Диверсанты. Легенда Лубянки - Яков Серебрянский - Сергей Чуркин

Обеспечение безопасности членов советской делегации В Генуе и Рапалло было одной из наиболее важных задач специальных структур ИНО ГПУ и Коминтерна. Во-первых, угроза исходила от эмигрантских организаций, таких как Народный союз защиты Родины и Свободы Бориса Савинкова. Во-вторых, опасность представляли боевые отряды итальянских фашистов, не всегда контролировавшиеся руководством партии. Агентам коминтерновской разведки удалось установить, что Савинков путем личных связей попытался под чужой фамилией внедриться в охрану советской делегации в городе Санта-Маргарита. Эта информация позволила 19 апреля арестовать лидера эсеровских террористов руками итальянской полиции. В результате группа Савинкова оказались нейтрализована. Для охраны членов советской делегации и мест их проживания были задействованы боевики ряда европейских коммунистических партий, в первую очередь итальянской. Одним из тех, кто выполнял задачу охраны советских дипломатов на конференции, был агент Коминтерна, а впоследствии известный авиаконструктор Р.Л. Бартини^[97].

С весны 1922 года совместная секретная деятельность советских спецслужб и спецструктур ИККИ была направлена на разложение вооруженных сил белой эмиграции, организацию военной работы компартий в нелегальных условиях, подготовку вооруженных восстаний, обучение национальных партийных кадров в военно-специальной областях знаний. Отметим, что значительная (если не основная) часть резидентов и разведчиков, работавших на ИНО ГПУ–ОГПУ и РУ РККА в 1920–1930-х гг., начинала карьеру разведчиков именно по линии Коминтерна. Р. Зорге, Л. Треппер, Ш. Радо, А. Дейч, И. Григулевич (Григулевичус), В. Фишер, А. Шнеэ и многие другие убежденные сторонники коммунизма стали разведчиками по идеологическим соображениям.

С окончанием Гражданской войны угроза реставрации капитализма со стороны контрреволюционных сил была значительно снижена. Однако оказавшиеся в эмиграции члены «белого движения» не отказались от попыток реванша. Они имели политическую, экономическую, информационную и военную поддержку от правительств и специальных служб ряда иностранных государств.

ИНО ГПУ–ОГПУ решал за рубежом следующие задачи:

– выявление на территории сопредельных государств контрреволюционных террористических организаций, готовящих свержение советской власти;

– разработка разведывательных и контрразведывательных организаций противника;

– получение политической и экономической, в том числе документальной, информации за рубежом;

– осуществление мероприятий по расколу и дискредитации организаций белой эмиграции и их лидеров.

Резидентам ИНО предоставлялось право вербовать агентуру самостоятельно, не запрашивая Центр. Для связи с Москвой резидент использовал собственный шифр. Один раз в три месяца он отчитывался о расходовании валютных средств.

Структура ИНО ГПУ–ОГПУ была следующей:

– закордонное отделение;

– канцелярия закордонного отделения;

– бюро виз;

– стол выездов;

– стол въездов;

– стол въездов и выездов эшелонами;

– стол приема заявлений;

– общая канцелярия.

Для руководства разведывательной работой за рубежом в ИНО было создано шесть секторов.

1. Северный, включавший страны Прибалтики и Скандинавию.

2. Польский.

3. Центрально-Европейский (резидентуры в Берлине и Лондоне).

4. Южноевропейских и Балканских стран (резидентура в Вене).

5. Восточный (организацией закордонной разведки занимались Полпредства ГПУ–ОГПУ на Кавказе (Персия и Турция) и в Хабаровске (Китай и Япония)).

6. Американский (резидентуры в Нью-Йорке и Монреале).

Координатором специальной закордонной работы от Политбюро ЦК РКП(б) и Исполкома Коминтерна являлся заместитель председателя ОГПУ И.С. Уншлихт.

Со стороны ИККИ контакты с разведками ГПУ–ОГПУ и РККА осуществлялись по линии Оргбюро И.А. Пятницким.

Одним из направлений сотрудничества разведок было снабжение резидентов и их помощников заграничными документами, добыть или изготовить которые отечественные спецслужбы по тем или иным причинам не могли. Контакты между спецслужбами и ИККИ не были «улицей с односторонним движением». Получив сведения, интересующие Коминтерн, военная разведка и разведка ГПУ – ОГПУ информировали руководство ИККИ.

Недавно открытые архивные документы Коминтерна показывают, что конспиративная деятельность, связанная с подготовкой и практической боевой работой нелегальных военных организаций на территории иностранных государств, с 1923 года осуществлялась по линии как постоянных, так и временных комиссий ИККИ. Неслучайно член РВСР и заместитель председателя ОГПУ И.С. Уншлихт, начальник РУ РККА Я.К. Берзин, начальник ИНО ОГПУ М.А. Трилиссер и некоторые другие руководители специальных служб СССР являлись членами специальных комиссий Коминтерна. Сотрудники особых структур ИККИ, в свою очередь, действовали в тесном контакте с ОГПУ и РУ РККА, а зачастую и внутри специальных служб как прикомандированные специалисты или кадровые сотрудники. Методы и формы определялись конкретной ситуацией, политической и военно-оперативной обстановкой, концепцией организации каждой многоходовой операции.

Таким образом, была создана взаимодополняющая система, когда одни и те же люди «до обеда» числились в одной организации, а «после обеда» – в другой. Многие профессионалы спецслужб – большевики с дореволюционным стажем и опытом нелегальной работы – негласно совмещали важнейшие посты в различных организациях, создавая партийную касту особо доверенных лиц. Существование подобной системы позволяло высшему партийному руководству пользоваться наработками «формальных» спецслужб и в то же время не допускать их до принятия решений по особо важным внутрипартийным, межпартийным и международным вопросам.

Основной задачей ИНО ОГПУ в 1923–1925 гг. было создание сети легальных резидентур, состоявших из двух-четырех человек и действовавших под прикрытием советских дипломатических или торговых представительств.

Главными направлениями деятельности внешней разведки являлись:

– разработка российских эмигрантских групп и партий;

– внешняя контрразведка, дипломатическая разведка;

– экономическая разведка.

Одновременно сотрудники Особого, Контрразведывательного и Секретного отделов занимались борьбой с антисоветскими элементами, как в России, так и за рубежом. Для этого они использовали в своей работе специально образованные «подпольные антисоветские организации». По одной из версий, идея создания таких организаций принадлежала бывшему товарищу министра внутренних дел Российской империи, руководителю корпуса жандармов, а впоследствии одному из ближайших помощников Ф.Э. Дзержинского – генералу В.Ф. Джунковскому. Полагая, что розыск отдельных террористов и контрреволюционеров является малоэффективным, он предложил систему глобальной дезинформации противника.