Династия Бернадотов. Короли, принцы и прочие... - Стаффан Скотт

«Я столько раз обжигался на Эстерсунде, что мне уже невмоготу», — сказал монарх, и шведский народ согласно кивнул. Позднее он еще сказал, что неплохо бы построить подземный гараж под Стрёмменом и упрятать туда все туристические автобусы, отравляющие воздух на Слоттсбаккен (и, добавим, портящие красивый вид). В интервью нет и следа от застенчивого, запоздалого в развитии и равнодушного юноши двадцатилетней давности. Его величество говорит как любой заинтересованный и превосходно информированный гражданин. «Тогда, пожалуй, незачем сохранять королевскую должность как теплое местечко для семейства Бернадот!» — бормочет племянник Тетушки Свей, радикал и республиканец, который никогда не сдается.

Да, а как же обстоит с республиканизмом? В этом плане Е. В. К. XVI Г. справился отлично, и республиканцам, похоже, придется пока хорошенько набраться терпения. По данному вопросу проведено множество опросов общественного мнения. В 1944 году даже среди социал-демократов и коммунистов (избирателей, не членов партии) не менее 79 процентов отдавали предпочтение монархии, а в последние полвека три четверти населения неизменно хотели сохранить монархию. Доля республиканцев постоянна и насчитывает 15–19 процентов от совокупного населения. Критика Карла XVI Густава как кронпринца и молодого короля никак на этих цифрах не отражалась. Тетушка Свея — женщина весьма благожелательная.

В привычных спорах Карл XVI Густав не был удачным аргументом в пользу монархии, но ведь и многие другие короли этим похвастаться не могли. Монархия сходна с религией, ее невозможно ни мотивировать фактическими причинами, ни доказывать научно, ее облик меняется от эпохи к эпохе, причем бывают и эпохи, когда она вовсе не нужна.

В тот день, когда возникнет республика, королевское семейство по миру не пойдет. По традиции, крупные финансовые эксперты помогали ему заботиться о капиталах. В 1995-м состояние Е. В. К. XVI Г. оценивалось приблизительно в 135–150 миллионов крон, большей частью в активах и прочих ценных бумагах. Королевские дети имеют каждый по 5 миллионов в акциях. Налоги король платит теперь наравне со всеми.

Так или иначе, не приходится удивляться, что у него нашлись средства, чтобы упразднить колоритную гваделупскую ренту, забавный анахронизм, который в других странах оставили бы в неприкосновенности как исторический курьез. С 1815 года королевский дом получал эту ежегодную ренту, каковая на момент ее упразднения достигала суммы 300 000 крон, в качестве возмещения за вест-индскую колонию, с которой Карл Юхан имел какие-то сложные трансакции. Для шведских республиканцев весьма характерно, что долгие годы они упорно вели глупые разговоры об этой умопомрачительной статье достаточно убогого государственного бюджета, будто более веских аргументов в пользу республики вовсе не существует. Практически гваделупская рента очень быстро стала частью королевского содержания, и само собой было ясно, что если ее упразднить, то взамен придется увеличить ассигнования на королевский дом. Независимо от того, обманывали Карла XIV Юхана по мелочам (а ведь наверняка обманывали) или нет, так оно и вышло: упразднив гваделупскую ренту в 300 000 крон, король получил надбавку в один миллион.

Если королева Сильвия будет и впредь хорошо заботиться о своем милом Карле Густаве, то у него есть все шансы поставить европейский и даже — почему бы нет?! — мировой рекорд пребывания на троне.

По давнему и до отвращения навязшему в зубах мнению, Бернадоты взрослеют поздно. Поскольку гены в роду сильно менялись, логично предположить, что речь идет все ж таки скорее о жизненных обстоятельствах, чем о наследственных качествах. Пожалуй, это результат неумного воспитания, необходимости быть тем, к чему, по сути, нет надлежащих предпосылок, тепличное детство, раболепие и льстивость у большой части окружающих. Не родись Е. В. К. XVI Г. престолонаследником, он наверняка «созрел» бы куда раньше, а может, с развитием обстояло бы так же, только никто бы не интересовался вопросом, глупее он других или нет. Любопытно, что его способность произносить без шпаргалки непринужденные застольные спичи и проч. намного лучше, чем у среднестатистического шведа, — сами видите, чего можно достичь прилежным упражнением. Однако, несмотря на подобные комплименты, можно также констатировать, что, не родись он престолонаследником, жизнь его была бы здоровее и спокойнее, хотя, возможно, в застольных спичах он бы не так наторел и, наверно, в шальной юности меньше бы хороводился с девушками (в этом плане Тетушка Свея отказывается ставить слухи под вопрос — хоть чуточку радости надо все ж таки поиметь от того, что в стране монархия).

Не будь он рожден престолонаследником, он бы определенно не был ни адмиралом, ни генералом. При всем желании.

Осенью 2010 года о Карле XVI Густаве вышла скандальная книга под названием «Строптивый монарх»[98], ее три автора долго трудились, вытаскивая на свет Божий факты о нем, которых шведская пресса не публиковала. Еще до публикации в прессе подняли изрядный шум, вечерние газеты воспроизвели заранее большую часть информации. Помимо обычной биографии в книге подробно рассказывается о королевских пирушках с ближайшими друзьями, иной раз в клубе, принадлежавшем человеку, так сказать, сомнительной репутации, и о том, как позднее к гулякам присоединялись девицы легкого поведения, и делаются намеки на то, что затем происходило в соседних комнатах. Вдобавок король якобы посещал стрип-клуб (читай: бордель) в Атланте (США) и аналогичное заведение в Словакии. Особое внимание привлекло то, что «певица и актриса Камилла Хенемарк» целый год была «подружкой» короля, который якобы испытывал к этой женщине из низов не просто физическую тягу, но теплые чувства. Камилла Хенемарк (р. 1964) — дочь африканца и шведки — обладает экзотической внешностью, весьма корпулентна и занимает специфическое место в шведской развлекательной сфере. На одной пресс-конференции, состоявшейся по совсем иному поводу, король, отвечая на вопросы, которые не имели отношения к книге, заявил: «Мы поступаем в точности как вы, журналисты, — переворачиваем страницу», что тотчас же стало крылатой фразой. К тому моменту со времени упомянутых событий прошло два десятка лет. За несколько дней книга произвела невероятную сенсацию, и все решили: вот чем на досуге занимаются короли.

Анализы общественного мнения показали, что в связи с этой публикацией королевский дом не утратил популярности; в народе ходили куда более сочные байки про короля, да и по традиции ни одному королю не обойтись без таких баек. Уникальная популярность кронпринцессы Виктории, безусловно, способствовала благоприятному исходу.