) в обязательном порядке должны были входить во все государственные судебные органы.

4. Отменить все запреты, введенные эмиром для регулирования семейно-брачных отношений: вновь разрешались браки между несовершеннолетними; разрешалась полигамия.

5. Закрыть женские школы.

6. Назначать на административные должности «опытных» людей, то есть представителей местной элиты.

7. Сумма откупа за несение военной службы понижалась с 600 до 400 афгани (Аманулла смог все же в главном отстоять положения проводимой им военной реформы).

8. Денежные штрафы в стране отменялись{306}.

Благодаря решениям Лоя Джирги Аманулле удалось достичь временного компромисса с мусульманским духовенством и вождями большинства племен Афганистана. Это временно укрепило влияние афганского правительства в стране. Однако на Лоя Джирге не были решены вопросы о снижении налогов и свободе торговли приграничных племен с Индией. В связи с этим мятеж в Хосте в скором времени вспыхнул с новой силой.

В начале августа 1924 г. после окончания уборки урожая к мангалам и джадранам примкнули новые пуштунские племена: чамкани, сулейман-хель, а затем ахмедзаи и часть гильзайских кланов. План восставших заключался в следующем: вновь захватить перевал Альтимур и блокировать правительственные войска в районе Гардеза, после чего привлечь на свою сторону племена Логарской долины для совместного наступления на Кабул.

Силы мятежников возглавил сын бывшего эмира Афганистана Якуб-хана Абдул Карим, который тайно вернулся на родину из Индии{307}. При поддержке «Хромого муллы» Абдул Карим заявил о своих претензиях на афганский престол. Вскоре претендент с помощью Абдуллы сплотил вокруг себя лашкары мятежных племен численностью до 15 тыс. воинов. Правда, эти силы не имели единого руководства и были разбросаны на большой территории. С появлением Абдул Карима и присоединением к мангалам новых племен хостинский мятеж стал перерастать в гражданскую войну{308}.

В начале августа силы мятежных племен без труда вновь овладели перевалом Альтимур и преодолели его. Далее, наступая на Кабул по Логарской долине, они захватили селение Гиссарек. Дорога на Кабул была открыта.