Давний спор славян. Россия. Польша. Литва - Александр Широкорад

В Полоцке царь оставил трех воевод — Петра Ивановича Шуйского, Василия и Петра Семеновичей Серебряных-Оболенских, наказав им «укреплять город наспех, не мешкая, чтоб было бесстрашно. Где будет нужно, рвы старые вычистить и новые покопать, чтоб были рвы глубокие и крутые. И в остроге, которое место выгорело, велеть заделать накрепко, стены в три или четыре. Литовских людей в город (т. е. в крепость), приезжих и тутошних детей боярских, землян и черных людей ни под каким видом не пускать, а в какой-нибудь день торжественный, в великий праздник, попросятся в Софийский собор литовские люди, бурмистры и земские люди, то пустить их в город понемногу, учинивши в это время береженье большое, прибавя во все места голов. И ни под каким бы видом, без боярского ведома и без приставов, ни один человек, ни шляхтич, ни посадский, в город не входил, в городе должны жить одни попы у церквей с своими семьями, а лишние люди у попов не жили бы».

Узнав о взятии Полоцка, король Сигизмунд II отправил в Москву послов с предложением перемирия. Одновременно он послал грамоты шведскому королю Эрику XIV, где призывал его начать войну с московитами. Грамоты эти были перехвачены русскими. По сему поводу Иван издевался над послами: «К нам пишет, что Лифляндская земля его вотчина, а к шведскому пишет, что он вступился за убогих людей, за повоеванную и опустошенную землю. Значит, это уже не его земля!»

В конце концов в марте 1563 г. было подписано перемирие до 6 декабря 1563 г. Причем Двина была признана пограничной рекой между царскими и королевскими владениями.

В декабре 1563 г. в Москву приехали королевские послы — крайчий Юрий Ходкевич и маршалок Волович. Иван, кардинально нарушив протокол, вызвал послов к себе и решил поговорить по душам. В частности, он был очень обижен тем, что король не хотел именовать его царем, и сказал Ходкевичу: «Юрий! Говори перед нами безо всякого сомнения, если что и по-польски скажешь, мы поймем. Вы говорите, что мы припоминали и те города, которые в Польше, но мы припомнили не новое дело: Киев был прародителя нашего, великого князя Владимира, а те все города были к Киеву. От великого князя Владимира прародителя наши великие государи, великие князья русские, теми городами и землями владели, а зашли эти земли и города за предков государя вашего невзгодами прародителей наших, как приходил Батый на Русскую землю, и мы припоминаем брату нашему не о чужом, припоминаем о своей искони вечной вотчине. Мы у брата своего чести никакой не убавляем. А брат наш описывает наше царское имя не сполна, отнимает, что нам бог дал. Изобрели мы свое, а не чужое. Наше имя пишут полным именованием все государи, которые и повыше будут вашего государя. И если он имя наше сполна описывать не хочет, то его воля, сам он про то знает. А прародители наши ведут свое происхождение от Августа кесаря, так и мы от своих прародителей на своих государствах государи, и что нам бог дал, то кто у нас возьмет? Мы свое имя в грамотах описываем, как нам бог дал. А если брат наш не пишет нас в своих грамотах полным наименованием, то нам его списывание не нужно».

Бояре в разговоре с польскими послами так вывели генеалогию московских государей: Август кесарь, обладавший всей вселенной, поставил своего брата Пруса на берегах реки Вислы до реки Неман, и место это по сей день зовется Прусская земля. А от Пруса четырнадцатое колено до великого государя Рюрика. Жаль, что польские послы, как и наши бояре, плохо знали римскую историю. Ведь и Октавиан Август, и Юлий Цезарь официально вели свой род от богини любви Венеры. А все языческие боги и богини были объявлены православной церковью бесами. Таким образом, Иван, объявляя своим предком римского императора Августа, сам себя признавал бесовским отродьем, да еще от такой сексуальной бесовки, как Афродита-Венера!

Несмотря на красноречие Грозного, переговоры ни к чему не привели и боевые действия возобновились.

Гетман Радзивилл недалеко от Орши, на реке Уле, разгромил отряд князя Петра Ивановича Шуйского, сам же Шуйский был убит. Битва началась поздним вечером, и убитых среди русских было немного, остальные бежали. Развить наступление Радзивиллу не удалось.

На юге русские взяли город Озерище и отбили нападение литовцев на Чернигов. В итоге вновь начались переговоры, которые длились до 1569 г.

Как уже говорилось, в 1569 г. в результате Люблинской унии Литва и Польша слились в одно унитарное государство — Речь Посполитую, что означало на практике, с внешнеполитической точки зрения, для России переход всех литовских претензий к Польше. Замечу, что официальные прямые контакты Польши с великим князем Владимирским, а затем с Москвой прервались в 1239 г., а в дальнейшем если польские короли вели переговоры с Москвой, то формально они представляли только великого князя Литовского. Историк и дипломат Вильям Похлебкин писал: «…став вновь соседями через 330 лет, Польша и Русь обнаружили, что они представляют по отношению друг к другу совершенно чуждые, враждебные государства с диаметрально противоположными государственными интересами».[65]