Тайные смыслы Второй мировой - Алексей Кофанов

Не было это парадом и юридически, поскольку абсолютно не соответствовало главе 10 («Построения в особых случаях») Строевого устава пехоты РККА. [200] Так что тему «совместного парада» надо закрыть навсегда.

28 сентября мы с Германией заключили договор о дружбе и границе.

— Вот!!! — обрадуется кто-то. — Выходит, Сталин дружил с нацистами!!!

— А вы договорчик-то прочитайте… — тихо отвечу я.

Документ всего лишь уточнял нашу внезапно появившуюся линию разграничения. О дружбе там сказано вот что: «Правительство СССР и германское правительство рассматривают вышеприведенное переустройство как надежный фундамент для дальнейшего развития дружественных отношений между своими народами».

Это лишь дань дипломатическому этикету, слово «дружба» ничего не означало. Но несколько шокировало граждан СССР и Германии, которых все 30-е годы готовили к взаимному истреблению…

Теперь главное.

Граница прошла почти в точности по «линии Керзона». Что это такое? В декабре 1919 года верховный совет Антанты (персонально — лорд Дж. Керзон) предложил эту линию как восточную границу Польши. И именно там граница проходит по сей день.

САМ ЗАПАДНЫЙ МИР ПРИЗНАЛ, что на этой линии польские земли заканчиваются!

То есть никаких чужих земель СССР в сентябре 1939-го не отхватил — только вернул свое. И Запад прекрасно это понимал. Англия и Франция НЕ объявили тогда нам войну — хоть формально мы вроде как ничем не отличались от немцев: тоже вторглись в Польшу, которую эти две страны поклялись защищать. Нет, отличались, и принципиально!

Никакого «раздела Польши» в 1939-м не было.

Тогда же мы заключили договоры о дружбе со странами Прибалтики, и там появились советские военные базы.

— Москва нас тогда оккупировала!!! — орут прибалтийские нацисты, но почему-то помалкивают об иностранных (натовских) базах, размещенных в Прибалтике сейчас. Советские базы — оккупация, американские — нет.

Нормальные двойные стандарты, вечная практика Запада…

А сейчас вы удивитесь!

Знаете, как местное население восприняло «вторжение клятых москалей»? Вот тогдашние высказывания жителей Западных Украины и Белоруссии.

50-летний крестьянин села Молотьково: «Мы никогда не переставали думать о том, что наши братья, живущие в великой Советской стране, придут и освободят нас от польского панского ига. И вот это освобождение принесла нам Красная Армия. Спасибо советскому народу за наше освобождение».

Сельский учитель там же: «Мы двадцать лет учили детей буржуазному польскому дурману. Нам запрещалось слушать радио из Советского Союза, но мы его слушали и знали, что делается в великой Советской стране, как живут трудящиеся, как учат там детей. Мы надеялись, что придет время и наши дети и наш народ будут жить так же счастливо, как они живут в Советской стране. Да здравствует великий, непобедимый Советский Союз!»

Крестьянка Корнилова (д. Плитаницы): «Я рада до слез, что к нам пришли товарищи. Пропадом пропадите, паны! Мы тоже хотим жить как люди».

70-летний рабочий Беккер (Новая Вилейка): «Мы двадцать лет ожидали Красную Армию. Мы все время смотрели на восток и ждали, когда придут наши товарищи и помогут нам освободиться от жестокого гнета. Сегодня мы этого дождались».

Крестьянин Сидоренко (с. Острожец): «Скорее бы установилась советская власть, а то 20 лет польские паны сидели на наших шеях».

76-летняя жительница (Глубокое): «Спасибо, дорогие товарищи, спасибо товарищу Сталину. Мы вас ждали 20 лет и вот теперь дождались долгожданных гостей. Теперь мы вместе с вами будем уничтожать поработителей».

Крестьянин Иван Сотока (с. Дорогуча): «Когда в наших селах были немцы, они забирали у нас коров, кур, гусей и продовольственные продукты. У помещиков они не трогали ничего. Теперь, когда пришли части Красной Армии, те у нас абсолютно ничего не взяли. Мы Красную Армию любим и за нею пойдем куда угодно» [201].

Тут речь была вот о чем: часть завоеванной немцами территории затем отошла к нам, и они увели войска. А кое-где вышло наоборот: Красная армия вступила, а потом ей пришлось уйти. И население массово эвакуировалось вместе с ней! Люди бросали всё нажитое и шли в Советский Союз — хоть командование РККА запретило такую агитацию!

На советскую сторону ушли 42 тысячи человек, для них устроили пункты приема с питанием и медицинским обслуживанием. Справедливости ради сообщу, что и с нашей стороны нашлись желающие уйти к немцам — 28 человек… [202]

22 октября на присоединенных землях прошли выборы. Не референдум, как в Крыму в 2014-м, но его итог тоже показал: подавляющее большинство хочет вернуться в Большую Россию.

— Да подстроены те выборы!! Никто в совок не хотел!!! — вскинется скептик.

— Серьезно? — улыбнусь я. — А сорок две тысячи переселенцев вопреки приказу кто к нам пригнал?

Нет, ребята. Голосование прошло безусловно честно. И приведенные мной высказывания местных жителей искренни, никто их не выбивал.

На землях, вошедших в СССР, не было и намека на этническую дискриминацию. Скажем, в районах со значительным польским населением сохранилось преподавание в школах и вузах на польском языке, издавалась польская пресса и книги. О каком-либо притеснении тех, кого привыкли называть украинцами и белорусами, даже говорить смешно…

А вот из-под немцев бежали не зря. [203]

Оккупанты действовали так: отменили польское законодательство, ввели для поляков специальный комендантский час, запретили им пользоваться общественным транспортом вне города и сидеть на уличных скамейках. Поляки должны были кланяться немцам, уступать им дорогу, шапки снимать. Как негры в США! Гитлер у Ганфштенгля научился многому…

750 000 человек выселили из квартир. У местных отнимали собственность, в том числе сельхозпродукцию — от чего люди стали недоедать. Новые хозяева стремились «очистить» Польшу от поляков, даже запретили браки мужчинам до 25 лет и женщинам до 22 — чтоб меньше плодились.

Уничтожали и культуру. Интеллигенции запретили профессиональную деятельность. Только в ноябре 1939 года расстреляли 120 учителей. Были закрыты высшие и средние учебные заведения, прекратилось издание прессы и книг на польском языке, запрещены выступления польских артистов.

Добро пожаловать в Европу!