Сто голосов - Скотт Макконнелл

Она живет в скромной однокомнатной квартире, стены которой украшены старинными декоративными тарелками. За стеклянными дверцами буфета устроились несколько фарфоровых фигурок. Узкий шкаф забит книгами. Среди них — биография Авраама Линкольна, написанная Карлом Сэндбергом, книги Фолкнера, Хемингуэя, По и Ирвина Шоу. Еще у нее есть летняя дача в Сосново, в семидесяти километрах от Санкт-Петербурга. Миссис Дробышева не любит жаловаться на свою жизнь. Она настороженно относится к незнакомым ей людям и не доверяет им. Она интересуется политикой. Среди российских политиков ей более всего нравится Григорий Явлинский, руководитель политической партии «Яблоко».

К тому времени, когда семейство Розенбаумов поселилось в Санкт-Петербурге, город уже располагал еврейской религиозной общиной, синагогой, еврейским кладбищем и несколькими еврейскими образовательными учреждениями. Портной Борис Каплан, дед Норы и Алисы [Айн Рэнд] имел право жить в Санкт-Петербурге^[9]. Фармацевт Зиновий Розенбаум [отец Айн Рэнд] обладал дипломом Варшавского университета и потому также имел право жить в Санкт-Петербурге.

Нора относится к Алисе со смешанными чувствами. Вспоминая прожитые вместе годы, она ласково называет сестру «Алиской», однако критически относится к ней как к Айн Рэнд — отвергает ее философию, считает ее произведения надуманными и лишенными дарования. С ее точки зрения, ценность имеют лишь некоторые отрывки из произведений сестры. Тем не менее она дорожит короткой статьей с фотографией Айн Рэнд, взятой из The Columbia Encyclopedia, которую ее друзья распечатали из Интернета и подарили ей.

Помимо Сестрорецка, семья Розенбаумов снимала летний домик в поселке Териоки^[10], который между собой они называли Финляндией.

Однажды летом во время отдыха в Сестрорецке обе сестры слушали выступление марширующего военного оркестра^[11]. В детстве и в двадцатые годы Нора близко дружила с Алисой. Сестры любили вместе ходить в кино. Миссис Дробышева помнила, что в двадцатых они вместе смотрели Кабинет доктора Калигари, Нибелунгов, Индийскую гробницу и американские фильмы. Алиса любила фильмы бытовой тематики, в то время как Нора предпочитала ковбойские фильмы («возможно, Алиса собиралась вести мирской образ жизни»)^[12].

Алисе нравился Конрад Вейдт, в то время как Нора предпочитала Уильяма Харта и Ганса Альберса. Обе девушки любили оперетту. Они побывали на представлениях Графини Марицы [Имре Кальмана] и Там, где жаворонок поет [Франца Легара] в малом оперном театре. Обеим нравился тенор Степан Балашов.

В то время среди знакомых Алисы присутствовал некий Лев. Миссис Дробышева не смогла припомнить его фамилию^[13]. Юноша этот был горбоносым и темноволосым, но Нора симпатизировала блондинам, и потому он не понравился ей. Миссис Дробышева не знала, что с ним стало потом. Кроме того, у Алисы был молодой человек в киноинституте, однако миссис Дробышева не смогла вспомнить никаких относящихся к нему подробностей.

Когда Розенбаумы снимали дачу в Лисьем Носу, неподалеку от Санкт-Петербурга, «женихом» Алисы считался некий светловолосый Сережа. Однако миссис Дробышева не сумела вспомнить его фамилию, а также какие-либо сведения о его дальнейшей судьбе.

По словам миссис Дробышевой, в семействе Розенбаумов вообще и в частности между Алисой и ее матерью, не было никаких крупных конфликтов^[14]. Миссис Дробышева не помнит никаких фактов, доказывающих восстание Алисы против своих родителей. Она была любимицей всей семьи — и этим все сказано.

Алиса близко дружила со своей кузиной Ниной [Гузарчик], дочерью тетки Елизаветы, сестры ее матери.

Средняя сестра девушек Наталья [также Наташа] любила французские романы и усердно занималась музыкой, стремясь поступить в консерваторию. Ее игра на фортепиано вовсе не действовала никому из родных на нервы, как об этом говорится в книге Барбары Бранден. Миссис Дробышева назвала эту книгу «грязной и клеветнической». Наташа окончила консерваторию и дважды была замужем. Ее первого мужа звали Исидором; они поженились в 1920 году^[15].

В Крыму Розенбаумы жили в Евпатории в двухэтажном доме с террасой. Девочки ходили в местную гимназию, окна которой выходили на порт. Наташа заболела туберкулезом. Второй раз она вышла замуж в 1929 году^[16].

Ее второго мужа звали Володей. Такое же имя носил брат их матери, адвокат, помогавший Розенбаумам в 1920 годах после их возвращения из Крыма.

Зиновий Захарович Розенбаум, отец Алисы и Норы, умер в 1939 году от сердечного приступа. Мать девочек, Анна Борисовна, скончалась в ноябре 1941 года, в самом начале блокады, предположительно от рака^[17]. Обоих родителей Айн Рэнд похоронили на городском еврейском кладбище^[18].

Наташа погибла в июне 1942 года в Ленинграде во время воздушного налета, гуляя в Михайловском парке возле храма Спаса на Крови.

Кузина Нина погибла летом или осенью 1944 года под Астраханью, когда корабль, на котором она плыла, попал под бомбежку^[19].

Алиса рассказывала о взаимоотношениях своих родственников с чикагской родней в своих письмах к Норе. Она писала, что они очень много сделали для нее, и она постарается искренне отблагодарить их за то, что ее вызвали в Америку. Из всех этих родственников миссис Дробышева помнит только Сару Липтон, однако говорит, что Сара не была близкой родственницей Розенбаумам, но находилась в родстве с ее дедом. Сара выехала в Соединенные Штаты еще в конце девятнадцатого века и из благодарности или же из родственных чувств пригласила одного из своих русских родственников посетить ее в Чикаго. Естественным образом выбор семьи пал на Алису как на общую любимицу. Отъезд ее одобрили все. И все члены семьи в складчину оплатили ее расходы.