Рубежи славы - Илья Мощанский

5 июля 1943 года. Оборонительное сражение под Курском для советских армий началось мощной контрподготовкой нашей артиллерии, упредившей начало контрнаступления противника. Командование обоих фронтов еще 2 июля специальной телеграммой было предупреждено Верховным главнокомандованием о возможном переходе противника в наступление в период между 3 и 6 июля. В ночь на 5 июля разведка 15-й стрелковой дивизии 13-й армии столкнулась с группой немецких саперов, проделывавших проходы в минных полях. В завязавшейся стычке один из них был взят в плен и показал, что германское наступление должно начаться 5 июля в 02.30 утра. Командующий Центральным фронтом решил упредить немецкую атаку, проведя артиллерийскую и авиационную подготовку. Удар артиллерии начался на участке 81-й и 15-й стрелковых дивизий в 02.20, опережая действия противника на 10 минут. В нем участвовало 595 орудий и минометов. В отличие от намеченного графика методическое подавление не проводилось, были произведены один за другим два огневых налета. Помимо артиллерийских частей в контрподготовке приняли участие и все огневые средства стрелковых частей.

Мощные огневые удары советской артиллерии оказались неожиданными для врага. В результате нашей контрподготовки противник начал свою артиллерийскую подготовку с запозданием на 2 часа, неорганизованно и разрозненно. Это позволило в 04.35 повторить артиллерийский налет по тому же плану, но в полном варианте на всем фронте 13-й армии. Всего на артиллерийскую контрподготовку было израсходовано 0,5 боекомплекта боеприпасов. Артиллерия Центрального фронта в период артиллерийской контрподготовки подавляла 90 артиллерийских и минометных батарей и до 60 наблюдательных пунктов (НП), было взорвано 10 складов с боеприпасами и горючим, рассеяно и частично уничтожено до трех пехотных полков противника^[19].

Повторная контрподготовка застала ударные группировки врага в исходном положении, в плотных боевых порядках. «Эти 30 минут, — показывал пленный командир 9-й немецкой танковой дивизии, — были настоящим кошмаром. Мы не понимали, что случилось. Обезумевшие от страха офицеры спрашивали друг друга: кто же собирается наступать — мы или русские? Рота потеряла 20 человек убитыми и 38 ранеными… Убит командир нашего батальона… Шесть танков вышли из строя, не сделав ни одного выстрела»^[20].

В 05.30 противник начал наступление на вспомогательном направлении на стыке 13-й и 48-й армий в полосах обороны 148, 8-й и 16-й дивизий. Заблаговременно подготовленным НЗО (неподвижный заградительный огонь. — Примеч. авт.) наша артиллерия отсекла пехоту противника от его танков. Первый удар врага был отражен советскими войсками. Однако противник продолжал упорно контратаковать. Для усиления противотанковой обороны на стык двух армий в распоряжение командующего 48-й армией из резерва фронта командующим артиллерией была выдвинута 13 иптабр, которая развернулась на заранее намеченном рубеже и частью сил (1180 иптап) приняла участие в отражении танковых атак противника. Все атаки врага вновь были отбиты.

В 07.30 последовал главный удар немецких войск — на Ольховатку, по левому флангу 13-й армии, а 46-м танковым корпусом — на Гнилец, по стыку 13-й и 70-й армии в полосах обороны 81, 15-й и 132-й стрелковых дивизий.

Всего, по данным советской войсковой разведки, на фронте протяженностью 45 км были развернуты 18, 9-я и 20-я танковые дивизии, 656-й танкоистребительный полк, 505-й отдельный батальон тяжелых танков «Тигр», 78, 86, 6, 7, 258, 216-я пехотные дивизии, 36-я моторизованная дивизия, 8-й и 13-й егерские батальоны. Наступление наземных войск прикрывала и сопровождала авиация, массировано действовавшая по боевым порядкам Красной Армии^[21].

5 июля противник ввел в бой одновременно до 160 танков, из них до 120 — на ольховатском направлении. Танки и САУ действовали небольшими штурмовыми группами в тесном взаимодействии с пехотой, выполняя роль средства прорыва советской обороны. Взятие ключевой позиции на линии Малоархангельск, Ольховатка — высота 257,7 (в немецких источниках ее нередко именуют «танковой высотой». — Примеч. авт.) было поручено боевой группе майора Бруно Каля (Kahl), одновременно являвшегося командиром 216-го батальона штурмовых танков «Бруммбар». На этом участке наступления, который представлял собой голую землю с редкими пучками травы, сплошь заминированную советскими саперами, немцы пытались применить радиоуправляемые гусеничные танкетки — торпеды Borgward B-IV. Они предназначались для прорыва через минные поля и подрыва долговременных опорных пунктов обороны советских войск. Но, выводимые из строя советскими артиллеристами и пехотинцами, танкетки и следующие за ними «Фердинанды» и «Бруммбары» продвигались с огромным трудом (например, к концу этого дня 5 Sturmpanzer IV «Бруммбар» были полностью уничтожены, а 17 — серьезно повреждены минами. — Примеч. авт.).

До 10.30 немецким войскам не удавалось вплотную приблизиться к позициям советской пехоты, и лишь после преодоления минных полей они прорвались к Подоляни. Подразделения наших 15-й и 81-й дивизий попали в частичное окружение, но успешно отражали атаки немецкой мотопехоты. По различным донесениям впоследствии выяснилось, что в течение 5 июля на минных полях и от огня советской артиллерии немцы потеряли от 48 до 62 танков и штурмовых орудий.

Когда определилось направление главного удара противника, 13 иптабр была выведена из состава 48-й и переброшена в зону ответственности 13-й армии. Она развернулась на правом фланге 13 А для прикрытия направления Согласный, Малоархангельск, где противник начал наступление.

Немецкие войска продолжали рваться вперед. В связи с вклинением врага в главную полосу обороны 13-й армии в борьбу с его танками включились все легкие артиллерийские полки 4-го артиллерийского корпуса, а также часть батарей гаубичных и пушечных полков.

На правом фланге 70-й армии с целью ликвидации прорыва противника для стрельбы прямой наводкой были выдвинуты 206-й и 167-й гвардейские легкие артиллерийские полки 1-й гвардейской артиллерийской дивизии прорыва. В результате маневра артиллерией и смелого выдвижения ее для стрельбы прямой наводкой, а также массированного огня артиллерии с закрытых огневых позиций танкам противника были нанесены тяжелые потери.

Но в использовании артиллерийских противотанковых резервов были допущены и серьезные недостатки. Так, 13 иптабр после перегруппировки из 48-й в 13-ю армию первоначально была развернута не там, где действовала главная группировка танков противника, поэтому вскоре потребовалась ее новая перегруппировка. Однако части бригады оказались вплотную придвинутыми к переднему краю. Это затрудняло соединению выход из боя для маневра в новый район развертывания и привело впоследствии к излишним потерям.

Укрывавшиеся в складках местности танки противника были недоступны для поражения огнем прямой наводкой, они уничтожались массированным огнем артиллерии с закрытых позиций. Так, 24-я пушечная артиллерийская бригада массированным огнем по районам сосредоточения танков и пехоты за день боя 5 июля подбила и уничтожила 40 вражеских машин и до 350 человек танкового десанта.