Астрид Линдгрен. Этот день и есть жизнь - Йенс Андерсен

«Сегодня исполняется тринадцать лет с тех пор, как мы поженились. Прекрасная невеста, однако, лежит в кровати, и занятие это довольно однообразное. Наслаждаюсь, когда по утрам мне подают чай и бутерброды с копченой лососиной, стелют постель и всё прибирают, но ненавижу вечера, когда на ногу накладывают горячий компресс и она чешется и чешется, Стуре спит, а я уснуть не могу. Читаю Сомерсета Моэма, «Бремя страстей человеческих», и пишу Пеппи Длинныйчулок. В Финляндии, похоже, миром и не пахнет. По радио сейчас детская программа, так что больше писать не могу».

«Военный дневник», новогодняя ночь 1939–1940 г.: «Когда наступает новый год, мы смотрим в будущее с трепетом. Должна ли Швеция держаться в стороне или вмешаться? Много добровольцев отправляется в Финляндию. Если мы вмешаемся, немцы и англичане будут воевать в Сконе. Так говорят». (Фотография: Частный архив / Saltkråkan)

Но днем, когда Стуре был на работе, а Лассе и Карин в школе, Астрид радовалась неожиданным каникулам. Она не выпускала из рук «Дагенс нюхетер» и следила за постоянным потоком новостей о гетто в Варшаве. Еще она читала книгу польского писателя Тадеуша Новацкого «Страна без Квислинга», где он описал реальную жизнь в Польше во время немецкой оккупации. В дневнике Линдгрен замечает: теперь точно известно, что большинство людей в варшавском гетто умерли не от голода. «По-моему, немцы совершенно не собираются опровергать обвинения в уничтожении евреев». Вот в те дни Астрид и решила написать книгу историй о Пеппи Длинныйчулок ко дню рождения Карин, которой 10 марта 1944 года исполнялось десять лет. Карин сама обожала делать маленькие книжки и, как и мать, подумывала стать писателем.

Свои устные рассказы о Пеппи в апреле 1944 года Астрид не записывала, не печатала на машинке, а стенографировала по методу Мелина. Стенографии она обучилась в стокгольмском институте «Бар-лок» в 1926–1927 годах и с тех пор практиковала, работая в разных фирмах и предприятиях, в канцеляриях, у адвокатов и доцентов. С помощью стенографических знаков, часто приспособленных под нужды конкретного стенографа, можно было на лету схватывать мысли и молниеносно записывать цепочки предложений. К тому же единственные инструменты, нужные стенографу, – ручка и блокнот, а значит, можно при желании писать и лежа. Практичность этого метода и его удобство для записи всего, что было в голове и требовало выхода, вскоре стали столь очевидны писателю-любителю на постельном режиме, что она стенографировала черновики новых книг до конца своей творческой жизни. Часто лежа в постели. На День Люсии в 1947 году (а писательница тогда уже заполнила своими детскими книжками первые семь или восемь блокнотов для стенографии, и система Мелина стала привычной рутиной в ее творческой работе) Астрид записала в дневнике: «А теперь лягу и попишу немного Пеппи III». И когда журналист из «Стокгольм тиднинген» в апреле 1952 года спросил, есть ли у Астрид Линдгрен любимый костюм, она, смеясь, ответила:

«Если есть, то пижама. Вся Швеция уже знает: я так ленива, что пишу, лежа в постели».

Об использовании стенографии при написании книг Астрид Линдгрен сказала следующее: «Я многократно переписываю, рву страницы, выкидываю, пишу снова, пока не добиваюсь того, что мне нужно». (Фотография: Частный архив / Saltkråkan)

В описи бумаг Астрид Линдгрен, хранящихся в Национальной библиотеке в Стокгольме, содержится очень немного рукописей, написанных по старинке, от руки, на отдельных листах бумаги, с массой зачеркиваний и исправлений. Зато множество аккуратных чистовиков, напечатанных на машинке почти без исправлений. Еще в архиве хранятся стенографические блокноты (660 штук) с черновиками книг за пятьдесят лет, которые никто, кроме опытного профессионального стенографа, прочитать никогда не сможет. Да и ему будет трудно разобрать крючки и закорючки: клерк Линдгрен освоила их безупречно, а писатель Линдгрен за ними скрывалась с первой же рукописи о Пеппи, созданной в апреле 1944 года и не полностью идентичной книге «Пеппи Длинныйчулок», увидевшей свет в 1945 году. Лишь в 2007-м первоначальная версия была издана под названием «Первая редакция „Пеппи“».

Карин Нюман прекрасно помнит, что одиннадцать глав этой книги, подаренных ей мамой на день рождения, были записаны в один из стенографических пружинных блокнотов, которые всегда имелись дома. В то время, уже на Далагатан, у Астрид еще не появилось свое рабочее пространство. В соседней с гостиной комнате с видом на Васа-парк, где она позже будет перепечатывать черновики и отвечать на тысячи писем от поклонников, в 1944 году обитал Лассе. А потому Астрид сидела в большой гостиной окнами на Далагатан, у обеденного стола, рядом с книжным шкафом. Стучала старая машинка «Халда»; со временем ее сменила более удобная модель «Фацит», но электрической машинкой Астрид никогда не пользовалась. По воспоминаниям Карин, сначала мать всегда прокладывала копирку между двумя листами бумаги, затем вставляла их в каретку, и тут уж дело шло споро:

«Перепечатывание набело занимало всего несколько часов – она печатала профессионально, а окончательные исправления вносились еще на стадии стенографирования».

Творец, делец и клерк

Перепечатка рукописи литературного произведения, известного в наши дни под названием «Первая редакция „Пеппи“», завершилась в конце апреля 1944 года. В работе над этой книгой раскрылись три таланта Астрид Линдгрен: таланты творца, дельца и клерка. Дело в том, что во время болезни ей пришло в голову отправить копию будущего подарка Карин в издательство «Бонниер». Что и было сделано 27 апреля, а через несколько недель самодельная книга в формате А4 с нарисованным на первой странице портретом худой длинноногой Пеппи Длинныйчулок была подарена дочери. 21 мая 1944 года Астрид, как обычно, перечислила в «военном дневнике» подарки и поздравления, полученные дочерью, но сначала в тревоге написала о том, что «нейтральная» Швеция, похоже, вступила в торговые отношения с Адольфом Гитлером:

«Сегодня Карин исполнилось десять лет, ее пятый день рождения за эту войну <…> у нас в стране, слава Богу, мир, хотя весной ждали проблем. Союзники были очень недовольны и по-прежнему, наверно, недовольны из-за нашего экспорта шарикоподшипников в Германию. <…> Что до дня рождения Карин, он прошел как обычно. Она получила в подарок трехтомную „Книгу для чтения“ для школьников, книжку про Пелле Халелёса и рукопись „Пеппи Длинныйчулок“ в красивом черном скоросшивателе. А еще синий купальный костюм, белые матерчатые туфли на деревянной подошве, ткань на блузку, книги от Вириден и Гулландер и деньги от моих родителей и от свекрови».

Рукопись «Первая редакция „Пеппи“», весна 1944 г. (Фотография: Частный архив / Saltkråkan)