Моонзунд 1941. "Русский солдат сражается упорно и храбро" - Сергей Булдыгин

Вторую волну немцев встретил более организованный советский артиллерийский и пулеметный огонь. Командир 2-го батальона, оберстлейтенант Дридгер, был тяжело ранен. Его заменил гауптман фон Панков. Полностью этот батальон сумел высадиться к 9 часам утра. Всего первые две волны потеряли 50 штурмботов. Очевидцы боев – немцы позднее вспоминали: «Дорога на Моон не была прогулочной, по нашим частям словно прошел нож» [250] .

Артиллерия немцев из-за большой дальности не могла с точностью обстреливать советские позиции. Поэтому основная нагрузка по поддержке десанта легла на плечи авиации, которая буквально висела над головами советских войск. Им не удалось удержать десант противника на берегу. В 12 ч 15 мин высадившиеся немцы перерезали дорогу Куйвасту – Хелламаа. В порту Куйвасту наши саперы успели взорвать мол. К 14 ч порт и город Куйвасту были захвачены. Значительные потери понесла советская артиллерийская группа. Боевые действия за остров застали советскую 5-ю береговую батарею 100-мм орудий в период передислокации. Еще 10 сентября немецкая авиация нанесла по батарее серию ударов. Вышка с дальномером была уничтожена, часть личного состава выбыла из строя. Исходя из сложившейся обстановки, командование решило перевести два орудия указанной батареи с южного берега острова Муху в район Хелламаа, на закрытую позицию. К первому же дню боев из южной части острова были передислоцированы в район Хелламаа два 100-мм орудия [251] . Их установили к 12 сентября.

Батареи 76-мм орудий 39-го ап и БОБР били по морскому десанту прямой наводкой, поэтому именно они стали объектом номер один для немецкой авиации. К концу дня была потеряна вся артиллерия на Муху. Советские войска под угрозой окружения начали отход к дамбе.

Немцы продолжали наращивание своих сил на острове. К 16 ч в Куйвасту был развернут командный пункт 151-го пп. В это же время на остров прибыл 1-й батальон 162-го пп. Его направили на север для соединения с 161-м разведбатом. В течение ночи началась переправа артиллерии.

Сразу после начала десанта, около 5 ч утра, подняли по тревоге летчиков 12-й эскадрильи. Для нанесения бомбоштурмовых ударов по немецкому десанту вылетело пять «чаек». В ходе воздушного боя совершил таран и выбросился с парашютом младший лейтенант П. Ф. Гузов. Потерявшего сознание летчика нашли бойцы 2-й зенитной батареи 202-го озадн под командованием лейтенанта А. С. Малафеева. К этому времени батарея уже потеряла от немецких бомбардировок два орудия. При отходе к дамбе личный состав батареи наткнулся на немцев и, оставив последнее орудие, пробирался к дамбе проселочными путями [252] . Один Ju-88 A-4 записал на свой счет командир авиагруппы, подполковник Кудрявцев. Еще два бомбардировщика 806-й авиагруппы были сбиты совместными усилиями истребителей, зенитчиков и пехоты. С советской стороны, кроме И-153 Гузова, была потеряна «чайка» лейтенанта А. В. Мурашова. Летчик выбросился на парашюте над Хийумаа и остался жив. Вечером на Кихелькону прилетало два Че-2 22-й аэ [253] .

Для оказания помощи полковнику Ключникову в район Куйвасту прибыл начальник штаба БОБР подполковник Охтинский. В ходе боя он заменил погибшего пулеметчика и, несмотря на два ранения, вел огонь из станкового пулемета. При эвакуации был убит после попадания немецкой бомбы в санитарную машину [254] .

Боевые действия развернулись и в районе 43-й береговой батареи. Уже до начала боевых действий противник подверг батарею неоднократным бомбардировкам. С моря в день высадки ее обстреливали плавбатареи немцев: «August» (1—127-мм орудие, 2—20-мм орудия), «Ost» (1—150-мм орудие, 2—20-мм орудия), «West» (1—150-мм орудие, 2—20-мм орудия) и «Helene» (1—127-мм орудие, 2—20-мм орудия). С воздуха батарею атаковали две эскадрильи (16 Bf-110) авиагруппы II./ZG 26. Морская группа спецназа из учебного полка «Brandenburg» вышла в 24 ч 13 сентября. Как предполагали немцы, эстонские моряки, из-за боязни попасть под обстрел береговой батареи, взяли западнее и вышли к берегу в 20 км западнее батареи. По берегу группа совершила двухчасовой марш-бросок и сосредоточилась напротив западной части Кюбассаре к 10 ч утра. Лодки шли рядом вдоль берега.

К этому времени личный состав батареи уже отбил атаку воздушного десанта. Последний высадился дальше, чем было запланировано. После посадки все пять планеров DFS 230 были уничтожены. Пилота одного из планеров, унтер-офицера Хаага, убили в наземном бою, пилот другого, Коммандер, был взят в плен и на следующий день расстрелян на батарее. Командир батареи старший лейтенант Букоткин успел сформировать отряд под командованием старшего политрука Карпенко. Отряду удалось оттеснить немцев в северную часть полуострова, где с тыла они были атакованы взводом краснофлотцев 85-й местной стрелковой роты КБФ под командованием старшего политрука Романенко.

В ходе боя батарея перенесла огонь на морской десант, который отказался от намерения переправиться на Кюбассаре и ушел в бухту Вайсте на материк. Бой же с воздушными десантниками продолжался. Значительную помощь им оказывали истребители-бомбардировщики, которые держали под постоянным воздействием перешеек полуострова и не пропускали советские подкрепления. К вечеру звено Ju-52 сбросило для группы надувные лодки. К этому времени команда Бенеша потеряла убитыми пять человек. Немцы смогли найти только 5 лодок, остальные оказались на советской стороне. К вечеру, по завершении атак авиации, на полуостров прорвалась подвижная группа 1-го батальона 46-го сп под личным командованием командира батальона, капитана Огородникова. В его составе были конный, велосипедный, пулеметный и минометный взводы [255] . Поэтому гауптман Бенеш принял решение уходить морем на пяти шлюпках. На них погрузились 45 человек (в том числе 7 раненых). Попутным ветром их вынесло в Рижский залив, где они были подобраны рыболовными катерами и доставлены на плавбатарею «Helene» и далее на материк. Одна из лодок с 8 десантниками (в том числе 2 раненых) пропала. Ночью через перешеек прошли машины, и появилась возможность эвакуировать раненых. В их числе был и потерявший много крови командир батареи, старший лейтенант Букоткин. Командование батареей принял командир взвода управления, лейтенант И. С. Мельниченко [256] .

Намного успешнее высадились на севере Муху 161-й разведбат и группа «Erna». Они сначала встретили сопротивление, но сломили его и начали наступление в тыл советской обороняющейся группировке. На соединение с 151-м пп по восточному берегу острова наступала 6-я рота 176-го пп, ее фланг от леса прикрывали эстонцы из группы «Erna». В составе последней находилось восемь жителей островов – бывших бойцов Красной армии (22-го СК). В районе Старой Руссы они перешли на сторону немцев [257] . На Лийви в тыл советской группировки наступал разведбат. С воздуха немцев поддерживали Bf-110 авиагруппы II./ZG 26. Для усиления сил на севере Муху немецкое командование приняло решение перебросить на плацдарм 1-й батальон 176-го пп и его силами захватить подступы к дамбе.

Советское командование, определив направление главного удара немцев лишь 14 сентября, начало переброску на угрожающее направление резервов. В период боев с мыса Паммана в район пристани Талику было переброшено два 100-мм орудия [258] . В качестве резерва на Муху отправили сводный отряд моряков, состоявший из личного состава погибших кораблей и наземных подразделений базы в Трииги. В отчаянной контратаке погибла значительная часть моряков и командир звена катерных тральщиков, лейтенант Миссерман [259] . В течение всего дня немецкая авиация контролировала все передвижения по дамбе, нанося удары по любым советским подразделениям, пытавшимся перейти ее. Одновременно с началом боев за Муху, приступили к сооружению второго и третьего рубежей обороны на полуострове Сырве [260] . Началась эвакуация из угрожаемого района кораблей. Во второй половине сентября подразделения ОВР Трииги перебазировались на Хийумаа [261] .