Чарли Чаплин - Питер Акройд

На Рождество 1922 года Чарли подарил Поле большой бриллиант, не успев вставить камень в кольцо. Тем не менее это стало символом их помолвки. Неделю спустя, на Новый год, Чаплин пригласил ее на ужин к себе домой. В этот вечер, как выразилась сама актриса, они дошли до конца в своих отношениях. Пола описывает это так: «Он стал приближаться ко мне походкой, пародирующей соблазнение <…> его страсть выражалась в забавной пантомиме, состоявшей из закатывания глаз и взмахов рук». Как бы то ни было, Чаплин добился своего. А после этого между ними возникли серьезные разногласия. Они ссорились. Чаплин обвинял Полу в неверности – стандартная для него жалоба на женщин, с которыми он был близок. Разумеется, сам он в то время ухаживал за другой.

Помолвка широко обсуждалась в прессе, как на первых полосах, так и в разделе сплетен. В марте 1923 года Чаплин заявил, что слишком беден, чтобы жениться. После этого Пола Негри объявила о разрыве помолвки. Газета Los Angeles Herald Examiner отреагировала на окончание их отношений заголовком: «ПОЛА НЕГРИ БРОСАЕТ ЧАПЛИНА». «С меня хватит! – якобы сказала она. – Точка! Я дошла до предела». В интервью Examiner Пола жаловалась: «…он очень темпераментный… переменчивый как ветер… все драматизирует… он экспериментирует в любви». Чарли уговаривал, Пола увиливала. Роман ни к чему не привел. Он начался и закончился иллюзией. Они жили в доме с зеркальными стенами.

Вскоре после встречи с Негри в летнем театре Голливуда Чаплин начал съемки своего первого фильма для студии United Artists, совместного предприятия Дугласа Фэрбенкса, Мэри Пикфорд, Дэвида Гриффита и его самого. Их дружба началась с турне займа свободы, но об официальной ассоциации они серьезно задумались в 1919 году, когда требования студии относительно гонораров и режима работы превратились в неустранимую помеху. Каждый из четверых стал владельцем 20 процентов акций компании. Оставшиеся 20 процентов достались юристу. Компаньоны решили, что выгоднее вложить собственные деньги, снимать свои фильмы и самим заниматься продажей готовой продукции. Так они обретут независимость от руководства киностудий. Эта независимость стала важной вехой в истории кино.

Товарищи Чаплина по United Artists, вне всяких сомнений, ожидали очередного комедийного шедевра наподобие «Пилигрима», который значительно укрепит финансы новой компании. Однако Чаплин никогда не следовал чьим-то пожеланиям или советам. Вскоре его деловые партнеры были проинформированы, что он снимает серьезную драму о содержанке и сам в фильме не появится. Не будет ни Чарли, ни милой маленькой комедии. Он устал от образа Бродяги, разочаровался в нем и решил на какое-то время от него отказаться.

Чаплин выбрал название «Судьба» и на протяжении нескольких недель в своей работе полагался лишь на вдохновение. Сюжет был у него в голове. Никаких письменных заметок не требовалось. «Парижанка» (A Woman of Paris), как в конечном счете был назван фильм, – это история о женщине, которую бросил молодой любовник. Она приезжает в Париж и становится содержанкой богатого аристократа. Молодой любовник на свою беду тоже приезжает в столицу и после череды несчастий стреляется, не в силах вынести разлуку. С точки зрения фабулы это обычная мелодрама, но Чаплин на ее основе создал запоминающийся и в некоторых отношениях изумительный фильм.

