Тайны Секретной службы охраны президента США - Рональд Кесслер

«Мы эвакуировали вице-президента из ресторана, чтобы не подвергать его какому-либо риску возможных последующих событий в этом месте, — говорит Доулинг. — Можно было подумать, что я только что пресек попытку покушения на убийство».

Как выяснилось впоследствии, ресторан находился рядом с жилым комплексом, где жила девушка одного из этих парней.

«Этот парень пошел к своей девушке, но у нее в это время был другой мужчина, — говорит Доулинг. — Ее дружок очень разозлился. Тот, что был там с этой девушкой, вытянул нож, нанес ему порезы, не ранив его серьезно. Пострадавший парень решил, что он и его друг должны вернуться и убить обидчика этой ночью».

Не зная, что приехал вице-президент, они припарковались на парковке ресторана и решили прокрасться через заросли в жилой комплекс. Их судили и приговорили по обвинению в нелегальном ношении оружия и попытке нападения.

В отличие от многих других президентов, Буш — кодовое имя Волк[31]— обращался с агентами Секретной службы и окружающими людьми с уважением и вниманием, и его жена, Барбара, поступала так же. Как-то раз, после того как Буш-41 стал президентом, его двенадцатилетний внук, Джордж Прескотт Буш играл в теннис на теннисных кортах Белого дома. Дж. Бонни Ньюман, ассистент президента по управлению и администрированию, и Джозеф Хагин, второй помощник, отвечающий за расписание, пришли на корт, чтобы сыграть в теннис. Они зарезервировали себе время на корте раньше, но, когда увидели, что там играет внук президента, развернулись и направилась назад к Белому дому.

В это время как раз подошла Барбара Буш — ее кодовое имя было Спокойствие[32]— и велела Джорджу, сыну Джеб Буш, уйти с корта.

«Когда мы подошли и увидели внука президента, у нас не было сомнений, что он может играть на корте, — говорит Ньюман. — Но госпожа Буш заметила это и просто увела его. Она действительно дала понять не только сотрудникам, но и членам семьи, что следует быть благовоспитанными».

«Буш-41 — великий человек, всесторонне развитая личность, и с ним приятно общаться, — говорит один из агентов. — Как он, так и госпожа Буш, очень внимательны и заботливы по отношению к окружающим их людям».

«Буш дал ясно понять всем своим сотрудникам, что никто из них не является экспертом по обеспечению безопасности, и, если Секретная служба принимала какое-то решение, он всегда утверждал его, и его штат никогда не оспаривал наши решения и не затруднял нам жизнь, — говорит Доулинг. — Благодаря этому все службы действительно прекрасно работали вместе, обеспечивая его безопасность и успешность мероприятий, в которых он участвовал».

Буш был так внимателен к охранявшим его агентам, что он оставался в городе на рождественский сочельник, чтобы агенты могли проводить это время со своими семьями. На следующий день после Рождества он всегда улетал в Техас. Единственное, на что могла пожаловаться Секретная служба, так только на то, что он был чрезвычайно активен и остается таким и по сей день. «Он не может сидеть спокойно., — говорит один агент. — Он всегда в постоянном движении».

В каждом отеле, где останавливался Буш, в его номере должен был быть велотренажер. Если в отеле такого не было, Секретная служба брала его в аренду.

«Буш не мог сесть и почитать книгу, — говорит агент. — Он должен быть на беговой дорожке или на тренажере-лестнице. Бежать, бежать, бежать. Для Секретной службы это значило больше работы. Теннисный корт, игра в «подковки», поле для гольфа, лодка. Всегда что-нибудь».

Буш довольно быстро привык к сопровождению охраны.

«Большинство людей с трудом приспосабливаются к тому, что они находятся под охраной, — говорит бывший заместитель директора Секретной службы, Дэнни Сприггс. — Люди вынуждены приспосабливаться к этому, поскольку это приложение к их должности. Однако это не то, что они с радостью принимают с самого начала. Вы нарушаете их частную жизнь. Хотя я делаю это в течение двадцати восьми лет, я не могу представить, как бы это было, если бы мне сказали, что я не могу пойти в кино или в парк развлечений, когда я хочу, или сказали бы, что друзья, которых я знаю много лет, должны сообщить свое имя, номер карты социального страхования и дату рождения до того, как они придут навестить меня».

В одну из недель кортеж с включенными сиренами дважды за неделю отвозил Буша на мероприятия всего в нескольких кварталах от Белого дома. Предосторожности докучали Бушу, и он хотел знать, почему он не может просто дойти до этих мест пешком. Группа обеспечения безопасности решила подшутить над ним. В то время как за рулем президентского лимузина и резервных автомобилей сидят агенты, другие машины Секретной службы в кортеже водят те, кого называют техническим персоналом. Одним из таких водителей был раздражительный ветеран корейской войны Билли Инграм.

«Он всегда держал в зубах сигарету, и всюду сыпался пепел, — рассказывает Джо Фанк, агент из группы охраны Буша. — Его личному автомобилю было двадцать лет, и на нем были вмятины, а салон пропах сигаретным дымом».

Агенты прикрепили президентскую печать и американский флаг на машину Инграма. Когда президент вышел, чтобы сесть в машину, его лимузина нигде не было. Вместо этого во главе процессии стоял автомобиль Инграма.

«Он посмотрел на него, — говорит Фанк, — повернулся к Барбаре и спросил: „Что здесь происходит?“»

«Что ж, ты всегда жаловался, что нужно ехать в лимузине. Пошли», — сказала первая леди.

Буш сел в разбитую машину Инграма и сказал агентам: «Вы победили».

«Они подвезли его к воротам, а там стоял президентский лимузин», — рассказывает Фанк.

Несмотря на предупреждения своей группы охраны, Буш имел привычку покидать Овальный кабинет через дверь, выходящую в Розовый сад и приветствовать туристов, стоящих вдоль ограды на Пенсильвания-авеню. Группа охраны назначила агентов, которые бежали к ограде, как только сигнал тревоги уведомлял их, что Буш открыл дверь в сад. Вскоре газета «Вашингтон пост» напечатала историю, в которой рассказывалось, как обрадовались зрители, когда их неожиданно вышел поприветствовать президент. Сразу же после этого, когда Буш снова приветствовал поклонников у ограды, агенты заметили в толпе человека того типа, который агент Гленн Смит называет «классическим вероятным убийцей».

«Этот человек был в пальто, хотя было лето, он выглядел растрепанным, и его взгляд метался во всех направлениях, — вспоминает Смит. — Мы обыскали его, и оказалось, что у него с собой был девятимиллиметровый пистолет, который он, вероятно, собирался использовать против президента».

Командир группы охраны обратил внимание Буша, что, спонтанно появляясь и приветствуя людей, он подвергает опасности не только свою жизнь, но и жизнь агентов его охраны. После этого Буш всегда давал агентам время на то, чтобы установить безопасную зону у ограды.

В порядке любезности агенты Секретной службы стараются, чтобы в лимузине звучала та радиостанция, которую любит президент или вице-президент. Буш любил западное кантри, так что агенты настраивали радио на волны соответствующих станций с кантри-музыкой, в каком бы городе им ни пришлось оказаться.