Десанты 1941 года - Анатолий Юновидов

Кулешов волновался: по времени уже нужно было отправлять высадочные средства навстречу кораблям с десантом, но нет инструкций, поэтому неизвестны ни точки встреч, ни другие необходимые указания — их вез из Севастополя Иванов. Кулешов надеялся, что он прибудет вместе с Владимирским.

Около 21.40 послышался рокот мотора, и вскоре к причалу подошел катер, с которого спустился контр-адмирал Владимирский в кителе, наброшенном на свежие наложенные бинты.

Поздоровавшись с Владимирским, Жуков спросил:

— Где же наш Иванов?

— Убит при первом налете. Документация погибла. — Владимирский с трудом застегнул китель.

На какое-то время на причале воцарилось молчание…

— Группа сторожевых катеров и канлодка «Красная Грузия» ожидают инструктаж, — прервал молчание Жуков. — Документация вместе с Ивановым погибла. Время на исходе. Мы опаздываем. Какие будут указания?

Владимирский повернулся к Кулешову.

— Запоминайте, Илья Данилович, — начал он — «Красная Грузия» вместе со сторожевыми катерами должна быть в точке рандеву в двадцать четыре ноль-ноль.

Вам надлежит принять первый бросок и высадить десантников на берег… Огнем своей артиллерии подавить огневые точки врага. Канлодка будет служить ориентиром для баркасов, идущих с десантом… Катерам быть в дозоре, части катеров следовать с «Красной Грузией» — принимать раненых и оказывать им помощь. Сообщите на «Красный Кавказ», что запаздываете.

В 21 час 50 минут начальник штаба базы дал извещение на крейсер «Красный Кавказ», что канлодка «Красная Грузия» и отряд катеров будут в точке рандеву ровно в час.

Контр-адмирал Владимирский отправился к точке рандеву на катере, чтобы как можно быстрее принять участие в руководстве высадкой.

Десантный отряд уменьшил ход, чтобы не прийти к условной точке раньше, чем нужно. Ровно в назначенное время он прибыл на место и стал по диспозиции. «Красная Грузия» и высадочный отряд запаздывали.

У подходной точки фарватера корабли десанта должны были определяться по Тендровскому маяку. Для более точной ориентировки Одесская база выставила буй с постоянным белым огнем, видимым за три мили, а за внешней кромкой минного заграждения базы — усиленный дозор сторожевых и торпедных катеров.

Каперанг Горшков и бригадный комиссар Семин еще в пути получили от командующего флотом радиограмму, что эсминец «Фрунзе» погиб, а судьба Владимирского неизвестна.

Крейсер «Красный Кавказ» ведет ночной обстрел позиций противника.

Потеря эсминца от одного-единственного налета восьмерки пикировщиков произвела на командование флота сильное впечатление. И несмотря на то что на переходе корабли десантной группы успешно и без каких бы то ни было потерь отразили налет авиации противника, выставив «огненный еж», который ни один «Юнкерс» так и не преодолел, было решено сразу после производства высадки отозвать крейсера обратно в Севастополь, дабы они смогли миновать злополучную Тендру еще под покровом темноты.

Боевые действия под Григорьевкой решено было проводить по существующему плану. В него внесли лишь одно изменение — после высадки десанта крейсерам надлежало сразу же возвращаться в Севастополь. Для огневого содействия продвижению десанта в районе Григорьевки оставлялись три эсминца.

Командование высадкой поручалось командиру бригады крейсеров Горшкову.

Горшков опасался за свою бригаду не меньше Военного совета ЧФ. Считая, что длительное маневрирование кораблей десантного отряда на пеленге Григорьевского мыса рано или поздно приведет к их обнаружению, каперанг Горшков принял решение начать высадку по плану, не дожидаясь подхода остальных отрядов, и использовать для высадки первого броска корабельные баркасы и шлюпки. Не дожидаясь прихода «Красной Грузии», он решил спустить на воду баркасы и приступить к высадке согласно утвержденной диспозиции.

То, что при отсутствии отряда высадочных средств время высадки увеличится в несколько раз и что все это возросшее время людей придется высаживать под вражеским огнем, капитана 1-го ранга не смутило.

В 1 ч 21 мин на корабли десантного отряда был передан сигнал о начале артиллерийской подготовки.

Операция начинается

(1 час 23 минуты — 5 час. 00 минут 22 сентября)

В 1 час 23 минуты крейсера открыли огонь по позициям противника. Став на якорь в 20–25 кабельтовых от берега, они повели огонь по заранее выявленным оборонительным объектам румын. Корабли вели огонь осветительными снарядами, одновременно начав обработку берега.

Через минуту, когда берег был уже слегка «подсвечен», к ним присоединились и эсминцы.

Стрельба велась в максимальном темпе, благо сравнительно короткая дистанция это позволяла. Частый огонь должен был хоть в какой-то степени уменьшить потери высаживающихся десантников. За несколько минут эсминцы выпустили по сотне снарядов.

Над берегом, заливая его дрожащим, переливающимся светом, ослепительными шарами висели «люстры» осветительных снарядов. Они медленно опускались на парашютах, на их месте яркими вспышками возникали другие.

Но беспрерывные вспышки орудийных залпов неплохо подсветили и море на участке высадки, на протяжении всех 25 кабельтовых, которые еще надо было пройти…

Высадка со шлюпок на мелководье.

В 1 час 30 минут поступил приказ каперанга Горшкова начать высадку.

В 1 час 35 минут первыми от крейсеров отошли баркасы, имеющие моторы, за ними двинулись шлюпки с эсминцев. Ориентиром для них у места высадки должен был служить гакабортный огонь канлодки «Красная Грузия», которая, приткнувшись вплотную к берегу, обязана была поддерживать десант огнем.

Но канлодка запаздывала, и баркасы пошли к берегу самостоятельно, ориентируясь на осветительные снаряды крейсеров и пожары, вспыхнувшие в Григорьевке.

Так основными для высадки стали плавсредства, по плану рассматривавшиеся как вспомогательные. За 10 минут артподготовки уже стала ясна ее довольно низкая эффективность, поэтому вместе с группой первого броска, которую составила рота третьего батальона лейтенанта Чарупы, на баркасах находились и корректировочные посты с крейсеров и эсминца «Бойкий».

Пока первая группа десанта добиралась до берега, что заняло около получаса, корабли как могли поставили огневую завесу на флангах, а потом и по фронту участка высадки. По подходящему десанту велся ружейно-пулеметный огонь, поддерживаемый противотанковыми ружьями, а по шлюпкам, имевшим более тихий ход, с господствующих над пляжем высоток открыли огонь румынские минометы, подавить которые в темноте не удавалось.