Время великих реформ - Александр II

1) Учредить в С.-Петербурге Верховную Распорядительную Комиссию по охранению государственного порядка и общественного спокойствия.

2) Верховной Распорядительной Комиссии состоять из Главного Начальника оной и назначаемых для содействия ему, по непосредственному его усмотрению, членов Комиссии.

3) Главным начальником Верховной Распорядительной Комиссии быть Временному Харьковскому Генерал-Губернатору, Нашему Генерал-адъютанту, Члену Государственного Совета, Генералу от Кавалерии Графу Лорис-Меликову, с оставлением Членом Государственного Совета и в звании Нашего Генерал-адъютанта.

4) Членов Комиссии назначать по повелениям Нашим, испрашиваемым Главным Начальником Комиссии, которому предстоит, сверх того, призывать в Комиссию всех лиц, присутствие коих будет признано им полезным.

5) В видах объединения действий всех властей по охранению государственного порядка и общественного спокойствия представить Главному Начальнику Верховной Распорядительной Комиссии по всем делам, относящимся к такому охранению: а) право Градоначальствующего С.-Петербургского Градоначальника; б) прямое ведение и направление следственных дел по государственным преступлениям в С.-Петербурге и С.-Петербургском Военном Округе, и в верховное направление упомянутых в предыдущем пункте дел и по всем другим местностям Российской Империи.

6) Все требования Главного Начальника Верховной Распорядительной Комиссии по делам об охранении государственного порядка и общественного спокойствия подлежат немедленному исполнению как местными начальствами, Генерал-губернаторами, Губернаторами и Градоначальствами, так и со стороны всех ведомств, не исключая военного.

7) Все ведомства обязаны оказывать Главному Начальнику Верховной Распорядительной Комиссии полное содействие.

8) Главному Начальнику Верховной Распорядительной Комиссии предоставить испрашивать у Нас непосредственно когда признает сие нужным, Наши повеления и указания.

9) Независимо от сего предоставить Главному Начальнику Верховной Распорядительной Комиссии делать все распоряжения и принимать вообще все меры, которые он признает необходимым для охранения государственного порядка и общественного спокойствия как в С.-Петербурге, так и в других местностях Империи, причем от усмотрения его зависит определять меры взыскания за неисполнение и несоблюдение сих распоряжений и мер, а также порядок наложения этих взысканий.

10) Распоряжения Главного Начальника Верховной Распорядительной Комиссии и принимаемые им меры должны подлежать безусловному исполнению и соблюдению всеми и каждым и могут быть отменены им самим или особым Высочайшим повелением.

11) С учреждением, в силу сего Именного Указа Нашего, Верховной Распорядительной Комиссии по охранению государственного порядка и общественного спокойствия, учрежденную таковым же указом от 5-го Апреля 1879 года, должность Временного С.-Петербургского Генерал-губернатора упразднить. Правительствующий сенат к исполнению сего не оставить сделать надлежащие распоряжения.

ПЕРЕПИСКА

Переписка императора Александра II и великого князя Константина Николаевича 1857–1861 гг.^[14]

Переписка Александра II с братом и ближайшим помощником великим князем Константином Николаевичем охватывает период с 1835 г. до 1880 г. и находится на хранении в Государственном архиве Российской Федерации, в фондах императора Александра II и Мраморного дворца. В настоящем издании публикуется только часть писем, написанных в первые пять лет царствования Александра II – время наиболее активной реформаторской деятельности императора и верно служившего ему брата.

Переписка раскрывает личности Александра II и Константина Николаевича и одновременно дает представление о масштабности перестройки, идущей во внутренней и внешней политике, общественной жизни в России, готовящейся к отмене крепостного права. Несмотря на множество дел и забот, которые занимают авторов переписки, одна идея доминирует над всем: добиться благополучия и процветания «дорогой нашей России».

№ 1. Александр II – Константину Николаевичу

С. Петербург. 20-го янв. /1-го февр. 1857 г.

Пользуюсь отъездом Крауна^[15], чтобы ответить тебе, любезный Костя, на три твоих письма, за которые искренно благодарю тебя.

Прежде всего с душевным удовольствием могу сказать тебе, что наш милый Никола ^[16] благодаря Бога совершенно поправился после довольно долгого нездоровья, почти с самого отъезда твоего. Кроме кашля он не жаловался ни на что, но был скучен и соплив, имея притом почти постоянно жар.

Доктор опасался, что не скрывается ли в нем какая-нибудь сыпь. С того дня, как я тебя известил по телегр[афу], что ему позволили прийти к нам, ему стало лучше и теперь он снова весел и мил по-прежнему. Признаюсь, у меня как гора с плеч свалилась, дай Бог, чтобы ничего подобного не повторялось!

Офиц[ерский] мунд[ир], подаренный Алексею ^[17] в день его 7 лет, в нем возбудил немного зависть, но он впрочем сам себя утешает мыслию, что скоро он того же удостоится. Мило будет видеть обоих наших моряков в одинаковом мундире.