Он хотел, чтобы главную роль в картине сыграла Эдна Первиэнс. Ее карьера как комедийной актрисы, похоже, подходила к концу. Эдна сильно поправилась и, хуже того, пила, но Чаплин верил, что роль Мари Сен-Клер может превратить ее в серьезную актрису. Аристократа Пьера Ревеля сыграл Адольф Менжу. После этого фильма он стал специализироваться на амплуа богатых и чудаковатых французов. Впоследствии Адольф говорил, что Чаплин дал ему больше, чем любой другой режиссер. «Не переигрывай, – говорил Чарли. – Помни, что на тебя смотрят». Он не хотел, чтобы его актеры играли в привычном смысле этого слова. Чаплину требовалось, чтобы они оставались такими же непринужденными и естественными, как в реальной жизни. Зрители находятся очень близко, буквально вплотную, и любое преувеличение будет мгновенно распознано. В понимании этого факта Чаплин был впереди своих современников, многие из которых все еще предпочитали более театральную игру первых кинозвезд. «Вживитесь в сцену, – говорил Чарли Менжу. – Мне все равно, что вы делаете с вашими руками или ногами. Если вы вжились в сцену, все будет в порядке». Разумеется, это был его собственный метод. Больше всего Чаплин ценил в актере простоту и сдержанность. Сам немой фильм прекрасно передает упрощенные чувства с помощью взгляда, жеста или такого простого действия, как прикуривание сигареты. В одном эпизоде действие передается через выражение лица массажистки, которая мнет спину клиента… Чарли долго репетировал с актрисой точные движения – как она поднимает бровь и поджимает губы.

Иногда он заставлял исполнителя играть так, как нужно ему. В одной из сцен полицейский сообщает матери молодого человека о смерти сына. Чаплин хотел, чтобы она оставалась абсолютно невозмутимой, но актриса, Лидия Нотт, никак не могла выполнить его указания. Он снимал и переснимал короткую сцену 80 раз. Потом Лидия, по словам помощника режиссера, так разозлилась, что обругала их всех, а затем в таком настроении сыграла сцену, и все получилось. Другой короткий эпизод, когда Эдна швыряет сигарету и отказывается выходить, снимали два дня и сделали 90 дублей. Чаплин хотел достичь чистоты выражения чувств. Он проявлял большое терпение, объясняя свою точку зрения. «Не знаю, почему я прав по поводу той или иной сцены, – говорил Чарли во время съемок фильма. – Я просто знаю, что прав».

Естественность исполнителей в «Парижанке» вступала в противоречие с общей «экономией» движений и жестов. Чаплин заметил, что в самые драматические моменты в жизни мужчины и женщины скорее скрывают, чем открыто проявляют свои чувства. Это механизм самозащиты. Именно такой прием он использует в фильме, чтобы создать необыкновенно реалистичный стиль – бóльшая часть действий была непринужденной и естественной. Это стало настоящим шоком для тогдашних зрителей, которые не знали, как реагировать. Впрочем, другие режиссеры сразу все поняли. Эрнст Любич и Майкл Пауэлл признались, что были потрясены, и начали подражать Чаплину, каждый на свой манер.

Пауэлл заметил, что внезапно появился зрелый фильм, в котором люди вели себя так, как в реальной жизни. Таким образом, можно утверждать, что Чаплин стал основоположником нового кино об общественных нравах, а также новой манеры игры. Сам Менжу говорил, что в Голливуде настороженно относятся к слову «гений», но если речь идет о Чаплине, это всегда говорится искренне. Если Голливуд когда-либо рождал гения, то это, несомненно, Чаплин.

Новизна фильма и отсутствие среди главных героев самого Чарли (он снялся в эпизоде) стали причиной того, что «Парижанка» не имела такого коммерческого успеха, как его первые комедии. Тонкость и оригинальность картины не нашли понимания у публики того времени. Чаплин расстроился из-за невысокой популярности фильма, как можно скорее изъял его из проката и хранил в личной коллекции. Эдна Первиэнс появилась еще в двух фильмах, после чего перестала сниматься в кино. В интервью, данном через неделю после выхода «Парижанки», Чаплин признался: «Если мои чувства серьезно не изменятся, я вернусь к комедии».