Колосс поверженный. Красная Армия в 1941 году - Дэвид Гланц

План Мерецкова, который «практически игнорировал реальные условия» и был принят Сталиным, предусматривал быстрый разгром финнов мощными атаками на нескольких направлениях, которые вынудили бы противника распылить свои силы и в дальнейшем приводили к их уничтожению по частям. В реальности же на первоначальном этапе войны произошло прямо противоположное. Количество войск, необходимых для проведения таких широкомасштабных операций, потребовало широкомасштабной частичной мобилизации. Проводимая сразу же следом за оккупацией Восточной Польши и в условиях вызванного ею расстройства мобилизационных планов, эта мобилизация также обернулась хаосом и еще больше расстроила существующие стратегические планы. Поэтому в дополнение к мобилизации 7-й армии Ленинградского военного округа Советам пришлось перебросить 8-ю и 9-ю армии из Прибалтийского военного округа и развернуть в Заполярье 14-ю армию. Вдобавок, чтобы сосредоточить необходимое число боеготовых соединений после неудачной первой фазы операции, Генеральному штабу пришлось перебросить к финской границе дивизии из других военных округов[151].

Последующий ход боев наглядно продемонстрировал, что Красная Армия не готова к широкомасштабной войне, особенно в ее наступательной форме.

«…Наши войска оказались не в состоянии выполнить свои боевые задачи ни на одном из направлений, и прежде всего — на Карельском перешейке… В особенно трудном положении оказались соединения, переведенные в Ленинградский военный округ из Украины и Белоруссии. Большая часть их не была в должной степени обмундирована и экипирована для действий в суровых климатических условиях севера. Выявились и многие другие крупные недостатки, особенно в работе тылов. С первых же дней войны нарушилось снабжение. Многокилометровые дорожные пробки застопорили движение по дорогам. Войска испытывали острую нехватку не только боеприпасов и горючего, но и продовольствия…

Но главная трудность состояла в том, что начсостав армии, ослабленный массовыми репрессиями 1937 и 1938 гг., действовал робко и пассивно. Большинство спешно повышенных в чинах младших командиров, которые заменили репрессированных, не привыкли в достаточной мере управлять войсками в бою. Многие офицеры были не способны умело организовать взаимодействие, правильно решать вопросы разведки, маскировки, технического и материального боевого обеспечения, пользоваться техническими средствами связи. Все это привело к неудачам и большим потерям, более того, это позволило хорошо обученным финским войскам, действующим численно меньшими силами на знакомом им театре военных действий, успешно отразить наши атаки и стойко удерживать большой фронт в первые месяцы войны»[152].

После широкомасштабных замен командования, переброски существенных подкреплений, дополнительной мобилизации и обширной новых приготовлений недостатки были устранены, и во второй фазе войны Советы наконец-то одержали верх.

Неудачное выступление в восточной Польше и Финляндии побудило советское правительство снять Ворошилова с поста наркома обороны и заменить его Тимошенко. Оно также вынудило Советы произвести общую переоценку оборонительных и мобилизационных планов и подготовки войск. И отнюдь не по случайному совпадению, оно также поощрило немецкие планы агрессии против Советского Союза. Советские операции в восточной Польше в сентябре 1939 года, в Финляндии зимой 1939–1940 годов, а позже в Бессарабии в июне 1940 года значительно изменили границы Советского Союза и обесценили существующие стратегические планы. В то же время результаты действий советских войск, особенно по сравнению с итогами немецкого выступления в Польше и на Западе, недвусмысленно указывали на необходимость реформы Красной Армии. Сталин поручил Тимошенко провести эти реформы, а также привести стратегические планы в соответствие с новыми стратегическими реалиями.

Акт, подготовленный совместно Ворошиловым и Тимошенко 8 мая 1940 года, четко констатировал данную проблему. Его раздел «Оперативная подготовка» начинался с заявления: